Добро пожаловать!

Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шоре! На календаре май 2018 года. Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21).


INSIDE: путеводитель!
БЮРО ИНФОРМАТОРОВ
Справочное бюро: семейное!

О, счастливчик!

Сайд - это место, по которому я успел соскучиться всего лишь за неделю отсутствия. Это милая моя Ромашка, дорогая сердце бывшая женушка, трепетная и везде успевающая Грейс, а так же нечто, что храниться глубже. Это и атмосфера, которая присутствует здесь круглосуточно. Заходи в любое время, прекрасное утро от первой леди, на пары и учебу с Лили, а вечером успевай только в темы флуда заглядывать. И даже если опоздал, обязательно найдётся кто-нибудь блукающий, как и ты, ночью у холодильника или игровой. Потому что Сайде - это дом. Сайд - это семья. Спасибо вам!

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » кинозал » Do you want to cross the line?


Do you want to cross the line?

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://sd.uploads.ru/C4egk.gif http://s3.uploads.ru/XxWls.gif
Do you want to cross the line?
начало января 2018  |  бар, Вашингтон  |  Саванна, Грейс

Случайности - не случайны, а милые девочки с противоположного конца барной стойки могут оказаться далеко не такими милыми при ближайшем рассмотрении.

+5

2

Новая игра начинается как-будто бы спонтанно, со стороны даже глупо - с одного неудачного репортажа. Корреспондент Грейс Маршалл освещает ужасающее событие, взрыв в одном из ТЦ. Утро перестает быть томным.
Саванна не часто включает телевизор, но в этот раз, собираясь на работу, щелкает пультом. Женщина разглядывает съемки разрушений, пока застегивает лифчик, и с тоской отмечает, что жертв могло быть и больше, натягивая футболку. Тем не менее, новость довольно веселая, чтобы зарядить хорошим настроением на весь день.
- Спасибо, корреспондент Маршалл, - произносит Сав и шутливо кланяется изображению симпатичной блондинки. И тут в глаза бросается один из мимолетных кадров того, как спасатели эвакуируют выживших.

Сердце пропускает удар, хорошее настроение встает колом в глотке - из здания выводят Сахару, мать её, Эйвери, и Джо. Столько погибших, а эти, блять, выжили.
Где справедливость? К небу отвратительным налетом прилипает привкус разочарования, день испорчен.

Если у кого-то из редких людей, имеющих счастье быть знакомыми с обеими близняшками, сложилось впечатление, что Саванна - безопасная и рациональная сестра из двух имеющихся, то они жестоко ошибаются. Относительно контролируемые хаос чудовищных внутренних подземелий, ещё не ровно нормальный человек.
Среди сестер Эйвери вообще не водится здоровых и без отклонений. А значит, объектом случайного и хорошо выдержанного гнева может оказаться первый попавшийся, и это будет совершенно логично и справедливо в системе координат одной очаровательной психопатки.

Стрела квази-купидона пронзает сердце, когда лицо Грейс Маршалл ещё не успевает пропасть с экрана плазмы. Встарь гонцам, что приносили дурную весть, отрубали головы. Саванна предпочитает действовать куда более элегантно, и просто превратить жизнь мисс Маршалл в Ад. Потому что та попалась под горячую руку, и симпатичная. Потому что Эйвери достаточно безумна, и привыкла компенсировать за чужой счет любые психо-эмоциональные потери.
Потому что так сошлись звезды, это судьба, фатум, карма, и вообще - почему-бы и нет?
- Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать, - и смиритесь. Сав - зло спонтанное, хоть и продуманное.

Накидывая утепленное пальто на татуированные плечи и напевая под нос веселый мотивчик, Сав ободряет себя обдумыванием плана своего нового маленького развлечения. У каждого свои методы психотерапии, когда любимая сестра трагически выживает при взрыве.

***

Ничто хорошее не делается быстро. Ни один персональный Ад не может быть замешан на общепринятых паттернах, нужна личная информация. И да, Маршалл - личность публичная, много данных буквально на поверхности. Но этого недостаточно. Разбавляя досуг, Саванна обращается к проверенным каналам, ведь она - информатор.

Вы удивитесь, узнав какие клиенты порой бывают у хороших татуировщиков, и как много они рассказывают мастеру. Мастер - друг, развязывающий вам язык ненавязчивыми фразами, отвлекающими от монотонной боли. Именно на почве огромного количества сведений и полезных знакомств, сообразительная Эйвери и организует свой маленький побочный бизнес. Она торгует фактами, как свежими хот догами, и использует их для личной выгоды, когда нужно. Почти ничего криминального, обычные болевые точки не очень обычных людей. И почему-бы не обменять пару секретов на детали биографии новой жертвы?

- Очень интересно, - женщина с маниакальной улыбкой откидывается в кресле, прочитав высланную сводку. Теперь у неё есть все карты, дело за техникой.

***

Чистый бар, хорошее освещение и выпивка раз в десять дороже себестоимости. Маргинальные элементы исключены. Но Саванна здесь не за тем, чтобы окунаться в атмосферу выхолощенного пьянства белых воротничков - по всем расчетам, сегодня тут появится нужный объект. Сегодня - отправная точка, и Эйвери по детски восторженно, нетерпеливо барабанит пальцами по деревянной стойке. Парик из длинных платиновых прядей, закрытое, но очень и очень облегающее платье, макияж. Её буквально не узнать.
А вот Грейс заходит в бар во вполне классической комплектации красивой, но уставшей журналистки. За время подготовки Сав изучила эти черты и контуры очень подробно, теперь они кажутся почти родными.
Дожидаясь, пока Маршалл выпьет первый бокал, белокурая преследовательница будто случайно присаживается рядом.
- Могу я угостить даму коктейлем? -

+6

3

Как чертовски много времени прошло с того злополучного взрыва, и сколько всего произошло с тех пор. Теперь Маршалл чаще узнавали на улицах, периодически звали поработать в студию, но ее стихия - репортажи на месте. Правда, за неимением оных, можно пару дней и на студии перед камерой посидеть, в наше время деньги лишними не будут.
Дни летели, человеческие мозгишки начинали забывать о случившейся трагедии, в торговых центрах и метро становилось все больше народу - хоть по новой подрывай, чтобы к новогодней распродаже отогнать половину покупателей, очереди-то длинные.
Казалось бы, все плохое должно было закончиться четвертого сентября, после теракта страна сплотится и запоет гимн США, в порыве великой любви к своей стране и друг другу, злодеи будут пойманы и наказаны, и воцарится мир во всем мире. Черта с два. Для Грейс все только начиналось. Карьера пошла в гору, а вот семья...
В ноябре умер отец, они потеряли ресторан, Маршалл узнала, что Келси Купер ее кузина, шеф Маршалл - дядя, под Рождество ей подкинули сына, которого она много лет назад тайно отдала на усыновление, отец изменял матери, а дом вот-вот грозят продать за его долги. Зато карьера пошла в гору, да!
Просыпаясь по утрам, Грейс думала только о том, что это ее персональный ад. Еще и придурок-муж не хочет давать развод. Наличие у  Грейс взрослого ребенка его не смутило и не отпугнуло. Как жаль. Вот же настырный.
Собираясь на работу, Маршалл думала, как так сильно могла ошибаться в отце? Как все они могли так ошибаться? А ведь тетя с самого начала называла его козлом и предлагала маме развестись. Неужели она что-то знала, или у нее просто такой хороший нюх на предателей? Им всем стоило прислушаться, зато теперь тетя ходит довольная и приговаривает: "Я же говорила". И имеет на это полное право. Она ведь говорила.
Ее жизнь похожа на сценарий неудачного ситкома. Такой даже до половины читать не станут, выбросят в ближайшую урну, а на сценаристе, написавшем этот бред, на всю жизнь поставят крест и вышвырнут на улицу. От нее совершенно нет пользы. Она может только скрывать подробности смерти отца от посторонних, чтобы семью не заклевали "доброжелатели" и журналисты. Что делать с ребенком-подростком? Что делать со внезапно обретенной семьей, частью семьи? Что делать с мужем? Почему она не может обнять плюшевого мишку и пойти лечь на кровать рядом с мамой, сказать, что ей страшно, и получить свои утешительные обнимашки? Где и кому она так напортачила в этой жизни? Или подобное дерьмо - плата за известность? Так сказать "равноценный обмен", только где же он равноценный?..

- Коннор, я добиваюсь у тебя развода уже год. Да, я не пошутила, через неделю будет ровно год, как я отправила тебе эти документы. Просто подпиши их и не надо рассказывать, что их собака съела. Не в пятый раз! - день был трудным, как и предыдущий, и до него, и еще пару месяцев до этого. - Ты понимаешь, что если я пойду в суд, я к чертям собачьим отсужу у тебя все и оставлю тебя с голой задницей, ты этого добиваешься?! Ладно, поговорим! Не знаю, о чем нам еще разговаривать, но договорились! Завтра вечером, в том баре...

На следующий день после работы Грейс несколько раз пыталась дозвониться до мужа - пока еще мужа - но тщетно. Этот говнюк снова решил ее продинамить. Нет, плохо, Трейси, как тебя учила мама? Не думай о людях плохо. Может, он утопил телефон в унитазе? Лучше бы утопился там сам, - проносится мимолетная мысль в голове репортера и она хмыкает себе под нос. Но проблемы с телефоном действительно стоит рассмотреть как "вероятные", потому Маршалл направляется к машине. Уже через час она заходит в бар. Муж уже должен ждать ее, только его нет. Опаздывает? - ну да, конечно. Динамит. Но Грейс будет ждать до последнего, чтобы потом, на суде, у нее была возможность честно сказать, что Коннор ни разу не явился на встречи.
Довольно быстро Грейс выпивает свой первый бокал вина, устало смотрит на пару красных капель на дне посуды, затем отрывает взгляд и поворачивается на голос. Секундное замешательство. Как много народу в баре? Насколько странным будет, что ее угощает девушка? Где, мать его, Коннор?
- Да, почему бы и нет, - пора уже включить реалиста. Муж не придет. Ей придется добиваться развода через суд. В баре всем плевать на нее и на то, с кем она пьет. А пить с кем-то все-таки не так паршиво, как одной.

+7

4

Грейс не выглядит жалко, не смотря на понурые плечи, опущенный взгляд и безнадежные поглядывания на часы. Грейс кажется уставшей и заслуживающей сочувствия, молодой женщиной с кучей проблем. Все эти проблемы так и лезут из под крышки ящика Пандоры, пронизывают столпы хрупкого мироздания черными щупальцами, забираются в самые мелкие щели, готовые разрушить её жизнь.
Ещё немного, и Грейс Маршалл разлетится на куски, усыпав пол красивой жемчужной крошкой, а потом просыплется и глубоко в бездну Ада. И всё это под красивой оберткой успешной журналистки.
Именно поэтому она - идеальный выбор.

Саванна избегает вульгарных методов избавления от негативной энергии, откровенную агрессию позволяет себе очень редко, и только с особо провинившимися (с единокровной сестрой, например), да и в целом почти сдержана в развлечениях. Но для особенно изящных игр нужны изысканные жертвы, иначе получается полная тривиальности пошлость. Эйвери не любит грубой работы, не терпит плоскости, не удовлетворяется упрощениями. За редким исключением.
Господь храни Америку от обострений этой чудной дамы. Аминь. Увы, с моменты возвращения Сахары в стройную канву её существования, обострения неминуемы, как стихийное бедствие.
Эйвери - как стихийное бедствие. А что, звучит.
Близняшка очень плохо влияет на её психическое состояние.

С Грейс их сводит злой рок. И если для блондинки это беспощадный фатум, о котором она ещё знает, то Сав ощущает дуновения ветра судьбы кончиками пальцев, и идет по нему уверенно. Держась, словно за тонкую нить. Чувство связи - одна из важнейших составляющих этой "игры", на нем строится фундамент будущего безумства и высчитывается его кпд. Рациональное иррациональное цветет и пахнет во внешне почти нормальной Саванне, даруя ей иллюзию равновесия и желание жить в этом несовершенном мире, не взрывая его к чертовой матери, по кусочкам, каждый божий день. Маршалл - лекарство, у которого никто не спрашивает мнения. Шла в комплекте с дурными новостями, и теперь за это расплачивается.

Она сидит перед Сав, такая очаровательно обреченная, отчаявшаяся дождаться от мужа развода или конструктивного диалога, не ведая, что как раз сегодня кто-то из знакомых хакеров Эйвери хитро настроил переадресацию на его телефоне. Что ему не доходят ни звонки, ни смс, зато приходит сообщение об отмене встречи с правдоподобным объяснением. И как же чудно, что даже вздумай он объясниться, журналистка воспримет его объяснения, как плохо отрепетированную ложь. Ведь Коннор не зарекомендовал себя человеком, которому можно доверять в таких вопросах. Чем не идеальное преступление? Главное, вовремя потереть логи. Или избавиться от тела.
Эйвери всё и всегда делает наверняка.

Чужой упадок - бальзам для больного разума. Внутри, через тягучую социопатию и перманентное раздражение, поднимается позабытое, теплое чувство удовлетворения. Саванна смотрит в уставшие глаза Маршалл, внимает с искренней заинтересованностью, и сочувственно кивает.
- Трудный день? - голос, хрипловатый от сигаретного дыма и выпитого алкоголя, полон сопереживания - Саванна не фальшивит и не переигрывает. Она такой же человек с проблемами, она понимает. С ней можно немного поболтать за коктейлем и облегчить душу. Ведь это ни к чему не обязывает, правда?
Не нарочитый жест бармену. - Два Дайкири, пожалуйста, - выбор, разумеется, не случайный. Сегодня в целом будет очень мало случайностей, но это частности. Что важнее:
- Меня зовут Саманта, будем знакомы. - располагающая, чуть печальная улыбка женщины, обремененной неурядицами, но всё же весьма жизнерадостной. Поднятый бокал. - Выпьем за новое начало? - Не слишком выразительная пауза, почти неловкая. - Новый год - новая жизнь, верно? -  Хорошо поданное смущение, глоток из бокала, чтобы прикрыть лицо. Ничто не должно быть неестественным.

Отредактировано Savannah Avery (Вт, 20 Фев 2018 19:37:00)

+6

5

Ее мысли витают где-то далеко от реальности. Она отлично умеет делать вид, что участвует в разговоре, что слушает и слышит, но сейчас нет никаких сил притворяться. Взгляд ее немного затуманен. И зачем только она четыре года назад сказала "да"? Ее ведь отговаривали. Практически все отговаривали, но была в Грейс какая-то черта, внутренняя чуйка на неудачников, на неправильные поступки, на выбор, о котором она пожалеет. Если ей дать два лотерейных билета, один из которых будет сто процентно выигрышный, Грейс выберет второй. Каждый раз будет выбирать не тот.

Слишком много событий для одного человека. Когда Маршалл страдала от нехватки интересных репортажей, она надеялась на какие-нибудь скандалы, на пойманного убийцу, на аварию, но никак не на два теракта, не на смерть отца и прочую жесть, что творилась сейчас в ее жизни. Жесть - почти жаргонное словцо, но это самое мягкое из того, как описывала Грейс свою жизнь у себя в голове. Должно быть, это та самая пресловутая карма.

- Да, - Маршалл "включается", с лица спадает задумчивое выражение, она устало улыбается. - День, неделя, месяц... - тихо добавляет журналистка и усмехается. Возможно, это именно то, что ей нужно. Просто выпить, поговорить, отвлечься хотя бы на день. Хватит трепать себе нервы, ведь она не всесильна, от нее мало что зависит. Пора смириться. Незнакомка заказывает для них два Дайкири, отчего Грейс сначала еле заметно сводит брови к переносице от удивительного совпадения, затем вновь усмехается. - Грейс, очень приятно, - иногда при знакомстве Маршалл раздумывала над тем, каким именно именем назваться. На работе ее знали под именем Трейси Маршалл, зрители перед экраном телевизора, соответственно, тоже, но друзья и родные называли ее не иначе, как первым именем. И раз уж она не на работе, то к черту официальность.

Небольшая пауза, тост, затем Саманта торопится осушить бокал, а инициативу подхватывает Маршалл.
- Да, новый год - новая жизнь. Отличный тост! - в ее голосе звучит одобрение, хотя в глазах неуверенность. С ее проблемами одного тоста, одного решения "начать с начала" будет мало. Если бы все зависело только от нее... Грейс делает пару глотков, затем отставляет бокал на стойку и сверлит его серьезным взглядом. - Тоже выдался поганый год? - почему-то ей кажется, что мало одного плохого дня, чтобы искать утешения в баре, в компании какой-то незнакомки. Маршалл отрывает взгляд от напитка и переводит его на Саманту. Приятная девушка, выразительные черты лица, стройная фигура, длинные волосы, наверняка половина бара уже успела положить на нее глаз. Какие проблемы могут быть у такой особы? Должно быть, про Грейс многие думают так же. Есть работа, есть внешность, даже муж - что еще нужно? Какие проблемы? "С жиру бесится". - Попробую угадать: парень?

Это самое первое, что может прийти на ум. На деле Маршалл и не пытается назвать верный ответ, просто разговорить новую знакомую. Нужно же о чем-то поговорить, верно? Почему бы не излить друг другу душу, вряд ли они встретятся еще когда-нибудь. Или это может оказаться началом отличной дружбы, чем черт не шутит. Маршалл вновь берет свой недопитый коктейль и делает еще несколько глотков, попутно давая бармену команду, чтобы начал готовить еще две порции.

+5

6

Хуже и хуже. Смысл в том, чтобы капать ядом на незаживающие раны и наблюдать за чудными узорами некротических изменений. Только это исцелит её душу, изорванную демонами. Только это.
Не трогать игрушки сестры, завести свою. Чем меньше будут пересекаться их интересы, тем лучше - жертва на стороне, это рационально. Саванна это может, правда, может. Заболеть вирусом "Маршалл", в свете последних событий, очевидный выход. Клин клином.

Здесь и сейчас, в роли страдающей дамы, Эйвери чувствует себя комфортно. Во время игры по-другому и не бывает - иначе какой в ней смысл? Коктейль не обжигает слизистую, а в голову ударяет лишь слегка - и то за счет ледяной температуры. Грейс поддерживает тост. Грейс делится именем, печальной улыбкой и тяжестью на дне антрацитовых зрачков. Саванна внемлет. Есть контакт, объект не против беседы по душам. Можно идти на усугубление.

- Крайне поганый, - не вранье, чистая правда. Год и месяц, если быть точной, как жизнь катится под откос вместе с и так неисправной психикой.
- Бывший муж. Нарушает судебный запрет на приближение, жизни не дает. Никак не смирится с моим уходом. - А вот и грязная манипулятивная ложь.  Начало начал - найти относительно общие истоки несчастья, установить сочувственное доверие. Большой глоток из бокала для пущей убедительности. - С тех пор, как умерла наша дочь - смотреть на него не могу. Будь он хоть десять раз не виноват. - Прочувствовать момент - представить себе девочку лет пяти. Золотистые кудри, розовое платье. Небесно голубые глаза - растекаются в размазанном по асфальту черепе. Костяная крошка, лужа крови, кусочки мозга на сером покрытии. Ужасно... неаккуратно.
Черты лица искажаются почти до неузнаваемости, делаясь ломанными и неприятными - люди называют это гримасой боли. Нет, не брезгливость, ну что вы. Со слезами сложнее, у социопатов с этим в принципе тяжело. Приходится почти проткнуть каблуком собственную ногу, чтобы по щекам покатились соленые капли. Соответствовать образу увлекательно.
Пальцы сжимают бокал до белеющих костяшек всего пару секунд, и взгляд возвращается из бездны к собеседнице. Виноватым и растерянным.

- Простите, совсем не хотела смутить вас этими подробностями, - дрожь в голосе - как настоящая. - Вы спросили, и ... - заминка, по гортани пробегает судорога, будто блондинка сглатывает комок и вытирает покрасневшие глаза салфеткой. - Честно говоря, я устала и пьяна, и дурно себя контролирую. Вы будете полностью правы, если откажете мне в компании. Но мне кажется, именно вы меня поймете,  - Сократить дистанцию, и вновь отпрянуть - и речь не о физическом положении тела. Сав натурально изображает обеспокоенность.
- Ох, это опять происходит, - вздох. Снова прикрыть рот бокалом и сделать глоток. Допить залпом, проявляя этим жестом крайнюю степень волнения. Отвести глаза. - Чувствую себя ужасно глупо. - изображать из себя женщину в разрозненных чувствах легче, чем выдерживать нарастающее желание рассмеяться. Впрочем, и это допустимо - всегда можно списать на нервы. А уж с нервами у этой особы точно не всё в порядке.

Проблемой будет, если меня начнет рвать розовыми блестками прямо стойку. Или я высморкаюсь в парик. Вот это точно можно счесть странным. Ну же, Грейс, твоя очередь делиться. Это ведь только начало. 

Отредактировано Savannah Avery (Вс, 1 Апр 2018 07:58:49)

+4

7

Сначала Грейс задумчиво кивает, поджав губы. Она готова выслушать любые жалобы. Хоть у нее и не так много друзей, зато есть коллеги, в университете были однокурсницы, в школе одноклассницы - и случать Грейс всегда умела. Слушать и сочувственно кивать головой. Она или делала вид, что понимает, или действительно понимала, но реакция оставалась одинаковой. Задумчивое, сочувствующее выражение лица и медленные кивки. От нее даже не требуется что-то говорить, обычно девушкам достаточно того, что их слушают. Или делают вид, что слушают.

Сейчас Маршалл действительно вслушивалась в каждое слово, просто потому, что не была занята чем-то более важным, но с каждым словом новой знакомой, кивки становятся все реже, а затем Грейс и вовсе замирает. Несколько секунд она сидит неподвижно, затем поворачивает голову на девушку. Слова комом застревают в горле, она и рада бы сказать что-то ободряющее, да на ум ничего не идет. Что может быть хуже, чем потерять своего ребенка? И не просто отделить его от себя, отдать другому человеку - потерять навсегда. Оттуда уже не возвращаются. Грейс молча смотрит на Саманту и ничего не может из себя выдавить. От нее нет никакого толка. Маршалл просто смотрит, как меняется в лице ее собеседница, как наворачиваются слезы на ее глазах, ловит себя на мысли, что тоже пытается сдержать слезы.
- Я очень... - Грейс прочищает горло и пытается подобрать подходящие слова. - Я соболезную.
Блондинка очухивается и быстро запускает пальцы в свою сумку, достает пачку одноразовых носовых платков и протягивает их Саманта.
- Нет, конечно, я сама спросила, - повторяет Маршалл слова собеседницы, но позволяет девушке продолжить.

- Я могу только попытаться представить себе, что вы чувствуете, но у меня, наверное, нет морального права говорить, что я понимаю... моя ситуация совершенно иная, - Грейс не может пересилить себя, чтобы заговорить о своих проблемах. Они меркнут на фоне услышанного. А ведь Грейс всегда считала себя бессердечной и черствой, особенно по отношению к детям, но теперь... может ли быть, что в ней проснулся материнский инстинкт, который она столько лет обращала в шипы, чтобы ей не было так больно? Или это иммунитет, выработанный годами тренировок? Когда Маршалл перед камерой, то люди для нее и не люди вовсе, только материал. Если она на каждую подобную историю будет реагировать истерией со слезами - ее выгонят с работы. Сейчас же перед ней сидел живой человек, с ужасной судьбой, с болью, разрывающей изнутри, с черной дырой вместо сердца и Грейс почему-то проникалась к этой девушке. И ей хотелось как-то приободрить Саманту.

- Знаете что, давайте напьемся? - не выслушивая ответа, Грейс повернулась к бармену и попросила налить им по две стопки водки. - Возражения я принимать отказываюсь, потому что напиться - это то, что нам обеим сейчас нужно. Напиться и забыться. Выкинуть из головы все плохое и... - Маршалл слабо представляла, как алкоголь поможет ей забыть про все ее проблемы, а Саманте - про мужа и ребенка, но очень надеялась, что план сработает. По крайней мере, стоит попробовать. - К черту мужей. Оставим этот балласт позади и будем жить дальше, потому что, кто знает, сколько хорошего еще нас ждет впереди? - бармен пододвинул к девушкам четыре только что наполненных стопки и Грейс вручила одну из них Саманте, после чего залпом осушила свою первую порцию и зажмурилась. Нет, не стоило прибегать сразу к столь радикальным мерам, с водкой она погорячилась... но уже слишком поздно что-то менять.

+4


Вы здесь » inside » кинозал » Do you want to cross the line?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC