Добро пожаловать!

Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шоре! На календаре май 2018 года. Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21).


INSIDE: путеводитель!
БЮРО ИНФОРМАТОРОВ
Справочное бюро: семейное!

О, счастливчик!

Сайд - это место, по которому я успел соскучиться всего лишь за неделю отсутствия. Это милая моя Ромашка, дорогая сердце бывшая женушка, трепетная и везде успевающая Грейс, а так же нечто, что храниться глубже. Это и атмосфера, которая присутствует здесь круглосуточно. Заходи в любое время, прекрасное утро от первой леди, на пары и учебу с Лили, а вечером успевай только в темы флуда заглядывать. И даже если опоздал, обязательно найдётся кто-нибудь блукающий, как и ты, ночью у холодильника или игровой. Потому что Сайде - это дом. Сайд - это семья. Спасибо вам!

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » кинозал » a little competition


a little competition

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://funkyimg.com/i/2z7Rn.gif http://funkyimg.com/i/2z7Ro.gif
a little competition
24 октября, вечер  |  банкетный зал  |  Элисон и Джон

Сомневаться в отношении Джона к Элисон не приходится, однако никто не застрахован от навязчивого внимания коварных красивых коллег-женщин. Вот так выберись на светское мероприятие со своим мужчиной и стань свидетельницей лёгкого  флирта. Только вот женскому глазу, в отличие от ничего не подозревающего доктора Торнтона, всё видно: эта Аманда вознамерилась заполучить себе знаменитого кардиохирурга, решив, что его девушка - не танк, может и пододвинуться. Только она ещё не знает, что Элисон в действительности самый настоящий и прекрасно вооружённый танк.

Отредактировано Alyson Thorndike (Вт, 7 Ноя 2017 21:38:39)

+5

2

платье
Ты ведь не пошутил, когда сказал, что мы поедем туда на лимузине? – мой крик доносится из спальни, пока Джон, судя по звукам, копается в морозильнике на кухне. Там уже час остывает шампанское, припрятанное мной по случаю сегодняшнего светского мероприятия в центре Лейк Шора.  По словам Торнтона, вечером соберутся местные светила медицины и политики ради каких-то награждений, приятных слов и, самое главное, для таких халявщиков, как я, не имеющих к этому никакого отношения – прекрасного банкета.         
Когда в моей полицейской жизни появился этот доктор, я стала слишком часто выбираться на подобные тусовки. Иногда это утомляло, мне хотелось сбежать в любимый бар, усесться в дорогом платье на потёртый стул и заказать себе виски со льдом, пока в музыкальном автомате надрывно играют хиты девяностых. Но случаются чудеса иного рода, как сегодня: когда я в самом приятном расположении духа готова ехать хоть на край света, где будут подавать бесплатные напитки и, на горячее, мясные блюда, не снившиеся мне и в самых сладких снах. Определённо, плюсы от того, что мой мужчина является талантливым кардиохирургом и врачевателем самого президента нашей необъятной страны, есть, и весьма ощутимые.
На этой меркантильной мысли я усмехнулась сама себе и, скидывая на ходу лёгкий халат, подошла к висевшему на приоткрытой дверце шкафа платью. Длинное чёрное безобразие в пол и  с открытыми плечами было навязано мне, как обычно, любимой сестрицей. Она отрывается на мне по полной программе, как только я звоню и начинаю паническим голосом говорить о предстоящем собрании, куда не пустят с пистолетом. Но без неё просто никак, если заварушка намечается серьёзная и ответственная. Моя гардеробная за последний год пополнилась кучей женственного шмотья, вызывающего у Хел восторг, как только я во что-то подобное драпирую своё тело. Говорит, что надо бы в таком виде меня на работу выпускать, тогда преступники сами в камеры будут проситься. Я с этим не согласна! Наручники и мощный хук справа – мой вариант, а шпильки и булавочки отставим другим леди. Слава небесам, случаются такие вылазки не каждую неделю, иначе я бы повесилась вон на тех чулках, которые искренне не люблю. Никогда не понимала, почему у мужчин наступает экстаз при виде этой детали на женских ногах.   
Знаешь, обычно на школьный выпускной девушки собираются дружной толпой и, за счёт родителей, едут на праздник в этом чёртовом лимузине, чувствуя себя… – щелкаю пальцами, пытаясь найти нужное слово, причём продолжая вести беседу с Джоном на повышенных тонах, потому что он тягается по моей квартире, минуя спальню. Правильный выбор, лучше не мешать женщине собираться, для меня это и так нервяк. Хорошо хоть, волосы накрутила без особой истерики. – Принцессами. – Вот, нашла подходящее определение. – Естественно, это был не мой сценарий, – надевая платье через ноги, гусиным шагом дотопала обратно к зеркалу, чтобы заценить свой внешний вид, – я приехала к школе на мотоцикле, правда, в качестве пассажирки за спиной у капитана нашей баскетбольной команды, – да, то ещё было зрелище, зато получилось эффектно. Но я всё-таки была в платье, а это уже большой прогресс для прежней бунтарки-Элисон. – Вот и представь себе, за все свои 34 года я никогда не каталась на лимузине, – хмыкнула, поправляя широкие рукава наряда и, развернувшись спиной к зеркалу, начала застёгивать молнию, начинающуюся на бёдрах, но внезапно передумала и, облизнув кончиком языка ещё не накрашенные губы, решила устроить чисто женское представление на грани откровенного и коварного соблазнения. В отражении стояла женщина, сверкающая глазами, в которых зрело какое-то хитрое решение. Что случилось? Я же всегда такая прямолинейная, не любящая уловки и бессмысленные хождения вокруг да около. Ах, какую хренотень творит с нормальным, адекватными женщинами эта проклятущая любовь. – Доктор Торнто-о-он, – призывно промурлыкала сладким голосом, что уже должно было насторожить моего проницательного мужчину, знающего меня слишком хорошо,  – у меня тут небольшая проблема. Необходимо ваше компетентное мнение и, возможно, профессиональное участие. 
Когда Джон возник на пороге спальни, я уже ждала его, беспомощно хлопая глазами, хотя на губах играла далеко не невинная улыбка. Как обычно. – Не дотягиваюсь до молнии, – враньё чистой воды, я бы прекрасно справилась сама, но грех не стать к своему мужчине выгодным ракурсом, демонстрируя обнажённый изгиб спины, который нужно прикрыть от чужих глаз. Я медленно повернула голову к правому плечу, придерживая лежащие крупными волнами волосы и вопросительно вздёрнула брови: «Чего ты ждёшь?».

+2

3

Содержимое холодильника Элисон, как и вся ее квартира в целом, весьма красноречиво отражали самобытность и крутой нрав его хозяйки. Кроме нескольких банок пива, яиц, прокисшего пакета молока да паре-тройке замороженных обедов быстрого приготовления, там не наблюдалось ровным счетом ничего. Хорошо, что мне не нужно было волноваться за режим питания этой, слишком уж закоренелой, холостячки, потому, что она довольно часто ужинала со мной, а уж я следил, чтобы питалась она как положено.
Нет, конечно! — выкрикнул я, в ответ на вопрос девушки о нашем транспорте сегодня, — Тебе не по душе лимузины? — спрашиваю, всей душой надеясь, что разговор идет не к этому. Отменять машину за пятнадцать минут до ее прибытия мне совсем не хочется. Тем более, зная тех умников, которые будут на мероприятии, меня непременно нарекут скрягой, который не пожелал разориться на приличный и подобающий событию транспорт.
Мне пришлось повозиться, чтобы выкорчевать бутылку шампанского из морозилки, которое девушка заготовила заранее. Теперь оставалось найти бокалы.  Мне совсем понятно было, зачем именно, учитывая, что мы идём на мероприятие, где этого добра хватит с лихвой, но я не спорил, послушно выполняя ее просьбу. Элисон все ещё собиралась, ну или что она делала, не знаю, потому решил занять оборонительную позицию на кухне, дабы не путаться у неё под ногами и избежать возможности оказаться ее личным консультантом одежды. Все эти женские штучки наводили скуку, и хоть моя женщина, к счастью,  была лишена многих глупых женских заморочек, некоторые особенности были присущи ей от природы, просто потому, что она - женщина.
Одной из таких типичных особенностей, была необходимость разговаривать со мной, крича из спальни в кухню. Я усмехнулся ее рассуждениям про выпускной и с характерным звуком откупорил шампанское. Бокалы я так и не нашёл на девственной кухне Торндайк, так что пришлось наполнить шипучкой две чашки. Прихватив обе, я переместился в гостиную и устроился на диване, надеясь, что Элисон все же соберётся быстрее, чем приедет лимузин, терпеть не могу опаздывать. Думая об этом, я не переставал слушать, то что она мне рассказывала про свой выпускной. Мотоцикл меня вообще не удивил. В этом добропорядочном офицере полиции странным образом таилась плохая девочка, которой нравилось бросать вызов общественному мнению и глупым стереотипам. — Сегодня мы это исправим! — бодро откликнулся я, пытаясь представить себе юную бунтарку, согласно описанию. Эта чертинка до сих пор жила в ней, выявляя себя, порой, в самые непредсказуемые моменты.
Неожиданно изменившаяся интонация в голосе моей собеседницы заставила меня вынырнуть из размышлений, — Доктор Торнто-о-он.  У меня тут небольшая проблема. Необходимо ваше компетентное мнение и, возможно, профессиональное участие. — по правде говоря, если бы не ее тон, я решил бы, что мне все-таки придется выполнять функции личного консультанта. Однако, когда я оказался у двери в спальню, небрежно прислонившись к дверному косяку, в  намерении поинтересоваться, в чем же таком могла потребоваться моя помощь, то слегка обомлел, увидев перед собой Элисон, в элегантном, длинном, черном платье, расстегнутом почти до самых ягодиц и полностью обнажающим прекрасный изгиб спины. При этом она стояла ко мне спиной, кокетливо выглядывая из-под длинных ресниц, а на ее губах играла невинная улыбка. Какова соблазнительница!! На мгновение я, кажется, даже перестал дышать, сам того не заметив, чем вызвал ее тихий смешок. — Не дотягиваюсь до молнии, — медленно, совсем, как  голливудская дива, она подобрала свои чудесные светлые локоны кончиками пальцев, освобождая путь к застежке платья и взглянула на меня так, что я в миг ощутил подбирающееся желание. — И впрямь... без профессиональной  помощи никак. —  рассеянно согласился я, торопливо направляясь к девушке. Господи, до чего она соблазнительна!
Мои руки опустились ей на талию, но я не торопился выполнять, то о чем она попросила. Вместо этого, поддался вперёд, касаясь губами шеи девушки, дразняще, едва уловимо, переместился дальше к плечам, затем к спине, оставляя чувственную дорожку из поцелуев на ее восхитительной нежной коже и отмечая, как она покрывается мурашками. Девушка тихо простонала. У меня закружилась голова. Я едва удержался, чтобы не рвануть платье вниз. Прорычав что-то невразумительное, я впился губами в шею девушки, неистово прижав к себе и позволяя физически ощутить мое возбуждение. — Что ты со мной делаешь... — бормочу где-то в районе ее шеи, впившись пальцами в округлые бедра так, чтоее платье поползло вверх. Меня так и тянет соблазнить ее, стянуть это чертово платье и насладиться шикарным, податливым телом, что так трепетно отзывается на мои прикосновения. Трогать ее. Да. Коснуться всех ее самых потаенных мест, вот чего бы я сейчас хотел. Терзать до изнеможения. Заставить молить, чтобы облегчил ее муки. Смакую свои мысли, прикрыв веки, одурманенный своими темными желаниями. Какая сладкая пытка.
Учитывая, что время было не на моей стороне, вместо того, чтобы сделать все то, чего так хотелось, я уткнулся носом в белокурые локоны и с чувством вдохнул их пьянящий запах. — Мрр... Ты восхитительно пахнешь. — шепчу ей на ухо, мой голос охрип от желания. Где-то вдалеке пиликнул мобильник, вероятно оповещая нас о том, что заказанная машина прибыла. Я нехотя отстранился от Элисон и сделав над собой усилие, принялся медленно застегивать платье, от греха подальше. Покончив с этим неприятным занятием ( расстегивать было бы куда увлекательнее) я развернул ее к себе и жадно впился в губы девушки, с готовностью распахнувшиеся мне навстречу. Мы слились в коротком, но преисполненном страсти поцелуе, способном лишить меня здравого смысла.  — В этом платье ты будешь меня только отвлекать, —  с улыбкой, томно сообщил я, когда, наконец, смог заставить себя оторваться от нее. В моих глазах пылал огонь задора.— К счастью, я снял лимузин на весь вечер. И теперь буду с большим нетерпением ожидать, когда мы поедем на нем обратно. —  лукаво закатив глаза, я промурлыкал, —  Дооолгая будет поездка.

Отредактировано John Thornton (Вс, 31 Дек 2017 04:35:25)

+3

4

Это ощущение не спутать ни с чем другим. Когда мужчина цепенеет, едва увидев тебя, будто его пригвоздили к полу кандалами и из лёгких разом выбили весь воздух. Этот взгляд, скользящий по всем неприкрытым тканью местам, заставляющий заранее трепетать в ожидании, когда умелые пальцы начнут прикасаться к оголённым участкам кожи. Пожалуй, я признаю, что моя нелюбовь к своему чрезмерно женственному внешнему виду иногда слегка преувеличена. Не всегда лейтенант Торндайк с кобурой на поясе ловит на себе такой откровенно раздевающий взор, зато Элисон в вечернем платье – постоянно. Мне хочется хихикать, словно озорная девчонка, когда я вижу сконфуженное выражение лица Джона и даже практически не сдерживаюсь, но вовремя беру себя в руки. Всё-таки у меня сейчас образ жутко коварной соблазнительницы, его нельзя разрушать сумасшедшим нервным хохотом.
Прикусив нижнюю губу, с озорным блеском в глазах наблюдаю за приближением мужчины, физически ощущая идущие от него горячие волны желания. Они практически сносят меня в сторону постели, которая так и манит к себе, но этот проклятый лимузин не даёт мне покоя. Я не могу от него отказаться, даже когда… ох! Любимые губы искусно скользят по моей шее в самых чувствительных местах, провоцируя тучу мурашек прямо по позвоночнику и слабость в коленях. – Я? – с шумом выдыхаю, прикрывая глаза и откидывая голову немного назад, предлагая мужчине ещё больше пространства для дурманящей меня ласки, – ничего, просто попросила помочь с платьем, это ты шалишь, – хриплый тихий смех заканчивается стоном, который я даже не пытаюсь подавить. Хочу, чтобы Джон продолжал дальше, не останавливался, сорвал к чёртовой матери это платье и поцеловал так каждый сантиметр моего разгорячённого тела. Этот мужчина – виновник хаоса и беспорядка в моей голове в такие моменты. Он заставляет меня желать от наших отношений абсолютно всего: романтики, идиотских валентинок, спонтанного безумного секса, объятий перед сном, амурчиков и всей такой ерунды. Это жестко, слишком. И иногда даже страшно. [float=right]http://funkyimg.com/i/2AQ5n.gif[/float]   
Как мало мне всё-таки нужно, чтобы до головокружения захотеть его! Кошмар просто. Всего парочка поцелуев, его руки на моих бёдрах – и всё, я уже готова оказаться полностью в его власти. – Ого, – мужчина резко прижимает меня к себе, красноречиво демонстрируя всё, что он обо мне думает в этот момент. Прекрасное ощущение: знать, что ты желанна для человека, который прочно закрепился в твоём сердце. – Я тоже рада тебя видеть, – уткнувшись носом мне в волосы, Джон так часто дышит, что мне становится щекотно. Снова начинаю хохотать, пытаясь отстраниться от этого заведённого до предела маньяка и взять саму себя в руки. Иначе возьмут меня. И я не попробую тарталетки на банкете! Хриплый от возбуждения голос Джона радует мой слух, я уже почти что прыгаю от восторга, хлопая в ладоши от осознания своей власти над этим доктором. Хочу его не меньше, чем он меня, но не делаю абсолютно ничего, будто так и надо.   
Замок платья быстро застёгивается, я отбрасываю назад волосы и не успеваю шутливо возмутиться такому быстрому завершению этой игры «кто кого соблазнит» и поязвить над капитуляцией Торнтона, как Джон притягивает меня к себе и целует в губы. Короткий, глубокий поцелуй, на который я отвечаю так же страстно. Одной рукой обнимаю его за шею, а вторую кладу на широкую грудь, в которой сейчас так быстро бьётся его сердце. Просто не верится, что я могу творить с этим мужчиной такое. У него даже глаза потемнели. Если продолжу смотреть в этот бездонный колодец ещё хоть минуту, то точно утону, и мой облик роковой дамочки окончательно растает. А я хочу пока побыть в этом образе подольше, он пришёлся мне по душе.  – У тебя ещё будет шанс снять его,– многообещающе улыбнулась, после чего настойчиво стала отпихивать мужчину от себя, типа у меня самоконтроль намного лучше развит и вообще, нет времени на все эти шуры-муры, надо собираться на важное мероприятие! – Кажется, наш транспорт приехал, – демонстративно обошла своего кавалера с правой стороны и прямо-таки выпорхнула в коридор. Не оглядываясь, поманила мужчину за собой. – Опоздаем из-за тебя, – картинно закатила глаза, хотя с губ упорно не слезала счастливая улыбка, даже когда Джон помогал мне одеть пальто. – Только не говори, что мы уйдём с вечеринки раньше всех, – пригрозила мужчине пальцем, типа мне этого вовсе не хотелось после его махинаций в спальне. На самом деле, ещё как. Мои щеки до сих пор оставались румяными, а кожа в местах, где её касались эти губы-искусители, горела. И как на зло, плечи у платья были открыты. Не скроешь следы наших оригинальных сборов на банкет.  – Надеюсь, ты не понаставлял мне там засосов, – вот это было бы очень неловко. Когда мы спускались вниз я сама, что со мной бывало крайне редко, взяла мужчину за руку, переплетая свои пальцы с его. Второй рукой пришлось приподнимать подол платья, иначе рискую приехать не только зацелованная, но ещё и с разбитым носом.
На улице стоял он – лимузин. Я прямо-таки светилась от счастья при виде этой тачки представительского класса. – Круто, – таков был мой вердикт, вызвавший улыбку у шофёра. Тот, по законам жанра, вышел со своего рабочего места, чтобы открыть нам двери. Я бы постояла ещё, стараясь запечатлеть в памяти мой первый в жизни лимузин, но Джон придал мне ускорения, слегка хлопнув чуть пониже спины, мол, двигайся, хватит зевать. Я ответила ему испепеляющим взглядом, затем забралась внутрь. Просторный кожаный салон, бокалы для шампанского, лёгкий запах какого-то ароматизатора. Ну, всё, я попала в сказку. – Нет, серьёзно, очень круто, – пододвинулась немного в сторону, чтобы и Джону хватило места. После этого на некоторое время потеряла к своему мужчине интерес, водя пальцем по панели сверху, где размещались всяко-разные кнопочки. Нажать, что ли? И, пока я думала, влетит мне за это или нет, Торнтон назвал адрес нашей доставки. Только он был вовсе не тот, куда мы должны были направиться. Я так и зависла возле кнопки, которая регулирует специальное закрывающееся окошко, ограждающее пассажиров сзади от водителя. – Куда это мы? – вопросительно подняла брови, чувствуя какой-то нехороший подвох. Это у меня уже профессиональное чутьё.

+2

5

Странный факт. За все время, что я знал эту женщину, мне нечасто выпадала возможность увидеть ее в женственных нарядах или что уж там, настоящем вечернем платье. Уж не знаю, благодаря ли специфике своей работы или же вредного нрава, она всегда предпочитала практичную и удобную одежду вроде рубашек, джинс и кед. Ничего не имею против, это не умаляет ее красоты, да и потом шмотки, это всего лишь шмотки и для меня лично -  не более, чем просто помеха перед доступом к любимому телу. Однако, должен признать, всякий раз, когда она, наконец, решает облачиться в нечто подобное, я не могу налюбоваться. Несмотря на всю ее самоуверенность, иногда мне кажется она совершенно не понимает, насколько красива. Впрочем, я испытываю особой удовольствие, когда вижу на ее щеках румянец смущения. Такой суровую и решительную лейтенанта Торндайк могу увидеть только я и это необычайно приятно.
Ощутив вкус ее губ, я на какой-то короткий момент слегка потерял связь с реальностью. Планы на вечер и лимузин, который, наверняка, уже где-то там снаружи ожидает нас - канули в небытие. Не знаю, каково ее секретное оружие, но мне сложно контролировать себя рядом с ней. Мои руки нетерпеливо потянули платье, намереваясь сделать противоположное ее просьбе действие, на что она мгновенно отреагировала. Вот только совсем не так, как я бы хотел. — У тебя ещё будет шанс снять его,– таинственная улыбка, которая вроде бы и обещала многое, вот как она отделалась от меня, после чего настойчиво принялась отпихивать в сторону. Я недовольно нахмурился, вынужденно отступая и не особо скрывая своего недовольства, проворчал, — Я бы с куда большим удовольствием снял бы его прямо сейчас. — но это не помогло. Не испытывая каких-либо мук совести,  Элисон, демонстративно направилась к двери, при этом соблазнительно покачивая бедрами. Нет, ну какова чертовка! Провожая девушку хищным взглядом, я дождался пока она выпорхнет в коридор, после чего перевел дух  и покачав головой, последовал за ней. В уголках моих губ притаилась улыбка. Ее игривое настроение быстро передалось и мне. Вечер и впрямь обещал быть интересным.
Мы устроились на просторном заднем сидении, но прежде Элисон, с неподдельным детским энтузиазмом изучила автомобиль, а после, забравшись внутрь, стала внимательно изучать салон. Ее ладонь скользнула туда-сюда по мягкому кожаному сидению, оценивая качество ткани, глаза казалось изучили все в роскошном убранстве салона, после чего, подошел черед кнопок на приборной панели. — Так значит ты встречалась с капитаном школьной команды? Какое клише.. - щелкаю языком, нарочно поддевая ее и в моих глазах блестит огонек задора. — Неужто Элисон Торндайк была самой крутой девчонкой школы? - передразнивая типичных школьных, я вскинул руки, изображая восторг.
Вволю насладившись своей атакой, я обратил внимание, что скоро мы свернем на Грин-стрит и торопливо бросил водителю, что нам необходимо будет сделать остановку, чтобы забрать еще одного пассажира. Едва не забыл! Довольный собой, я пригладил волосы и расстегнув пуговицу на смокинге, откинулся на сидении. Черт, шампанское! Я потянулся было за бутылкой, которую открыл еще дома у Элисон, но на полдороге ощутил весьма резкие перемены настроения моей спутницы, которые отразились в ее простом, казалось бы, вопросе. — Я разве не говорил?— черт неужели не сказал ей? Мое подсознание укоризненно качало головой и паковало вещи в Мексику. Хотя стоп, что тут противозаконного? Просто лишний пассажир, к тому же, чутье подсказывало, что даже, если бы предупредил, она восприняла бы эту новость с радостью. —  Я обещал заехать за Амандой. Она новенький интерн в клинике, но уже одна из лучших. И потом.. она мне все уши прожужжала, что очень хочет попасть на этот вечер, — я непринужденно пожал плечами. Все интерны похожи на собачек, которые видят любую возможность как-то выделиться в глазах босса в виде долгожданной косточки и готовы на все ради крутой операции. Старшие хирурги давно уже привыкли к этому лобызанию. — В общем, я достал еще один пригласительный. И, учитывая, что лимузин все равно заказан и места тут полно.. - я развел руками и осекся, видя, что Элисон все еще напряжена. Любопытно, что ее вдруг так огорчило?  Я мысленно закатил глаза. Женщины... как же с ними сложно! Проще сделать пересадку сердца, чем предсказать развитие их мыслей. — Извини, что не предупредил про нее... — помолчав, добавляю, внимательно наблюдая за ее лицом — Мы просто подбросим ее и все.— нет, не помогает, Торндайк все еще недовольна, а ее губы все еще плотно сжаты. Да что ж не так? Ее странная реакция подталкивает меня на то, чтобы потянуть ее на себя, помимо воли загребая в свои неуклюжие объятия, — Что? - вопросительно вскидываю брови и весело улыбаюсь, — Ты разве против секса втроем? — шучу, искренне надеясь, что она не станет надумывать лишнего, совсем не хочется портить обещающий быть неплохим вечер. За сказанное я незамедлительно получаю локтем в бок, но перестаю смеяться, сжимая упрямицу в объятиях, — Ух, я бы на твоем месте радовался, что мы не одни, иначе тебе все-таки пришлось бы снять это платье еще до прибытия туда. - коварно прошептал я и перехватив ее руку, поднес к губам.
Время наедине пролетело незаметно и мы опомнились, только, когда лимузин остановился по указанному мною адресу. Аманда уже стояла на улице и учитывая то, как стремительно она запрыгнула в салон, девушка явно находилась в большом предвкушении от предстоящего мероприятия. — Джон! Привет! - едва проскользнув в салон, она тут же ринулась ко мне, чтобы наградить поцелуем в щеку и только потом, заметив  мою спутницу, озадаченно замерла. — Аманда, это Элисон. Элисон - Аманда, — быстро знакомлю девушек, невольно отмечая про себя, как Аманда спешно подавив свое удивление,  с кошачьей грацией извернулась, протягивая руку Элисон через меня и слегка задевая мое колено. — Очень приятно! Джон столько о тебе рассказывал! - вдруг объявляет она, выдавая свою нервозность и тут же начинает щебетать что-то о пациентах моего отделения, а я лишь хмуро свожу брови к переносице. Что за ересь такая? Не в моих правилах делиться каким-то эпизодами о своей  лично жизни с кем бы то ни было. Ладно, это вполне может быть простая вежливость. Ерунда. Мне даже не интересно развивать подобные мысли в голове и я отмахиваюсь от них, откупоривая бутылку шампанского. — Ну что, по бокальчику, для настроения?

+2

6

Если, как гласит одна знаменитая книжечка, нас, женщин, создал большой парень на небесах из ребра Адама, то он явно перестарался с нашей природной хитростью и неземным коварством. За ненадобностью, до поры до времени я не пользовалась своими врождёнными чарами, спавшими слишком долго, зато теперь испытывала небывалый девчачий восторг. Вот оно, озарение и женская мудрость веков, которая дошла до моих мозгов только после тридцати: не сила, не крутые и болезненные приёмы могут заставить мужчину сосредоточить на тебе всё своё внимание. Первый вариант тоже эффективный, только преследует он несколько иные цели. В общем, кто такой же тормоз, как и я – запоминайте: достаточно лукавого взгляда и пару раз не дать ему то, чего он так сильно желает. Вот и вся наука.
Мдя, такими темпами я серьёзно войду во вкус и превращусь в жуткую сердцеедку. Хотя, кого, черт возьми, тут обманываю? С самоконтролем можно попрощаться, когда мой Джон рядом и до дрожи в коленках настойчив в своей жажде обладания. Но я пока планирую держать оборону, хитро улыбаясь в ответ на его реплики о желании стянуть это потрясное платье с меня раньше срока. Ещё чего! Наряды надо выгуливать и, раз я иногда становлюсь частью какого-то странного богемного мира, буду делать это с типично Торндайковским достоинством. – Терпение – добродетель, – по-философски произношу я, продолжая посмеиваться. Доктор Торнтон горит, а я наглым образом подливаю масла в огонь, иногда наклоняясь вперёд, демонстрируя наличие соблазнительного выреза. Но это не мешает мне заниматься изучением устройства автомобиля всех богатых и успешных. – Слушай, ты же лечащий врач самого президента нашей славной страны, – нашла регулятор громкости для музыкального сопровождения, любезно предоставленного нам в качестве тихого фона самим водителем. Он уже понял, что имеет дело с активной парочкой, судя по звукам из салона, поэтому теперь наши уши улавливали едва заметные романтические мелодии конца прошлого века. Увы, не старый добрый рок, под который я могла бы высунуться из люка на крыше лимузина и вовсю кричать «привет, Лейк Шор». Мысль занятная, но сейчас я собиралась пошутить совсем на другую тему. – Так вот, когда он тебя назначит министром здравоохранения, обещай отдать мне один служебный лимузин. Буду на вызовы кататься, – киваю с самым серьёзным видом, хотя по глазам видно, как хочется бесконечно хохотать. Откинувшись на мягкую кожаную спинку сидения, повернула голову в сторону Джона и в очередной раз сверкнула хитрыми глазами со следами простого вечернего макияжа без излишеств. Мужчина говорит, что я… как бы… ну, красивая. Даже утром. Без штукатурки. Чёрт! Хочется ему верить. И некоторые метаморфозы произошли со мной благодаря ему, кстати, но признаваться в этом я не стану. Поправив выбившуюся прядь и засунув её за ухо, я, закинув ногу на ногу, развернулась в пол-оборота к Джону. Знакомство с автомобилем закончено, можно снова вернуть всё своё внимание моему доктору. – Ты сомневаешься в моей крутости даже в юные годы? – хмыкнула. – На самом деле, всё было очень плохо до 16 лет, – горько вздохнула, улыбка стала немного печальной, – я была даже слишком крутой. Чересчур проблемной со всеми вытекающими последствиями, – не хочу вспоминать о своих буйных годах в такой прекрасный вечер. Который внезапно становится немного напряжным, когда Джон рассказывает о девушке-интерне в их клинике. Что значит напросилась?! Может эта Аманда или как её там ещё и рассчитывала под ручку с Торнтоном там ходить? О, прекрасно! Я тут никому, случайно, не помешаю?
Джон чувствует внезапную перемену в моём настроении, поэтому тут же принимается за успокоительный методы. – Просто подбросим симпатичную молодую дамочку, которая жаждала попасть на этот вечер в одном лимузинчике с тобой, – иронизирую, возможно, придавая слишком большое значение всей этой ситуации. Мужчина сжимает меня в объятиях, а я старательно извиваюсь, чтобы не дать ему меня снова поцеловать и отвлечь. Но ему удаётся и это, после чего я начинаю смеяться, как прежде, и тыкаю его локтем в бок. – Конечно не против, – отвечаю ему в той же шутливой манере, – ты, я и тот красавчик из вашей травматологии будем отлично смотреться втроём. Как там его зовут? – парирую, пододвигаясь поближе к Джону и целуя мужчину в шею, слегка прикусывая кожу зубками. – Только тронь моё платье, – угрожающе промурлыкала, продолжая дразнить Торнтона и заигрывать с ним, отвлекаясь от мыслей о какой-то левой пассажирке. Я уверена в своём мужчине и никогда не находила никакого повода сомневаться в его верности, зато за поведение других девушек отвечать не приходится.
Время пролетает незаметно, когда мы увлечены друг другом, поэтому, когда лимузин плавно притормозил и остановился, я нехотя отстранилась, помахивая рукой перед лицом. Стало жарко, даже слишком. Зато появление той самой Аманды остудило атмосферу, да ещё как! Девушка оказалась действительно эффектной, прямо-таки лакомый кусочек в обтягивающем винном платье. И это создание, распространяющее вокруг себя лёгкий флёр дорогих духов, кинулось с якобы невинными поцелуями к моему мужчине. Первый минус ей в карму, но я сижу и улыбаюсь, максимально приветливо. Казалось, интерн даже не заметила меня в самом начале, зато я зафиксировала едва заметный отблеск разочарования в её карих глазах, когда Джон нас представил. Всего на долю секунды, затем девушка приняла самый радушный и очаровательный вид. У-у-у-у, кажется, я испортила кое-кому планы на вечер. Извини, подруга, но вакантное место занято. Мне что, повесить на Торнтона табличку?!
Взаимно, – пожав протянутую руку, кошусь на Джона, – это на него не очень-то похоже. Неужели жаловался, что я его мучаю? – ладно, Элисон, ты должна вести себя мудро и уверенно, хоть Аманда и кидает на мужчину очень уж явные заискивающие взгляды.
Нет, что ты, – её смех колокольчиком звенит по салону, – наоборот, всё только самое хорошее, – вижу, что девчонка привирает. Обо мне она слышала разве что мельком, поэтому не придавала никакого значения какой-то там Элисон. Она, естественно, рассчитывала, что этим вечером у неё не будет помех. Сюрприз! И мне точно нужно выпить. Принимаю у Джона бокал, борясь с желанием пододвинуться к нему максимально близко и, желательно, ещё каким-то образом демонстративно показать Аманде, чтобы этого мужчину она не рассматривала в качестве кандидата для себя. Торнтон, казалось, пребывал в святом неведении, принимая нашу болтовню с девушкой, как нечто само собой разумеющееся. Мужики бывают крайне слепы, ей богу. Ему и невдомёк, что означают все наши взгляды и какие-то брошенные реплики. Со стороны всё могло показаться довольно мило и невинно. На самом же деле, грядёт буря. 
Скоро мы уже подъехали к месту этого сборища, куда мне резко расхотелось идти. Но я, как самый настоящий боец, не капитулирую под натиском этой Аманды. Совсем не на ту напала. Джон помог нам двоим выбраться из машины, после чего мы дружненько стали подниматься по ступенькам вверх. В какой-то момент Аманда, актриса года просто, сделала вид, будто зацепилась подолом своего платья и начала падать,  хватая Джона за руку и смеясь ещё заливистее прежнего. – Какая я неловкая. Это всё волнение! Я так мечтала попасть сюда. Обожаю такие приёмы, всегда чувствую себя здесь, как дома. А ты, Элисон? – ах ты ж зараза. Намекает, что я тут буду совсем не в своей тарелке, типа это мероприятие не моего круга вовсе.  Мне, знаете ли, жутко захотелось притащить эту барышню на полигон и показать ей, что такое меткая стрельба. Так просто, на всякий случай. – Я предпочитаю тир, – растянула губы в ослепительной и хищной улыбке.

+1

7

Оказывается, кататься в лимузине может быть вполне увлекательно.  Будто школьники, всю дорогу до дома Аманды, мы не прекращали целоваться. Немаловажную роль на нашем настроении сыграло то, что рассказала о своем выпускном Элисон.  Когда интерн присоединилась к нам, я даже успел пожалеть, что, по доброте душевной предложил ей поехать в одной машине, уже хотя бы потому, что ее присутствие в салоне вынудило нас помимо воли отстраниться друг от друга и вести себя куда более сдержанно.
Пока я разливал шампанское в узкие бокалы, Аманда перехватила инициативу оратора и воодушевленно принялась рассказывать что произошло за ее смену. Постепенно, она дошла и до мистера Райта, пациента, которому я вчера менял клапан. Описывая все его показатели, девушка попутно разбавляла цифры отсылками к его дурацкими шуточкам на тему того, что мы с ней "наверняка любовники". Он, к слову, прилично достал меня этими подколами, почву под которыми сам же и взрастил, с чего еще он могу вдруг решить, что у нас роман? "Иначе", - не переставал настаивать мой пациент, - "что еще здесь может делать такая красотка, если не заарканивать богатого и привлекательного хирурга?".  Я мог часами говорить о своей работе, даже посмеяться с  заметно стареющего ловеласа-сплетника, но всё это там, в клинике. В присутствии Элисон я искал другие темы, прекрасно понимая, что ей совсем не интересно с утра до ночи слушать то, что ей совсем непонятно. Тем более бредни старичка, развлекающегося сочинением сплетен про меня и моих коллег.  Тем более сплетен про какие-то там романы. Вот уж чего мне точно не хватало это лишних переживаний со стороны моей и без того очень уж темпераментной женщины. К тому же, слушая рассказы Торндайк про очередного задержанного преступника, я сам всегда чувствовал себя неуютно. Мне, выросшему с понятием, что мужчина должен защищать женщину, сложно было перестать сжимать кулаки, представляя, что я бы сделал с каждым из тех ублюдков, с которыми ей приходится сталкиваться ежедневно. Даже зная, что это ее призвание, профессия и что она намного сильнее, чем кажется -  не позволяло избавиться от тревожных мыслей о том, что ей ежеминутно грозит опасность, а я ровным счетом ничего не могу с этим поделать, только лишь наблюдать и принимать, не ходить же мне за ней по пятам. Я нахмурился, прогоняя прочь тревожные мысли.
Когда автомобиль, наконец, остановился, а водитель сообщил, что мы прибыли на место, я вышел первым, после чего, помог обеим девушкам по очереди выбраться из лимузина. Преодолев подобие ковровой дорожки, мы стали подниматься по ступенькам вверх. В какой-то момент Аманда, зацепилась подолом своего платья и едва не упала, на лету вцепившись мне в руку, а я инстинктивно ухватив ее, помог сохранить баланс. — Все в порядке? - вежливо уточнил я, отбрасывая чертов подол, дабы не путался под ногами, на что она раскрасневшись, засмеялась, сетуя на собственную неловкость.  — Это всё волнение! Я так мечтала попасть сюда. Обожаю такие приёмы, всегда чувствую себя здесь, как дома. А ты, Элисон? - оживленно щебетала девушка.  — Не могу разделить твой восторг, я не фанат больших скоплений народа, — вмешался я и перевел взгляд на блондинку, — А ты Элисон? — ласково поддразнивая,  я сжал ее ладонь  в своей, ободряюще улыбаясь. Конечно же она терпеть не могла такие сборища. И меня, за то, что заставляю ее таскаться на них и наряжаться в платья. Но делала над собой усилие и всегда держалась с достоинством. Элисон парировала, выдвинув свой, неординарный, вариант проведения досуга, при этом так хищно улыбнувшись, что я недоуменно вскинул бровь, но посчитал нужным пояснить ситуацию для изумленной Аманды, которая, наверняка, понятия не имела, чем промышляет моя спутница, — Элисон - работает в полиции. А если быть точнее она - лейтенант в убойном отделе. — произнес я, не сводя глаз с явно удовлетворенной моими словами мисс Торндайк, на всякий случай придерживая шатающуюся Аманду. Не хватало, чтобы она грохнулась на пол и сконфузила нас своими ногами, обе из которых, судя по всему, левые. К счастью девушки не стали развивать эту тему и мы продолжили свой путь.
Проникнув в огромную залу, мы тот час оказались в толпе ряженных докторов и их спутниц.  Хирурги, да и в общем-то все доктора, народ достаточно тщеславный и, порой, напоминает сборище павлинов, которые кичатся разнообразием перьев друг у друга. Вот уж где самовосхваление так и льет через край. По правде говоря, я рассчитывал, что Аманда сразу же улизнет, чтобы воспользоваться возможностью и завести пару полезных знакомств, но она настойчиво следовала за нами, как третье колесо в телеге, куда бы мы  не пошли, чем начинала меня раздражать. Я не обещал нянчиться с ней. В работе она мне импонировала, девочка она была не из богатой семьи, но при этом весьма трудолюбивая, эффектная и хваткая, да я охарактеризовал бы ее именно так. Она смело бралась за любую работу, с легкостью учась на лету и ловила каждое мое слово с благоговением. Мне нравилось, что при этом, девушка не превращала восхищение моей работой в раболепие и могла подтрунить надо мною, когда я, подшучивая, предлагал ей сгонять за кофе или что-то вроде такого, в то же время выказывая должное уважение и восхищение.
Заприметив несколько знакомых лиц, я вынужден был подойти, чтобы поприветствовать их, чем моя спутница тут же воспользовалась, сославшись на то, что ей необходимо посетить уборную. Да уж, в уборную ей надо, скорее не хочет опять слушать скучные беседы на тему медицины. Проводив ее взглядом, я вздохнул и сделав над сбой усилие, нырнул в толпу. Первым делом направился к доктору Шайло, успешному диагносту, с которым, что мне безумно льстило, я был знаком вот уже много лет. Он был другом моего отца и неподдельно восторгался им и, хоть и с твердой уверенностью, говорил что хирургия у меня в крови, не считал, что я способен переплюнуть своего именитого родителя. Я долгое время не мог впечатлить его настолько сильно, хотя мне безумно хотелось получить одобрение именно у этого человека. Надо сказать, после получения премии "Харпера Эйвери", ко мне многие теперь относились совсем по-другому. Многие присутствующие здесь, уже не смотрели на меня сверху вниз, а видели во мне равного, если не более того, что заставляло нечто внутри меня ликовать от удовлетворения. Конечно же это не предел. До отцовской славы мне далеко. Но это маленькая ступенька, важная ступенька, которой я, наконец, могу позволить себе гордиться. 
Аманда не отставала от меня и когда я поприветствовал старого друга отца, однако, едва я познакомил ее с Шайло, как девушка тут же сбежала, предложив принести нам что-нибудь выпить. Вернулась она так быстро, что я и глазом не успел моргнуть и вручила нам по стакану, на дне которых плескалось виски. — Спасибо. — рассеянно отозвался я, делая глоток напитка. - Пожалуйста, доктор Торнтон,  - игриво подмигнув мне (или мне показалось?) девушка положила ладонь на мой локоть, привлекая внимание, - Я только, что видела самого доктора Грасса, глазам своим не верю! - она скорчила забавную рожицу, помахивая ладошкой у своего лица, как будто доктор Грасс был каким-то мифическим персонажем или голливудским секс-символом. Впрочем,я понимал о чем она. У хирургов свои герои.
Кстати о героях. Беседа с Байтменом и кутерьма моего назойливого интерна немного отвлекли меня так что я не сразу понял, что моя спутница так и не вернулась. Обернувшись, я внимательно пробежался глазами по многочисленным приглашенным и вскоре распознал то самое черное платье с открытыми плечами. Элисон стояла у окна, полубоком ко мне, в гордом одиночестве, а в руках сжимала бокал шампанского, да так крепко, будто надеялась раздавить его в своих хрупких пальцах. Почему она не подошла? В недоумении я развернулся обратно, к продолжающему что-то втолдыкивать мне собеседнику,  рассеянно размышляя над причиной такого странного поведения. Она и вправду старалась влиться в мое общество горделивых зазнаек врачей, но человеку ее профессии и привычек это было не просто. Я надеялся, что, различного рода деликатесы, музыка и не самое дешевое шампанское немного сгладят нудную болтовню моих коллег, но, судя по тому, что моя "плюс один" не собиралась возвращаться ко мне - прогадал.
-Твой отец.. был потрясающий хирург, у него наверняка сохранено немало трудов и набросков. Джон, не будь глупцом! Ты обязан проверить его личные дневники, наверняка там уйма интересных зацепок! Ведь он столько времени проводил в лабораториях! - Шайло Байтмену было за пятьдесят, но он  все еще был в восторге от работ моего отца. Убежденный, что тот, наверняка, оставил для меня какие-то зацепки, которые можно и нужно развивать, он при каждой нашей встрече в последнее время твердил, что мне необходимо порыться в вещах отца. Я уже потерял желание его когда-нибудь переубедить, потому каждый раз кивал, ссылаясь на то, что мне вот-вот должна прислать его вещи мать. На самом деле, кроме нескольких, дорогих сердцу безделушек, вроде отцовских операционных шапочек, стетоскопа и прочего, что имела особое значение только для меня, у матери не сохранилось ничего. — Как только найду что-то интересное, обязательно вам сообщу,— наскоро пообещал я, утомившись от его наставлений и жестом показал, что должен отойти. Меня беспокоило поведение Элисон и нетерпелось выяснить в чем же дело.
Поравнявшись с ней, я нарочно обошел девушку сзади и положил ладонь на ее талию, заставив вздрогнуть от неожиданности. — Что, моя компания уже не настолько привлекательна для тебя? — вкрадчиво поинтересовался я почти рядом с ее ушком и провел указательным пальцем вдоль, по оголенному плечу - до красивому изгибу шеи и обратно. —Знаешь, — медленно сместившись в сторону, я предстал перед ней и слегка прищурил глаза, с хитрецой изучая ее лицо, — Нечестно оставлять меня один на один с этими занудами, я ведь могу стать еще более.. невыносимым. — в моем голосе звучала угроза, но настроение выдала легкая улыбка. Отобрав у нее бокал, я отправил его вместе со своим стаканом на поднос, проплывающего будто сонная муха, официанта. После чего, сделав шаг вперед, перехватил ее руку и слегка коснувшись губами внутренней стороны ладони, наконец, спросил напрямую, — Что не так?

+2

8

Была б моя воля – Аманда уже летела бы ласточкой вниз по этой самой лестнице, красиво болтая своими ножками в воздухе. Но я же лейтенант полиции, как успел сообщить ей Торнтон, мне нельзя самой становиться причиной чьей-то свёрнутой шеи, даже если очень хочется. Аж ладошки зудят от желания приложить их к благородному делу спасения своего принца от соперницы-драконихи. Зато теперь интерн предупреждена о моём роде занятий, который предполагает столкновения с опасными противниками, причём частенько с применением силы и оружия. Я даже умудрилась подмигнуть этой недооценённой актрисе, чем ещё больше, кажется, её раззадорила. Она как-то натянуто улыбнулась, но виду не подала. Мы друг друга хорошо поняли и без слов. Именно поэтому Аманда решила укреплять свои позиции активнее, всё время повисая на руке Джона. Скоро, очень скоро моему удивительному терпению настанет тотальный конец и тогда кое-кому несдобровать. Пойду лучше припудрю нос, от греха подальше, и немного успокоюсь. Оставлять мужчину с этой девчонкой тоже не самый разумный вариант, но я всё-таки надеюсь, что её подкаты останутся им незамеченными, как и прежде. Его мысли должна занимать я. Хочу! Требую! Зря что ли мои плечи так бессовестно открыты? Да я почти голая! И всё это для него одного. – Скоро вернусь, – заверила мужчину и, не дожидаясь его ответа, цокая каблуками и борясь с желанием подтянуть декольте повыше, пошла в сторону кабинетов задумчивости. Пока нашла это козырное заведение, пока посидела с умным видом  на крышке унитаза и попыталась придумать тактику поведения – прошло минут десять. Возле умывальника даже перекинулась парочкой слов с женщиной в элегантном тёмно-синем платье. Её седые волосы были уложены в изысканную прическу, а лицо являло собой просто олицетворение доброты. Вот такие у докторов должны быть приветливые и открытые черты. Хочется сразу доверить ей своё здоровье. – Впервые вижу вас на наших собраниях, милая. Вы работаете в клинике Лейк Шора? – ну, как не ответить особе, напоминающей мою собственную мать таким же ласковым, но твёрдым голосом. – Нет, что вы, – отмахнулась, – я тут в качестве «+1» .
О, сочувствую. Будете весь вечер слушать их занудные беседы об исследованиях. Терпеть не могу этих врачей, – она так заразительно смеялась, что я невольно к ней присоединилась, хотя ничего остроумного женщина не выдала. – Позвольте представиться: глава отделения нейрохирургии клиники Балтимора, – мне жутко импонировала её ирония относительно собственных коллег, так что я не спешила покидать общество этой дамы слишком быстро, даже когда мы вышли из уборной и вместе направились обратно в зал.
Лейтенант полиции Лейк Шора, – с  таким же напускным официозом представилась я и засмеялась, когда у моей новой знакомой вытянулось лицо.
Да вы, верно, шутите!
Нисколько, – и почему мне никто не верит, когда я в платье? Мне-то казалось, что детектива из меня не выбить ничем.
Что ж, дорогая, на вас вся надежда. Когда кто-то из этих врачей будет преступно скучен – надеюсь, вы его арестуете, – она взяла мою руку и одобрительно похлопала, чем завоевала себе ещё один плюсик в карму лично от меня.
Можете на меня положиться, – после этого мы распрощались. Женщина ушла, страдальчески округлив глаза, в компанию каких-то чиновников, а я направилась на поиски своего кардиохирурга. Соскучилась по нему даже за это короткое время. И куда только подевался? Но когда обнаружила его, то остановилась в нерешительности, а потом и вовсе отошла подальше. Меня словно молнией ударила увиденная картина, в которую я не вписывалась, а вот та проклята Аманда была, словно влитая. Настоящая миловидная частичка того мира, куда мне путь заказан.             
Я нервно сжимала бокал с нетронутым шампанским, изредка поглядывая в сторону весёлой компании, и не горела желанием к ним подходить, даже несмотря на то, что среди них был Джон - единственный человек, чьё присутствие меня волновало и занимало. Увы, моё активное воображение нарисовало красочное произведение мысленной живописи: они обсуждают новый метод копания в сердце человека и ржут над какой-то врачебной хохмой, но тут с грацией бегемота подходит лейтенант Торндайк. Повисает гробовая тишина, словно я призрак прошлого Рождества, и мне не остаётся ничего другого, кроме как хохотнуть и с самым идиотским видом ляпнуть: «А вы знали, что пупок по-научному называется умбиликус? Смешно же, ну! И какой дурачина придумал?». И хихикаю сама себе. После этого доктор Торнтон делает вид, будто я не с ним и вообще случайно сюда забрела. Ух, позорище! Тряхнув волосами, прогоняю прочь из головы такой печальный сценарий своего фиаско среди светил медицины и без прежнего энтузиазма разглядываю столик с закусками. Аппетит куда-то пропал, самое время бочком двинутся вдоль стены и улизнуть на улицу. Но обдумать свой план я детально не успела. Вздрогнув, почувствовала на талии чьё-то прикосновение, затем знакомый вкрадчивый голос стал шутливо обвинять меня в побеге. Я усмехнулась и прикрыла глаза, решив продолжить дразнить этого человека, который сегодня ведёт себя так соблазнительно нетерпеливо. Так хорошо, что он рядом. – Ах, это ты, – нацепила на лицо удивлённое выражение, когда мужчина встал передо мной, загораживая собой дорожку к спасительному выходу. – А я тут любовничка поджидаю, надеялась, не заметишь моего отсутствия и мы сможем отлично провести время, – отпила из бокала, выразительно подвигав бровями вверх-вниз. Обожаю ходить по тонкому льду самоконтроля своего мужчины, это наполняет всю меня дичайшим азартом от этой игры, потому что в конце всё заканчивается ох как жарко. Короче говоря, оно того стоит. – Ты очень на него похож, кстати. Джоном зовут, горячий такой парень в белом халате, который мастерски сводит меня с ума, – на самом деле, по мне видно, что я безумно обрадовалась появлению Торнтона рядом с собой. Он покинул своё привычное окружение, когда увидел мою озадаченную и одинокую фигуру. И чёрт с ними, со всеми этими признаниями в пылких чувствах в духе бульварных романов. Только с Джоном я действительно познала смысл изречения про то, что главное – это поступки. Не что он говорит, а как смотрит и делает, доказывает изо дня в день своё не безразличие. С тех пор, как неловкое признание сорвалось с моих губ, я не повторяла этих слов, но страшное «люблю тебя» само вертится на языке в такие моменты, когда мужчина проявляет заботу и ласку. Чёрт возьми, это ужасно мило и топит моё сердце на большом огне.
Более невыносимым? – переспрашиваю, после чего расхохоталась, прикрыв рот ладонью, чтобы хоть немного приглушить свою реакцию. Вот уж приколист. – Это же невозможно, – клятвенно заверяю, но, судя по лукавому выражению моих глаз и улыбке шаловливой школьницы, не всё так просто. – Невозможно... невыносимее, доктор Торнтон! – Добавляю полушёпотом, стараясь не рассмеяться вновь. Борюсь сейчас с желанием повиснуть у него на шее и поцелуями убеждать этого мужчину в том, что его частую угрюмость и хмуро сведённые брови я нахожу чертовски обворожительными, даже когда закатываю глаза от досады, сетуя на такое его поведение. Ну, фишка у Джона такая, что поделать? Сначала меня это удивляло, потом раздражало, а теперь я начала находить в этом свою прелесть. Мазохистка, не иначе. – Шучу-шучу, – слегка подняла руки вверх, заранее капитулируя, а то после «любовничка» мне и так мало не покажется за мой чересчур острый язык. Он же хирург, может укоротить рано или поздно, когда я совсем совесть потеряю. – Всё хорошо, правда, – нет, я не стану посвящать Торнтона в свои душевные терзания относительно его интерна. Это моя проблема и только, так что сама разберусь.           
Слу-у-у-шай, – якобы невзначай начинаю поправлять мужчине ворот рубашки, иногда прикасаясь пальцами к его шее, – у вас на банкетах драки и убийства были? – глядя на мою очаровательную улыбающуюся мордашку невозможно было понять, где заканчивается в моём вопросе шутка и начинается серьёзное заявление. Но сконфуженное выражение лица Джона было весьма красноречиво, я даже рассмеялась, весело и непринуждённо, после чего легонько коснулась губами его щеки и, продолжая излучать доброту и ангельский свет, заверила доктора: – Будут, – большим пальцем  правой руки стёрла едва заметный след от помады на его коже и, взяв мужчину под руку, потащила искать наш столик. Но это не требовало особых усилий, потому что нам уже махала... Аманда. Кто бы сомневался! Она что, и сидеть с нами будет?! Я непроизвольно стиснула  ладонь Джона, затем отпустила. Чёрт, чёрт, чёрт! Эта девчонка вознамерилась испортить мне вечер.

Отредактировано Alyson Thorndike (Ср, 14 Фев 2018 20:31:48)

+2

9

Любовничка? — из всего, только что сказанного мне девушкой, было нечто, что заставило отбросить все остальное куда-то на задний план. — ЛЮБОВНИЧКА? Серьёзно? — вот уж чего я совсем не ожидал услышать. И хоть, прекрасно отдавал себе отчет, что это всего лишь шутка в стиле лейтенанта Торндайк, все же изменился в лице, но быстро принял правила новой игры, — Так вот кто я для тебя? "Любовничек" — я поморщился, как будто съел лимон целиком, таким неприятным показался на вкус этот дурацкий эпитет. С другой стороны, терпеть не могу, когда на людей вешают клеймо, типа "бойфренд". — Что ж, — cкривив губы в некоем подобии улыбки, я окинул свою спутницу с ног до головы, —  Странно, что ты его ожидаешь тут, когда он ждёт тебя там, где ты его оставила. — язвительно подчеркнул я со вздохом, после чего, мимолетно скользнув взглядом по  обнаженным плечам девушки, спрятал руки в карманы. От греха подальше.
В ответ, намекая на мою полную невыносимость, девушка так забавно округлила глаза, что это не могло не вызвать у меня улыбки, правда, вышла она какой-то коварной. Поддавшись вперед, я чуть наклонился так, чтобы меня слышала только блондинка, — А ты лучше не провоцируй меня, иначе узнаешь, что можно. - несмотря на то, что я ничего такого не сказал, то, каким тоном я это произнес, заставило ее затрепетать. Помедлив, я небрежно коснулся кончиками пальцев ее плеча, — А ты быстро сдалась.— наклонив голову на бок, я изучал красивый изгиб ее шеи, которую украшала аккуратная родинка. —Скучные вечера с медицинскими светилами оказывается представляют сложность для сурового лейтенанта. — не то, чтобы я ставил цель подначивать ее, скорее пробудить азарт, который всегда жил в торндайковской крови, требующий от нее постоянно доказывать, что для нее нет ничего невозможного. Мне так хотелось, чтобы она понимала, что подобные мероприятия имеют для моей профессии немалое значение. — Глупо с моей стороны было снова тащить тебя в эту скукотищу. Не стоит тебе посещать их и мучиться. — я перевел задумчивый взгляд на лицо девушки и мягко улыбнулся, — Как только закончится официальная часть, я отвезу тебя домой. Кто станет винить ее в том, что ей здесь скучно? Она - коп, хороший коп, а не зануда-медик, который провел в лабораториях и  операционных большую часть своей жизни.
Несмотря на заверения девушки, что все в порядке и ей нисколько тут не плохо, я все же решил для себя, что не буду больше терзать ее этими дурацкими сборищами. Элисон принялась поправлять ворот моей рубашки, иногда прикасаясь пальцами к моей шее, — У вас на банкетах драки и убийства были? — у меня было такое ощущение, что это какая-то игра, показательный выпад, который она совершает, дабы  кто-то обратил на нас внимание. — И не совестно вам, лейтенант, калечить специалистов, которые каждый день спасают десятки жизней? — наклонив голову на бок, я наблюдал за действиями девушки, с тенью улыбки.  — Неужели кто-то посмел вывести тебя из равновесия так быстро? — положив руки ей на талию, я заглянул в лицо девушки.
За нашим разговором, незаметно приближалось время официальной части. Элисон потянула меня ближе к столикам, всем своим видом, очевидно, намереваясь доказать мне, что вполне способна справиться с возложенным на нее грузом "плюс один". Но, к ее облегчению, подошло время для торжественной части, которая включала в себя выступления несколько ораторов, намеревающихся рассказать о своих исследованиях в разных областях медицины. После, наверняка, будут какие-то благотворительные аукционы или что-то вроде того, я не особо внимательно изучал составляющие вечера, да и какая разница. Кроме научной части меня все равно тут ничего особо не волновало.
Свет немного приглушили, гости спешили разместиться за своими столиками. Не успели мы устроиться за столом, где на бумаге, каллиграфическим почерком были выведены наши имена, как к нам тут же примкнула Аманда, у которой, само собой, было место рядом с нами. Элисон напряглась.  Это не бросалось в глаза, но я уже научился определять  настроение моей спутницы  без слов и  достаточно хорошо чувствовал, когда она была чем-то недовольна. Возможно поведение моей ученицы вызвало раздражение, что было вполне объяснимо. Игры и притворства были совсем не для Торндайк, она была прямолинейна, порой это качество меня слегка пугало, не всегда было понятно, что она выкинет в тот или иной момент. На всякий случай, я сжал руку девушки и поднес к своим губам, молчаливо давая понять, что я рядом, что бы там ее не беспокоило.
Боже мой! Как же здесь, классно! - плюхнувшись на стул рядом со мной, воскликнула Аманда,  не прекращая вести себя, как ребенок, который попал в медицинский Диснейлэнд. Это все было мило, но и милоте должен же был быть какой-то предел. Меня так и подмывало сказать что-то вроде:"открой глаза, деточка! Многие собравшиеся здесь пахнут нафталином!" Вместо этого, я предпочел  перевести разговор в другое русло или, как минимум, просто иметь возможность заткнуть ей рот. Хотя бы ненадолго. — Ладно, давайте выпьем, я призывающе поднял бокал. Девушки присоединились ко мне, но интерн так суетливо ухватилась за свой бокал, что опрокинула его прямо мне на колени. — Вот черт.. — я вздрогнул, ощущая, как прохладная жидкость отправилась прямиком в самое чувствительное место моего тела. Ощущения не самый приятные. Я отпустил руку Элисон, дабы промокнуть салфеткой свой пострадавший смокинг, но Аманда опередила меня, уже вовсю промакивая мои штаны своей салфеткой. — Ох, прости Джон! Какая же я неуклюжая! Прости! Я сейчас все вытру.. 

Отредактировано John Thornton (Чт, 29 Мар 2018 13:50:07)

+2

10

Далеко не все мои шуточки воспринимались Джоном с ответным юморком. За некоторые брошенные фразы, иной раз, я ловила на себе такой убийственный взгляд, что начинала всерьёз подозревать: а уж не маньяку ли отдала своё лейтенантское сердце? Вот и теперь, возмущение Торнтона по поводу торжественно вручённого ему статуса моего любовничка так резануло мужчину по нервам и всему остальному, что он одарил меня опасной усмешкой, однако без внимания не оставил, выдав язвительные и горькие комментарии, при этом деловито пряча руки в карманы брюк. Боится придушить, да? – Ну, если тебя это как-то утешит… – пришлось пододвинуться максимально близко, чтобы ни одни любопытные уши не услышали моего откровенного заигрывания, – любовник что надо, таких не оставляют лишь бы где, а держат рядышком, – слегка причмокнула губами, будто попробовала невероятно вкусное блюдо, затем с тихим хохотом сделала пару шагов назад. Ох, и нравилась мне моя коварная игра, в которой я по любому проиграю, как только у Джона появится шанс до меня добраться без свидетелей. Заранее трепещу и представляю, чем мне обернутся все мои сегодняшние действия и слова. Мужчина, тем не менее, тоже был не из тех, кто позволит только девушке творить с ним всё, что заблагорассудится. В его взгляде и интонации голоса читалось то самое обещание расправы с вероятностью в двести процентов. Пришлось гордо вскинуть подбородок, демонстрируя принятие этого вызова, хотя внутри уже начинало всё подогреваться на медленном огне, особенно после мимолётного прикосновения его пальцев к оголённой коже в районе плеч. Мурашки по позвоночнику стали красноречивой реакцией. – Провоцировать? Я? – вид такой невинный, что даже смешно, – не занимаюсь такими вещами, – лукавлю и не краснею даже, перехватывая руку Торнтона и опуская её вниз. Невинная ласка на публике может закончиться поисками уединённой комнаты где угодно в этом здании. Чаша моего терпения и без того не глубокая.
Нет-нет, – активно замотала головой, встретившись серьёзным взглядом с Джоном, при этом сжала его ладонь ещё крепче, демонстрируя решительность своих намерений, – мы никуда не уедем, пока у тебя тут есть дела и интересы. Я как-нибудь переживу наличие в светских разговорах слов типа «митральный клапан», если для тебя это важно, – не сдержалась и, привстав немного на цыпочки, довольно целомудренно чмокнула мужчину в губы, закрепляя тем самым свою мысль. С этим мужчиной мне не бывает скучно, даже если он начнёт обсуждать с кем-то врачебную и непонятную мне абракадабру – я буду рядом. Чего только ни сделаешь ради дорогих людей. И даже не заумные светила медицины были той причиной, по которой вечер казался изрядно испоганенным. Когда Торнтон спросил, кто этот самоубийца, выведший меня из равновесия, я едва не ткнула пальцем в сторону его интерна. Нужно действительно либо иметь незаурядные способности, чтобы я так быстро прониклась жуткой антипатией к кому-то, либо таким наглым образом покуситься на  м о е г о  мужчину. И при этом Аманда находится в полной уверенности успеха своего предприятия! О, высшие силы, я к вам никогда не обращаюсь, во мне нет ни послушания, ни смирении, ни, уж тем более, целомудрия, но сейчас. Пожалуйста. Умоляю! Дайте мне терпения не поддаться гневным порывам и не искупать эту девчонку лицом в салате. Да, кое-кто постарался, – уклончиво отвечаю, не желая дальнейших расспросов на эту тему, – но это не ты, так что пошли поедим и выпьем, я здесь ради этого. И, конечно, ради доклада мистера N о влиянии частоты пульса на миграцию креветок, – юмор всегда помогал мне даже в самых тяжёлых ситуациях. Юмор и пистолет. Увы, сегодня я вооружена только первым.
Глупо было надеяться, что Аманду запихнут в самый дальний угол. Девушка сидела за одним столиком с нами и продолжала восхищаться сегодняшним мероприятием с каким-то детским выражением восторга на красивом лице. Я вдруг представила, как моя рука властно сжимает ей волосы на затылке, а затем резко направляет вниз, прямо в тарелочку супа… Слегка вздрагиваю, когда Джон берёт меня за руку и целует ладонь. Вот чёрт! Надеюсь, я не высказала свои фантазии вслух. Приходится улыбнуться максимально по-доброму в надежде, что глаз предательски не дёрнется.
Первые минуты проходят неплохо, официальная часть в самом разгаре и непрекращающийя щебет Аманды тоже. Я, словно это была живая вода, активно хватаюсь за бокал с шампанским и едва сдерживаю себя от того, чтобы не выпить пузырящийся напиток залпом. Спокойно, Элисон. Ты взрослая, адекватная женщина, которая не поддастся на провок… какого хера?! Ладно, она пролила на него содержимое бокала. Но потом так ретиво принялась исправлять свою оплошность, вытирая брюки Джона, что я зависла. Моя челюсть непроизвольно уехала вниз, мозг реально притормозил, а глаза, словно загипнотизированные, наблюдали за движением руки девушки, которая подбиралась всё выше. И выше. – Левее ещё возьми, там осталось пятнышко, – сухо и злобно бросила я и отвернула голову, чтобы, твою ж мать, не видеть всего этого. Больших, просто огромных трудов мне стоило сохранять спокойствие, ибо внутри бушевал ураган разрушительной силы. Аманда не представляет, как ей повезло, что мы находимся на публике. Иначе этой рукой, которой она так заботливо пытается сымитировать эротический массаж Джону, она бы уже ничего не смогла сделать. Я сжимаю салфетку на своих коленях до такой степени, пока костяшки пальцев не побелеют. Взгляд, полный льда и ненависти, буравит выступающего на сцене оратора так, что он в какой-то момент заикнулся, поймав его. Неловко вышло. Я извиняющее улыбнулась, намекая, мол, задумалась о своём, а ты молодец и продолжай. Возня сбоку меня раздражала, но я упрямо не смотрела в ту сторону, пока Аманда снова не открыла рот:
Наверное, будет лучше промыть водой. Пойдём, я… – договорить девушка не успевает, потому что встречается со мной глазами. Кажется, до неё постепенно начинает доходить вся опасность сложившегося положения. Давай, милая, закончи свою фразу.Ну, и какое же у тебя предложение? – обманчиво спокойный тон, каждое слово произносится четко и с расстановкой, я убираю руку, когда Джон пытается накрыть мою ладонь сверху своей. – Никакого, – поспешно ответила интерн и прекратила свою бурную деятельность. Надеюсь, навсегда. Вот это правильное решение, девочка. Я вздохнула, прикрыла на пару секунд глаза и, продолжая сидеть напряжённая и вытянутая, словно струна, пыталась сосредоточиться на следующем выступающем. Через минут десять раздались аплодисменты, мои ладони хлопали чисто на автомате, пока мысли, до этого носившиеся лихорадочно, наконец успокаивались и замедляли свой темп. Прозвучали слова о каком-то перерыве и я, почувствовав свободу, стремительно встала из-за стола и пошла в сторону открытой террасы, бросив мужчине: – Шампанское ударило в голову, пойду подышу, – смешно. Женщине, которая на спор может перепить в любимом баре копов своих коллег, какой-то гламурный напиток не сделает ничего плохого. Но на воздух мне определённо надо выйти.
Вечер октября был прохладный, но меня это не заботило. По открытым плечам гулял едва заметный ветерок, зато горящие щеки постепенно остужались. Я услышала, как за спиной появился Джон, но оборачиваться не стала. – Мужчины все такие слепые, м? – с горькой усмешкой пробормотала, глядя сквозь темноту на всех, кто тоже вышел подышать. Зелёная зона вокруг здания представляла собой небольшой парк, в котором можно легко затеряться, когда вам не нужны свидетели. – Ты всё время переживаешь за меня, ведь я имею дело с опасными типами, которые могут реально ранить. А мне теперь что прикажешь делать? – какая-то грусть-печаль-тоска мной овладела, своеобразный отходняк бессилия после подавленного приступа гнева. – Переживать в ответ, что какая-то девушка будет пытаться протереть тебе дырку на штанах, пока ты совсем не замечаешь её намерения залезть ещё поглубже? – наверное, я открою сейчас для Торнтона Америку. По нему с самого начала было видно, что все намёки Аманды пролетают мимо. Но мне, черт подери, от этого не легче совсем.

+2

11

Этот вечер просто обречен был на провал. По крайней мере, кое-что я для себя уяснил - брать женщин на серьезные мероприятия, дело неблагодарное и ненадежное. Мне се время приходилось метаться между двух огней. А, перевернув на меня бокал шампанского, Аманда и вовсе устроила настоящий цирк, демонстрируя свои попытки загладить вину. — Да всё в порядке.. — удалось мне, не без раздражения, вставить, в перерыве между ее извинениями и прочим бессвязным бормотанием. Но она, не обращая никакого внимания на мои сопротивления принялась промокать штаны салфеткой. Да так усердно, что превратила неловкую ситуацию в супер-мать-его-неловкую.
Аманда... — я тщетно пытался обратить внимание девушки на себя, но она будто в каком-то тумане, нахватала с миллион салфеток и прикладывала их к моему паху. Снова и снова. Она не в себе что ли? Тут же люди кругом.  И Элисон. Ох, черт, Элисон... — Хватит. — сердито возмутился я, краем глаза наблюдая, за присутствующими. Надеюсь, никто не замечает этого эротического шоу? — Ты слышишь меня?— начиная закипать, тихо прорычал я, переводя взгляд на свою спутницу. Я быстро понял, что та вышла из себя еще раньше меня - серые глаза девушки потемнели, она не сводила испепеляющего взгляда с моего интерна и практически не шевелилась, как пантера, перед прыжком. Зная ее темперамент, нетрудно было предположить, что еще немного и беды не миновать. А мне так хотелось обойтись без жертв в этот чудесный день. — Наверное, будет лучше промыть водой. Пойдём, я… – вновь заговорила Аманда, на этот раз настойчивее, я уже было открыл рот, чтобы рявкнуть на нее, но тут вмешалась Элисон и ее мягкий и чересчур спокойный тон, захватил девчонку врасплох. — Ну, и какое же у тебя предложение? — эдаким обманчиво-ласковым тоном заявила о своем присутствии лейтенант Торндайк. Боже мой, Аманда даже не представляет, какую беду на себя вот-вот навлечет. Ох, девочка моя, ну не злись.. Я потянулся было, чтобы накрыть ее ладонь своей, жестом призывая успокоиться, но она успела выскользнуть так быстро, что наши руки даже не соприкоснулись. — Эли..— начал было я, но она перебила меня, заявив, что шампанское ударило ей в голову и ей необходимо провериться, после чего  поднялась и быстро исчезла из поля зрения в приглушенном свете зала. Твою мать... — я еле удержал себя, чтобы не выругаться вслух, лишь проскрежетал зубами и скомкав салфетку, отшвырнул на стол. Ну и вечерок в самом деле!
Что это с ней? — озадаченно провожая взглядом девушку, поинтересовалась Аманда, взяв новую порцию салфеток и вновь пододвигаясь ко мне. Я вздохнул, чувствуя, как во мне накатывает гнев. Господи, она и вправду такая глупая или только хочет такой казаться? Любой из вариантов меня не устраивал. — Ты вообще слышишь меня? Я же сказал - прекрати! — прошипел я сквозь зубы, схватив ее за запястье и силой убирая руку подальше от своего достоинства. Стыд-позор какой-то, ёмаё! — Ох, Джон... Мне так стыдно. — помолчав, огорченно выдавила она, глядя на меня исподволь, словно побитая собака. — Тебе и должно быть стыдно. Устроила тут черти что. —  зло пробурчал я, залпом осушив свой бокал и поставил его на стол с такой силой, что его осколки чуть не остались в моей ладони.
Больше, к моему облегчению, Аманда не предпринимала попыток заговорить со мной. С трудом дождавшись, пока очередной оратор выговорится, я выскользнул из-за стола и отправился на поиски Элисон. Мне было не интересно, что там будут еще рассказывать с трибуны. Вряд ли вечер может быть еще более переполнен сюрпризами, чем уже есть.
Интуитивно двинувшись в сторону большой открытой террасы, я не прогадал, вскоре разглядев ее рядом с перилами балкона, на фоне темнеющего неба. С наступлением сумерек на улице заметно похолодало, природа будто напоминала о том, что на дворе октябрь, но так, постепенно, ненавязчиво, пуская в ход освежающий ветерок. Приближаясь к девушке, я на ходу скинул пиджак, намереваясь укрыть ее обнаженные плечи. — Замерзла? — тихо спрашиваю у нее над ухом, но она не отвечает. Вернее отвечает. Но не сразу. И не на мой вопрос.  — Мужчины все такие слепые, м? — горько пробормотала она, не оборачиваясь. — Так кажется только со стороны. — вздохнув, я накинул на нее свой пиджак и сжал плечи девушки, оставаясь стоять позади. — Ты всё время переживаешь за меня, ведь я имею дело с опасными типами, которые могут реально ранить. А мне теперь что прикажешь делать? — в ее голосе сквозит столько непривычной, странной печали, что мне становится не по себе и холодеет где-то внутри. Неужели ее так огорчила эта дурацкая выходка моего интерна? Я не успеваю задать вопрос вслух, потому, что она продолжает говорить, все так же тихо и подавленно, — Переживать в ответ, что какая-то девушка будет пытаться протереть тебе дырку на штанах, пока ты совсем не замечаешь её намерения залезть ещё поглубже? — Ну вот, приехали.
Я медленно развернул ее к себе и задумчиво уставился на непривычно грустное выражение лица девушки. В самом деле, видеть ее такой было странно. Элисон редко бывала такой, она не подвергалась депрессиям и не капризничала по всякому поводу, показательно выпячивая губы, как часто делают женщины. От того было еще хуже понимать, что причина этого состояния - ты сам. Я подошел ближе и взяв ее лицо в свои ладони, наклонил голову на бок, изучая ее дымчатые серые глаза. — А ты не думала, что я и правда не замечаю? — я мягко улыбнулся, проведя указательным пальцев вдоль по линии ее скул. — Не думала... — продолжаю все так же тихо и вкрадчиво, любуясь ее чертами лица, —что любые ее намерения мне безразличны? — опускаю руки на ее талию и подталкиваю вперед, бережно прислоняя спиной к бортику балкона. — Все очень просто — придвигаюсь ближе, положив руки ей на талию и блуждая нежным взглядом по лицу девушки. Медленно целую ее в уголок губ и, нахмурившись, тихо, но серьезно произношу, — Я давно уже не замечаю никого, кроме тебя. — неожиданное, маленькое признание слетает с моих губ. Осознав это, смущенно улыбаюсь, глядя куда-то в район шеи девушки, — Так что... уверен, что у тебя нет никаких причин переживать.

+1


Вы здесь » inside » кинозал » a little competition


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC