Добро пожаловать!

Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шоре! Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21).
На календаре октябрь 2017 года. Температура воздуха в этом месяце: + 15°...+26°


Amelia Daniel Kelsey Charlotte

О, счастливчик!

Дорогие гости, если вы любите алкоголь и разврат так же как и мы - приходите скорее. Горячие танцы у пилона, вечеринки у бассейна с текилой, жаркие игры с наручниками - и всё это Инсайд. Место, где возможно всё.
Вот и настал тот день, когда мне снова предоставился шанс взять слово, благодаря победе в викторине от моего родного, от моей любимой Хел! Честно говоря не верится, что последний раз я делала это ровно год назад. Столько всего произошло, столько всего изменилось... Не меняется лишь мое отношение к этому чудесному месту. Потрясающие люди создали этот проект и поддерживают его на протяжении всего времени. Замечательные игроки приходят сюда, создавая незабываемую атмосферу.
Спасибо всем тем, кто помогает развивать мне моего персонажа. Это очень важно для меня.
И конечно же, моя максимальная Эйвери. Без тебя у меня бы совсем пропало вдохновение, но ты каким-то волшебным образом *тут должен быть твой любимый смайл* вдыхаешь в меня его раз за разом, пост за постом. Спасибо.
Я люблю вас, семья.

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » кинозал » Ты - сбежавшая невеста...


Ты - сбежавшая невеста...

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Ты - сбежавшая невеста...
http://s1.uploads.ru/VfX0G.gif http://s3.uploads.ru/4nxlb.gif
10.05.2012  |  Вашингтон, церковь  |  Дэвид Кинкейд, Кристин Эванс

но я не Ричард Гир, я - отец де Брикассар.

Отредактировано David Kinkade (Вт, 17 Окт 2017 18:06:53)

+2

2

Дэвид не слишком жаловал церкви. Будучи врачом, а заодно и безнадежным атеистом, он обходил подобные места за милю, особенно в такие дни, как сегодняшний. Однако, прямо сейчас он сидел на одной из длинных скамеек, поставленных здесь для молящихся. И прямо сейчас он готов был молиться, чтобы все закончилось как можно быстрей. А время, как назло, двигалось слишком медленно...
На свадьбу его пригласил один из друзей. Кинкейд хотел было отказать, но его попросили побыть вторым пилотом, пообещав заодно познакомить с хорошенькой подружкой невесты. От нечего делать хирург согласился, только потом вспомнив, что ко всему прочему нужно будет надеть галстук и вести себя прилично, хотя бы первую часть церемонии. Сделать это оказалось легко, он никого не знал и, все так же восседая на скамье и мучительно желая закинуть ноги на другую, стоящую впереди, без интереса разглядывал приходящих гостей. Кто-то был взволнован, кто-то весел, но не было никого, кто мог бы похвастаться таким безразличным апатичным взглядом, наполненным скукой. Он уже говорил, что не любил посещать церкви? Кинкейд в очередной раз проводил взглядом какую-то блондинку, снующую туда-сюда и болтающую по телефону. Наверное, распорядитель, так треплется... Ноги у нее ничего, и волосы красивые, но лицо портило все впечатление. Кинкейд со вздохом поднялся и отправился на выход. Его друг остался внутри, распыляясь перед гостями, преимущественно женского пола. Дэвид вышел через черный ход, оказавшись на небольшом огороженном кладбище, тщательно ухоженном. Наверное, здесь хоронили священников, некогда служивших в церкви. Пройдясь между могил, Кинкейд вернулся обратно, прогулка не подняла ему настроения, хотя день стоял солнечный и теплый. Доктор снова оказался внутри, но решительно свернул с дороги, ведущей в зал. Они приехали рано, церемония должна начаться только через час. Дэвид неспешно прошелся по нескольким коридорам, оказавшись в небольшом почти пустом помещении, здесь стояли только две деревянные скамьи по бокам от входа. За следующей дверью оказался зал меньших размеров, чем тот, в котором должна произойти церемония бракосочетания. Здесь все было устроено гораздо проще, а само помещение хоть и было отреставрировано, но производило вид более старого, нежели предыдущее. А еще здесь была исповедальня. Старинная, вырезанная, наверное, вручную, покрытая темным лаком и... на удивление открытая. Кинкейд залез внутрь, присев на скамью, находящуюся со стороны священника. Здесь пахло пылью, ссохшимся деревом и старостью, но было спокойно. Возможно, ему стоит просидеть так всю церемонию, и выйти, когда нужно будет поехать на банкет.  Вот где начнется настоящее веселье, с выпивкой, танцами и интересными знакомствами. Да, пожалуй, так он и поступит.

+2

3

Для каждой, или почти каждой, девушки существует день, ради которого она живет, о котором мечтает с самого детства. Об этом дне она знает все еще со времен школьной скамьи. Сколько человек будет на празднике, позовет ли она друзей, или будут лишь родственники; каким будет ее платье, какими туфли; какие закуски будут подавать вечером перед торжеством, какие вино, какое шампанское будут пить гости; какая будет прическа; в каком цвете должны быть платья подружек; из каких цветов должен состоять букет; какой длины должен быть шлейф; будет ли фата; лепестками каких роз будут посыпать проход в церкви перед тем, как она выйдет; какой будет торт; какую клятву она скажет своему избраннику... Лучшим днем в жизни любой нормальной девушки должна быть свадьба, она должна ее желать, ждать и радоваться!
Только Кристин, похоже, не была нормальной. Она помнила, как женились ее родители, и ее бросало в дрожь от одной только мысли об этом ужасном дне. Все рассорились! Свадьба не состоялась! Мать убежала и они с отцом поженились тайно спустя месяц, были только они и свидетели, даже крошка Кристи не присутствовала на "торжестве". И теперь свадьба была ее полноценной фобией. Чем ближе подбирался этот знаменательный день, тем хуже спала мисс Эванс. Ее жених - чудесный человек. Он ее боготворил, носил на руках, всегда соглашался со всем, что она говорит, никогда не перечил, мечта, а не мужчина! Но порой Кристин все равно задумывалась, тот ли он человек. Хочет ли она остаток своей жизни прожить с тем, кто не в состоянии выбрать себе цвет носков, а лишь говорит с милейшей улыбкой: "Родная, выбери сама". Любая нормальная девушка должна радоваться всему, что происходило с Кристиной, но чем дальше все заходило, тем больше сомнений селилось в сердце балерины. Она переставала чувствовать родство душ, не могла представить их совместную старость и сама себя пыталась убедить, что это лишь предсвадебная хандра, нервы на пределе. Она боялась, что все пойдет не так, и ее любимый сбежит, бросив ее одну у алтаря.
Чего она боялась больше? Самой свадьбы? Быть брошенной? Неправильного выбора? Всего и сразу.
Время летело быстро, Кристин, съедаемая сомнениями и страхом, готовилась к свадьбе, подбирала платье и тарелки, примеряла туфли со страхом того, что их не дадут вернуть в магазин, если свадьба не состоится...
В день свадьбы она, конечно, тоже была, как на иголка. Рано утром ее разбудили отец и сестра, почти сразу приехала "свита", подружки, визажист, последняя подгонка платья, из которого она теперь выберется только вечером, люди, люди, кругом люди, где заветная выпивка? Ей необходим бокал шампанского...
Сборы прошли на одном дыхании, Эванс благодарила Всевышнего за то, что не успевала думать, но когда они прибыли в церковь, оказалось, что они немного поторопились. До церемонии была куча времени, гости только начали собираться, а Кристин не оставляли в покое ни на секунду, и в итоге невеста сбежала ото всех и спряталась в исповедальной.

И вот долгожданная тишина и покой. Ее не окружали толпы подружек и организаторов, чьи-то родственники, фотографы и прочие - назовем их ласково - стервятники. Кристин закрыла за собой деревянную дверцу, села на скамью, придерживая подвенечное платье, и облокотилась спиной о стену. Ей нужна всего пара минут. Или час. Просто час в тишине, затем она выйдет отсюда, проскользнет в выделенную для нее комнату, а оттуда уже отправится в зал, где будут сидеть гости, где у алтаря ее будет ждать орда подружек, шафер, священник и он, жених. Она сможет пережить весь этот ужас, это ведь не сложнее, чем танцевать главную партию в "Жизель", собственно, как и в любом другом балете. Свадьба по определению не может быть сложнее, она не проходит под светом софитов, гостей раз в сто меньше зрителей, и Кристин выйдет к ним отнюдь не на пуантах. Все будет хорошо. Никогда еще мисс Эванс не испытывала такого мандража, как сейчас. Он твоя судьба, Кристин, тебе нужно лишь дойти до алтаря и сказать: "Да". Больше от тебя ничего не требуется. Можно даже не улыбаться, на тебе будет фата. Не стоит так нервничать, это лишь один день, а после вы заживете вместе, как прежде. Он будет тебя слушаться, как послушный песик, а ты будешь готовить ему обед и рожать детишек. Кристин зажмурилась и вдруг застонала, запрокидывая голову назад и легонько ударяясь ею о стену.
- Черт, как же я ненавижу свадьбы! - простонала девушка и вдруг услышала что-то за стенкой от себя. Кажется, в соседней "кабинке" кто-то был. Она в церкви, в исповедальной, и так ругается! - Простите, простите, я... Наверное, в церквях нельзя так говорить, - Кристин снова услышала что-то за стенкой и придвинулась чуть ближе. Сквозь небольшое окошечко в плетеной сеточкой она увидела силуэт. - Святой отец? - когда она в последний раз так к кому-то обращалась? И обращалась ли вообще? В церкви Кристин была последний раз на чьей-то свадьбе, но там ей не приходилось общаться во священнослужителями. Кристин и здесь не планировала этого делать, но ей стало как-то стыдно от того, что она выругалась так при падре. Да и выговориться кому-нибудь хотелось, но ни одна из подруг бы ее не поняла. Как ей могут не нравиться свадьбы? Сумасшедшая! - Извините, я не знала, что вы здесь. Я ужасно не люблю свадьбы, и это единственное место, где мне удалось спрятаться. Здесь, наверное, нельзя находиться просто так, - мужчина молчал, но Кристин знала, что он там, теперь она его слышала, и даже неотчетливо видела. Возможно, она его разозлила своим поведением? А им разве можно злиться?.. Черт их знает. Ой... - Тогда, наверное... а вы не будете против, если я исповедуюсь? Я никогда этого не делала, но, кажется, людям помогает, - Кристин и креститься-то не умела, а исповедоваться и подавно. Но чем это отличается от посещения психотерапевта? Разве что священник денег не берет. Исключительно добровольные пожертвования.

+3

4

Дэвид услышал стук каблуков, отчетливый в тишине комнаты, слегка насторожился, но решил не обнаруживать своего положения. Он надеялся, кто бы там не шел, он или она пройдет мимо, оставив его одного. Но этого не случилось. Смежная дверь глухо стукнула, когда её закрыли, и Кинкейд замер на некоторое время, стараясь дышать как можно спокойней. Теперь ему оставалось либо выйти и быстро покинуть зал, чтобы не создавать неловкой ситуации, либо переждать, когда его снова оставят одного. Мужчина предпочел второй вариант. Он остался и надеялся, что посетитель не слишком долго задержится в этом зале. Было немного забавно сидеть здесь, в тишине исповедальни, как мышь. Кинкейд неслышно усмехнулся и откинулся на стену позади себя. Он бездумно всматривался в темноту, пока по ту сторону перегородки не послышался женский голос. Дэвид усмехнулся на внезапный возглас и только потом понял, что выдал себя с головой. Теперь ему все-таки придется с этим что-то сделать. А девушка, к слову, голос у нее был довольно приятный, теперь пыталась оправдать свое резкое замечание, чем вызвала новый приступ веселья у Кинкейда, который он постарался замаскировать под кашель. Он тоже может задеть чьи-то чувства своей выходкой. Однако, за перегородкой ничего не заметили. Девушка продолжала говорить, а улыбка не сходила с лица Кинкейда. Его приняли за священника. Его. Того, кто меньше всего был похож на него в своем щегольском смокинге, с хитрым взглядом и самодовольной усмешкой на лице. Кинкейд подавил новый приступ хохота и прочистил горло.
- Исповедаться... - повторил он слова девушки. Ему. Чем он сможет ей помочь? Он и сам не любитель таких мероприятий. Но скорее всего их мысли по этому поводу будут кардинально расходиться. Дэвид, как ценитель женской красоты со стажем, противился свадьбам из своих эгоистичных соображений. Меньше свободных девушек, меньше веселья. А она, скорее всего, просто сломала ноготь, когда садилась в машину, натерла ногу новыми туфлями, или посадила пятно от шампанского на платье. Его не тревожили подобные вещи, однако, он почему-то не решился отказаться от своей новой роли. - Что тебя беспокоит, дочь моя? - спросил он, стараясь придать голосу хоть немного серьезности и спокойствия. По его мнению, священники должны говорить именно так. Они наверняка должны представлять из себя бесполое существо без чувств и эмоций. Они должны любить всех и никого одновременно, потому что их истинной любовью и преданностью вроде как обладает лишь Господь... Из него никогда бы не вышло хорошего священника.

+2


Вы здесь » inside » кинозал » Ты - сбежавшая невеста...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC