Добро пожаловать! Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шор, штат Мэрилэнд! Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21).
На календаре октябрь 2018 года. Температура воздуха
в этом месяце: +12°...+18°.
Путеводитель / Бюро информаторов / Справочное бюро: семейное!

sample70

Джером ждет отца

sample70

Питер ждет дочь

sample70

Анна ждет подругу

sample70

МаркусНАША ГОРДОСТЬ

sample70

ДжеромНАША ГОРДОСТЬ

sample70

ЭнниНАША ГОРДОСТЬ

sample70

НикНАША ГОРДОСТЬ

О, счастливчик!

Хотелось бы традиционно начать с «Кусь» и теплых обнимашек для Всех и абсолютно каждого жителя Сайда, наверное без этого я не была бы собою. Для меня, как полагаю для всех вас, Сайд стал домом, добрым, светлым, гостеприимным. Местом, где нам всегда рады и ждут, не важно отлучаемся мы на несколько дней, или же уходим искать себя на жизненном пути. Здесь невероятно уютно, если тебе грустно, скучно и просто хочется поговорить, ты всегда найдешь, которая поднимет настроение, и тех, кто, возможно, ждет только тебя, чтобы зажечь новую, потрясающую воображение историю. Для меня, Сайд – это то место, где я каждый день переживаю весь спектр эмоций, место, где я обрела массу друзей и семью. Большую и крепкую, потому что Сайд – это в первую очередь Семья.

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » кинозал » Там, где восходит солнце


Там, где восходит солнце

Сообщений 21 страница 40 из 48

1

http://funkyimg.com/i/2DNou.gif http://funkyimg.com/i/2DNot.gif
Там, где восходит солнце
Апрель 2018 года  |  Япония  |  Yokoyama Miyatoru & Ethaniel Rains

- И...это типа твои предки?
- Fuck, yeah! (с)

Когда Миятору приглашал Эля в Японию, он всего лишь хотел показать вокалисту свою страну. Ну и познакомить с родителями. И даже представить не мог, чем обернется это его желание.

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Ср, 16 Май 2018 23:47:51)

+5

21

Удивительно, но Миятору даже представить не мог, насколько сам был напряжен, когда знакомил Эля с родителями. И вовсе не потому, что боялся, что парень может им не понравиться. Вовсе нет. В Эле он был уверен. И в родителях был уверен тоже. А еще был уверен в том, что они обязательно найдут общий язык. Ну, так ему казалось. На самом же деле оказалось, что Миятору волновался. Беспокоился о том, сможет ли его хмурый и закрытый вокалист позволить себе приоткрыть дверь для кого-то постороннего. Даже не столько приоткрыть дверь, сколько понять и принять тот факт, что от его родителей ему вовсе не стоит возводить баррикады. И когда оказалось, что Этаниэл это действительно понял, у Мии словно гора с плеч свалилась. По размеру – все та же Фудзи. И, пожалуй, впервые Миятору был настолько благодарен собственному отцу. Настолько благодарен, что попытался эту самую благодарность выразить. По завершению ужина. Наедине. И получил от ворот поворот, ибо для Йокоямы старшего это принятие друга сына не стоило никаких трудов. Эль действительно смог задеть какие-то струнки в душе его, Миятору, отца.
Спать они расходились в районе двенадцати. А улеглись и того позже, даже не смотря на то, что комната для Эля была подготовлена заранее. Но Миятору не спалось. Не смотря на то, что за прошедшие сутки они с Элем почти не сомкнули глаз. Не смотря на то. что время давно перевалило за полночь. Огромная разница в часовых поясах сыграла свою роль – обычно в это время Миятору уже давно просыпался. Потому – сон не шел.
Решив не тратить зря время, парень прихватил ай-пад и спустился на первый этаж. Зарулил в кухню, чтобы заварить какао, которое с детства способствовало общему расслаблению и засыпанию, парень устроился на веранде, решив еще раз проверить их с Элем график. И, возможно, кое-что в нем поменять. И когда около сорока минут спустя на веранде показался Эль, это оказалось вполне ожидаемо. Эль и раньше, бывало, спал не особенно спокойно, но с момента начала терапии Мий начал замечать, что со сном у его вокалиста все хуже и хуже. Даже думал над тем, чтобы поднять эту тему и предложить обратиться к лечащему врачу, но прекрасно понимал, что Этаниэл только взовьется от этого предложения, потому просто прикусывал язык.
- Именно. У нас сейчас около двенадцати. Я привык в это время начинать работать, а не ложиться спать. А тебе снова не спится? – в отличие от Мии, у Эля никогда не было проблем со сменой часовых поясов. Он либо вырубался, либо просто не спал, вне зависимости от того, в какой части света сейчас находился.
Поднявшись с деревянного кресла, Миятору подошел к вокалисту, обнимая его со спины и укутывая в плед, который еще раньше накинул на собственные плечи. Не смотря на солнце, от которого уже было жарко днем, ночи сейчас были холодные.
- Знаю, ты меня убьешь за это предложение, но подумай над тем, чтобы посоветоваться со своим врачом. Мне не нравится, что ты почти не спишь. – обняв мальчишку, легко и мимолетно коснулся губами его шеи, и прижал к спиной к себе, положив подбородок на его плечо. – Я немного пересмотрел наш маршрут. – довольно быстро перевел тему. С посещением врача давить не хотел, просто закинул удочку. И пока что не собирался к этому возвращаться. – Так ты смотришь на то, чтобы завтра поехать в ФуджиКу, покататься на горках, и двинуться дальше, а по Токио побродить перед перелетом обратно?
Отняв у парня сигарету, сделал пару затяжек, и вновь вложил его в его пальцы, обнимая чуть крепче.

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Чт, 17 Май 2018 12:00:56)

+3

22

Мобильник Рейнса вздрагивает на вибровызове, оповещая о входящем сообщении.

Читать

уверена, ты отлично развлекаешься, где бы ты ни пропадал. я тоже.

attachment.jpeg

http://s9.uploads.ru/IxRvK.jpg

Отредактировано Christina Parsekian (Вс, 20 Май 2018 10:08:11)

+2

23

- Была бы студия, можно было б заняться!... - усмехнулся в ответ вокалист - У меня есть пара идей на счет композиций, который нам еще дорабатывать. Ну, когда вернемся. - про обещание Мии вкалывать на все сто после их маленького незапланированного отпуска не забыл, но это не сильно его и беспокоило: Эль был уверен в своем ритмисте и его полной отдаче делу. Просто, очевидно, что после всего им обоим и правда нужна была небольшая разгрузка. Разгрузка, откровенно говоря, для Эля во всех отношениях непривычная.
- Ты чего?... - несколько обескураженно уставился на накинувшего ему на плечи плед японца - Тепло же.
В принципе, доля рациональности в действиях Йокояма была, учитывая влажную футболку, под которую понемногу начинал пробираться ночной ветер. И все же, по-сравнению с Америкой, вечера и ночи здесь явно были теплее - более душными, если точно.
Наступила недолгая пауза, во время которой было слышно только равномерное постукивание капель воды об асфальт откуда-то сверху, с кондицонера и напряженное монотонное стрекотание цикад.
- Я где-то читал, что вы их ловите в банки, чтобы послушать. Реально? - улыбнулся, покосившись на Миятору; в темноте белки глаз выделялись, а зубы и вовсе сверкали вампирским оскалом, что смотрелось немного диковато и забавно одновременно. Эль сделал очередную глубокую затяжку. Ему, если откровенно звук стрекочущих цикад не нравился - слишком надоедливый. Но...он и не был японцем, чтобы понять эту эстетику. А потому не особенно пытался.
- Все в порядке. - коротко качнул головой в ответ на озвученное другом беспокойство - Я вообще довольно чутко сплю. Просто в найтлайнере можно свалить на первый этаж, и наверху не будет слышно, что кто-то бродит. Сам знаешь. А тут только веранда... Ну, это работает, если конечно Тони не оставил свои гриндера прямо на проходе, или ты успел вовремя их заметить! - не удержался от легкого подкола в адрес коллеги по группе и правда грешившего подобной привычкой. Впрочем, пару раз бывало и так, что спотыкался Тони. О недобравшегося после бурной ночи до своей верхней койки Эля.
- Не хотел будить твоих предков. - пояснил Эль, в принципе, не соврав. На его счастье, нечаянный крик, когда он проснулся, Мия тоже, видимо, не слышал, уже утопав на веранду из дома. Это радовало, просыпаться таким образом парень не сильно любил: очень уж напоминало маленького несмышленого ребенка, которому приснился страшный сон про монстра под кроватью, и тот от испуга проснулся и заплакал. Только с поправкой на крик. Благо, в турах такое с ним происходило довольно редко, во многом благодаря тому, что трезвым Рейнс ложился спать тоже редко.
- Кстати, у тебя прикольный старик. - пожалуй, в исполнении Этаниэла это была одна из лучших возможных оценок, дававшая понять, не смотря на привычно-небрежный тон и жаргонные выражения, что парень принимал и одобрял объект, о котором говорил. О матери вносить комментариев не приходилось - то, что они двое нашли общий язык, было ясно еще за ужином.
Проследил взглядом за отнятой сигаретой, похлопав Мию по предплечью, когда тот прижал парня к себе. Вообще, Йокояма редко стрелял сигареты у своего вокалиста: Эль курил гораздо более крепкий табак, а Мия в целом курил не часто. Кстати, в пачке оставалось всего штук восемь, и утром надо будет где-то подцепить по пути новую. Хотелось верить, что в Японии табак нормальный.
- Как считаешь нужным. - Этаниэл развел руками; пепел с конца сигареты осыпался вниз едва заметной сероватой пылью - Тут твоя территория, ты и рули. Я не знаю, где у вас тут что, но горки - это круто! Так что, я априори за! - на этот раз улыбка была открытой, привычно-диковатой, но при этом какой-то по-детски счастливой. И совершенно не вяжущейся с обычном образом вокалиста STL - дерзкого, довольно агрессивного, увешанного металлом и шипами.
- Знаешь... - сделал пару затяжек, медленно выпуская дым - когда я был мелким...не помню точно, вроде, нам было лет по восемь или десять...Мы с приятелями пробрались в закрытый парк аттракционов и включили какую-то хрень. Она напоминала блин и раскачивалась туда-сюда. - изобразил в воздухе пару жестов, пытаясь показать амплитуду - А...отключить нихрена не смогли. Точнее, смогли, но не сразу, и мне пришлось спрыгивать, чтобы помочь Джейку перепробовать все кнопки и снять остальных четверых... - вспомнив ситуацию во всех красках, Эль тихо рассмеялся - Если так подумать, мне реально повезло не сломать тогда ногу.
Звук, похожий на стрекотание цикад, прервал беседу, и Эль посмотрел на экран завибрировавшего мобильного. Сообщение от Кристины. С картинкой...Весьма недвусмысленной картинкой.
"Зависнув" над изображением над изображением на пару секунд, Эль хмыкнул, быстро набирая на экране: "В смысле ты на депиляции? Привет косметологу! Ну и где теперь загадка, которая должна быть в каждой девушке? У тебя же ВСЕ навиду. Никакой интриги!" - конечно, парень прекрасно понимал, о каких развлечениях идет речь. Но не подколоть в ответку просто не мог.
- Во сколько мы выезжаем?

+3

24

Была бы студия, Эль бы вряд ли лег в кровать в районе часа. Сегодня – пришлось. Просто потому, что это чужой дом, и он не нашел себе занятие интереснее. И Миятору был рад, что этой самой студии нет под рукой. Безусловно, ему импонировала любовь его вокалиста к тому, чем он занимается. Конечно, он сам был готов в студии дневать и ночевать. Но кроме этого, он на своем опыте знал, как иногда необходим отдых. Даже от любимого дела. И знал, что и Эль это тоже знает. Но в виду личностных особенностей отказывается признавать. Вслух. И был рад, что мальчишка все же принял этот факт и согласился на поездку. Даже не смотря на то, что и тут он не может оставить на какое-то время мысли о работе и студии.
- Ты можешь поведать мне об этих идеях, пока мы будем добираться до Хаконе. Я решил не брать тачку здесь. На поезде – быстрее и комфортнее. Потом возьмем в аренду на пару дней. А в поезде в любом случае нужно будет чем-то заняться.
Обниматься Мий полез не только потому, что в принципе любил обнимашки и, пожалуй, не мыслил жизни без тактильно контакта. Вот так вот «висеть» на Эле, устроив подборок на его плече, было удобно. От парня исходило приятное тепло. И Миятору только сейчас понял, насколько продрог, сидя на улице. Сейчас в Токио было теплее, чем в Вашингтоне. Но ночная прохлада пробиралась даже под плед. А руки и вовсе заледенели. Поэтому, не долго думая, парень забрался холодными ладонями под футболку вокалиста, чуть усмехнувшись, когда тот вполне ожидаемо дернулся, ощутив прикосновение ледяных рук к своей коже.
- Здесь всегда так. Слишком влажно, слишком душно. А минут через десять ты и сам не поймешь, как и когда успел замерзнуть.
Прикрыв глаза, Миятору на какое-то время замолчал, прислушиваясь к шелесту ветра в кронах деревьев и стрекоту цикад. И тихо хмыкнул, когда Эль задал свой следующий вопрос.
- Реально. Но, честно говоря, я никогда этим не занимался. Да и не понимал особенно. Это может быть романтично и расслабляющее… Первые минут пятнадцать. Но потом начинает раздражать. Слишком громко, слишком навязчиво. Ощущение, что этот звук ввинчивается прямо в мозг. Неплохой сюжет для какого-нибудь низкопробного ужастика, а? «Плотоядные цикады атакуют». Ну или что-то подобное.
Лаконичное «все в порядке», уже успевшее набить оскомину, вызвало только короткую недовольную гримасу. И тихую усмешку, когда Эль упомянул привычку драммера раскидывать собственную обувь.
- Ага, когда ты наворачиваешься через них среди ночи, это слышит весь автобус. – в свою очередь не упустил возможности подколоть вокалиста. – Я и не говорю, что что-то не в порядке. – пожал плечами, вглядываясь в аллею сакуры, раскинувшуюся недалеко от дома. – Просто это может быть побочкой на какую-то таблетку, которые ты сейчас пьешь пачками. И я не вижу смысла, хлопать по ночам глазами, если этого можно избежать. К тому же, молодость уже позади, старичок. Вряд ли ты сможешь быть таким же бодрым в турах, если не будешь спать ночами.
Прием был запрещенный. Но, пожалуй, он был одним из немногих рычагов давления на его вокалиста. Миятору не был курицей-наседкой. Но с момента начала терапии Эль действительно почти перестал спать. Да, парень считал, что на втором этаже не слышно, если он сам бродит на первом. Но Мий спал достаточно чутко, чтобы заметить, что у его вокалиста выдалась очередная бессонная ночь. И, пожалуй, не спускался к нему только потому, что уважал его личное пространство.
- Ты ему тоже понравился. Поэтому готовься к тому, что он тебе плешь проест со своим высшим образованием. Мой старик может быть нудным, когда хочет. А вот мама считает, что ты недоедаешь. Правда, она такого же мнения и обо мне. Была бы ее воля, приезжала бы готовить мне ужины. К счастью, от Токио до Вашингтона почти пятнадцать часов. Но пока мы здесь, тебе придется есть за двоих.
Тихо рассмеялся, вспомнив слова матери о том, что Эль совсем тощий. Она даже умудрилась упрекнуть его, Миятору, что он совсем не заботится о парне. А ведь друзья так не поступают.
- Ты был отчаянным пацаном, а? – рассказу о детской вылазке в парк аттракционов улыбнулся. И даже не удивился. Эль был настолько безбашенным, что просто спрыгнуть с работающего аттракциона для него было даже слишком просто. Миятору вообще удивлялся, как вокалист еще не свернул себе шею. Ну или, как ему еще не свернули шею, учитывая импульсивный и взрывной характер. – Удивительно, что ты вообще дожил до такого почтенного возраста. По всем законам вселенной ты должен был склеить ласты еще лет в пятнадцать.
Отстранившись, наконец, от мальчишки, Мий снял плеч, накидывая его вокалисту на плечи, и потянулся к столу, чтобы забрать ноутбук.
- Выезжаем восемь. Ехать пару часов, так что еще успеешь выспаться в автобусе. Но в любом случае, не засиживайся. У нас строгие правила, запрещающие кататься на горке людям с недосыпом.
Снова тихо рассмеялся, и легко потрепав Эля по волосам на затылке, ушел в дом.

+3

25

Рейнс усмехнулся, кивнув и слегка покачав головой; неровные пряди тут же выбились из общей кучи, упав на лицо.
- Согласен, при условии, что в поезде не будет фанатеющих японских школьниц. - естественно, шутил, но, по традиции, в каждой шутке была своя доля правды - Черт, Мий, почему они у вас такие писклявые? Мы же играем метал. В конце-концов это "ми-ми-ми" в сочетании с шипами и неформальными шмотками выглядит как Мэнсон в розовой пачке! - почти возмущенно ищобразил руками в воздухе неопределенный жест, в очередной раз усмехаясь - А на локальных концертах тоже так? Вот, к примеру, того же Мэнсона?
Ему действительно было любопытно. Вот так просто, отчасти наивно и по-детски любопытно как интегрируется знакомый и родной ему мир в мир, в котором воспитывался и рос его ритм-гитарист.
- Э-эй! - несколько недовольно дернулся, почувствовав холодные руки под футболкой - ледяные прикосновения ни для кого как правило не были приятны, и Эль, температура тела у которого в целом обычно была до недавнего времени чуть выше нормальной, не был исключением.
Впрочем, в том, как Йокояма имел обыкновение "припарковываться" рядом или просто устраивал голову на его плече, было что-то необъяснимо уютное, теплое и привычное. Как-будто прогоняющее все беспокойство, сводящее его на нет. В детстве они с парнями иногда вынужденно сдвигали матрацы поближе друг к другу и жались потеснее, особенно, поздней осенью, когда отопление в их чудном полу расселенном бараке еще не включилось, а на улице становилось все холоднее. Но это были классные ночи при всей их очевидной хреновости: мальчишки подолгу болтали и рассматривали узоры из облупившейся штукатурке на потолке, играли в угадайки, города, рассказывали друг другу нескончаемые страшилки на ночь. Это было хорошее, спокойное время, без вылазок по квартирам и решения каких-то задач. Можно сказать, "выходные ночи", по аналогии с выходным днем. Безопасные и неспешные. Пока не наступит утро. По необъяснимой причине объятия Миятору невольно напоминали Этаниэлу то далекое время и вызывали редкую, едва заметную полуулыбку.
- Странное у Японцев понятие о красивом. - констатировал Эль, покривившись - Хотя вы реально соображаете в эстетике. Кимоно там и прочая фигня. Это красиво.
Парень рассмеялся в ответ на предложение про фильм ужасов, не слишком громко, помня о том, что предки Мии спали, и возможно даже окно их спальни было не слишком далеко от этой самой веранды, где они сейчас вели свою ночную беседу.
- Нахрен жутики! Назовем так наш следующий сингл, впустим ограниченным тиражом в Японии. Сыграем в Будокане. - не смотря на то что в целом о культуре страны восходящего солнца Этаниэл знал не так уж много, по части музыкальной сферы парень был подкован. И это относилось далеко не только к Японии: Рейнс интересовался всем, что связано с роком, металом, концертами и прочими сопутствующими аспектами, не говоря об упомянутых ранее рейтингах в чартах и журналах. Кроме того, фронт-мен STL еще и умудрялся хранить в свое голове дофига подобной информации: то, что нравилось, запоминалось легко, само-собой - это были не сраные математические формулы или великие исторические даты, на которые почти всем, кроме историков, по большом счету было положить немаленький такой болт. Если бы в их богодельне преподавали музыкальное искусство и историю в этой призме, Рейнс был бы отличником. Но...по факту парень с горем пополам отучился на средний балл и покинул свой интернат с довольно громким вздохом облегчения. Интернат был с ним, впрочем, солидарен.
- Иди ты в задницу! Я же на дофига младше тебя, ты об этом еще помнишь?! - снова заржал, привычно-громко, тут же осекаясь и прерывая смех, на мгновение виновато съежившись, но продолжая сверка уверенной улыбкой и задорными чертями в глазах.
Оставалось надеяться, что чету Йокояма его смех не разбудил. Манерам Эль был почти не обучен - тем еще более нелепо обычно выглядела его манера безошибочно правильно держать бокал и пользоваться столовыми приборами в сочетании с общей развязностью манер - и свое привычное поведение ему было корректировать довольно непросто.
- Это пройдет. - говоря старательно тише, заверил ритмиста Эль - Просто перестраиваюсь. Просто...мм...под кайфом сны приходят реже. Скорее это...такие, невнятные бессюжетные образы, только очень яркие. А сейчас с непривычки в голову лезет всякая хрень - только и всего. К следующему туру я буду в норме.  - говорил уверенно, стараясь объяснить достаточно понятно для Мии, и просто зная, что если проблема не отпадет сама собой, он найдет способ решить ее так, чтобы это не мешало выступлениям. Пока не задумывался о том, как именно, но в том, что приложит все необходимые усилия, не сомневался. Иначе бы просто не давал такого обещания.
- Боюсь, он ставит не ту лошадку: я к учебе не приспособлен. Всегда ненавидел занятия в центре. Так что, давай все же надежды твоего отца будешь тешить ты. Тем более, что тебе там осталось...год с небольшим, да? До диплома?
Опасался ли Эль того дня, когда Миятору получит свою корочку о высшем? Да, поначалу. Пока не знал его достаточно хорошо: всегда был шанс, что, получив реальное достижение, его ритмист наиграется в бутнующего подростка и пошлет группу ко всем чертям, занявшись действительно серьезным и достойным делом - юриспруденцией. Унаследует бизнес отца. Вынет пирсинг из физиономии, сменит драные джинсы на деловой костюм... А им придется устраивать многочисленные прослушивания, чтобы найти нового подходящего ритм-гитариста. Но это было настолько давно, что, казалось, в какой-то другой, прошлой жизни. Потому что сейчас Этаниэл не сомневался в Мие ни минуты. Что бы там он не получил по выпуску из универа, от коллег по группе он получит новую крутую гитару и душ из шампанского - это Эль просто решил про себя и поделился с остальными парнями на очередной тусовке, а те охотно поддержали идею. 
- Твоя мама охрененно готовит! Кроме шуток, это одни из самых вкусных блюд, что я ел. Даже с этим...черт, как его...? Помнишь, в Лондоне нас обычно привозит туда локальный промоутер - какой-то пафосный мишленовский ресторан с понтовой кухней? Вот, она его уделывает.
Вышеупомянутый ресторан Эль не любил: в пафосных заведениях подобного рода парень всегда чувствовал себя не в своей тарелке. И хотя, обычно они неплохо проводили там время, не упуская возможности подколоть вокалиста на тему его умения управляться с приборами и бесполезностью их же в равно пропорции к количеству, кухня и правда казалась Этаниэлу вполне посредственной. Впрочем, парень списывал это на свою неразборчивость в изысках.
Плед, наброшенный ему на плечи, принял с короткой улыбкой, молча кивнув на просьбу не торчать здесь до утра.
- В каком смысле? - чуть нахмурил брови, не до конца понимая, шутил ли Мия: учитывая прекрасное во всех отношениях пение крылатых исчадий ада под названием "цикады", все было возможно - А как они проверяют? Просят не зевать две минуты, или че? - усмехнулся, покачав головой и, повесив плед на спинку стула, достал последнюю сигарету из пачки.
- Снов! - произнес ритмисту вслед, закуривая и тоже честно собираясь вернуться в спальню, как только прикончит табачную "соску".

Отредактировано Ethaniel Rains (Пн, 4 Июн 2018 11:43:33)

+3

26

Хотелось бы верить, что Эль выполнит свое «Обещание» не досиживаться до рассвета. Но Миятору уже не первый год знал своего вокалиста. И не первый раз наблюдал эти ночные бдения, когда парень просто не могу уснуть. Так что не удивился, когда утром, заглянув в комнату, которую выделили его вокалист, застал того мирно дрыхнущим. То ли отключит будильник нахрен, то ли вообще забыл поставить. Часы, между тем, показывали одну минуту восьмого. Идо выхода из дома оставался час. И, в принципе, можно было еще подавить подушку. Так что будить мальчишку Миятору не стал. Прикрыл осторожно дверь и спустился на первый этаж. Застал отца перед уходом на работу. Расцеловался с мамой, собирающейся на ежедневную часовую утреннюю пробежку. И даже успел ужаснуться приготовленному им в дорогу бенто. Точнее – количеству. При взгляде на все эти кулинарные изыски рот тут же наполнился слюной. Миятору уже забыл, что для их семье подобные завтраки были нормой. В Штатах парень привык питаться проще. И не потому. Что не хватало денег. Просто американская еда оказалась более… приземленной что ли. Да и разнообразие блюд во время всех приемов пищи являлось исконно японской традицией. Поэтому сейчас, при взгляда на собранный завтрак непривычно разбегались глаза. Только вот количество ужасало. Мий было попытался объяснить матери, что они это все просто не съедят, но ты и слушать не захотела. Все же, не зря он ночью говорил Элю, что она собирается их откармливать, и им придется привыкать. Смирившись и покорно приняв аккуратно запакованные коробочки, Миятору оставил их на столике около двери – чтобы не забыть. Проводил на пробежку маму, и вернулся к себе, чтобы принять душ и привести себя в порядок. Вновь сбежал по лестнице вниз, на кухню, чтобы приготовить кофе. И, прихватив с собой чашку, поднялся к Элю.
- Спящая красавица, просыпайся. – поставив чашку с кофе на стоящий у окна стол, потрепал мальчишку по плечу, ухмыльнувшись его сонному взгляду. – Кофе. Душ. На все у тебя двадцать минут. Потом собраться и выезжать. Позавтракаем в дороге. Мама приготовила бенто. В таком количестве, что роту солдат можно накормить. Я пытался отказаться, но она была непреклонна. – дождавшись, когда Эль проморгается и перейдет хотя бы в сидячее положение, потрепал его по всклоченном после подушки волосам. – Я буду ждать внизу.
Судя по всему Эль действительно провел очередную бессонную ночь. Впрочем, вскакивать в отпуске в семь утра сам Миятору тоже не любил. К тому же, за окном начал накрапывать легкий дождь, что только навевало сон, совершенно не способствуя желанию высовываться наружу. Парень даже подумал, что поездка в Фуджи-Ку может накрыться. Но обновившаяся на телефоне погода все же вселяла уверенность. Ближе к двенадцати обещали солнышко.
Пока Эль плескался в душе. Миятору успел перепроверить чемодан, который собирался взять в дальнейшую поездку, и отнести его на первый этаж, как же располагая рядом с дверью, и заказать такси – усилившийся дождь отбил всякое желание добираться до метро пешком. Да и, опять же, экономии времени. Из дома вышли по расписанию. Но вот заглянуть в магазин за сигаретами не удалось. Пришлось снабдить вокалиста собственной пачкой, пообещав ему покупку, как только они приедут на автобусную станцию. И вот тогда началось самое интересное. Сначала Миятору хотел самостоятельно приобрести вокалисту пару пачек – автоматы по продаже табачной продукции в его стране были довольно своенравные. Но, как и в случае с покупкой букета, просто не смог отказать себе в удовольствии, понаблюдать вторую битву его вокалиста с японской действительность. Потому, кивнув на автомат с сигаретами, Миятору сделал вид, что ему нужно подтвердить их билеты в кассе, и исчез из поля зрения парня.

+3

27

Не смотря на честное обещание своему ритмисту не считать стрекочущих цикад до самого восхода, заснуть парню удалось только под утро. Откровенно говоря, Элю показалось, что прошло не больше двадцати минут, когда над ухом раздался голос Йокояма, вырвавший его из объятий бессвязного тягучего сна. Кажется, ему больше ничего не снилось. Просто черный экран. Шея как-то неприятно ломила, вероятно, из-за того, что, провертевшись пол ночи в кровати, заснул Эль в итоге в довольно неудобной позе.
Эль зажмурился от яркого солнечного света, разлепив глаза, и привычно потер лицо руками, ускоряя таким образом собственное возвращение в реальность. Темные волосы с окрашенными в красный концами были всклокочены и торчали в разные стороны, придавая своему обладателю еще более помятый вид. Еще несколько сонные светло-серые глаза сосредоточили взгляд на Миятору, и Рейнс коротко улыбнулся.
Обоняния достиг приятный аромат свежесваренного кофе - совсем не то, что обычно варилось у них в турбасе - там и кофе-машину-то вычищали только после традиционного выяснения, чья была очередь заниматься этой хренью. Юноша спустил босые ноги на пол, принимая сидячее положение, проворчал что-то невнятное потрепавшему его по волосам другу и дотянулся до поставленной возле кровати чашки, с удовольствием делая пару глотков.
- Двадцать минут...Окей, я понял. - По-сравнению с некоторыми утренними подъемами вокалист STL времени было, можно сказать дофига. На душ и то, чтобы привести волосы в относительный порядок, ушло минут десять, еще пять - одеться и пособирать сосредоточенные по великому исключению даже на довольно небольшом участке комнаты, вещи. Допить остывший, но от этого не менее вкусный кофе. По прошествии обозначенных двадцати минут Рейнс уже спускался на первый этаж и удивленно присвистнул, как только взгляд упал на стопку с, по-видимому, их завтраками.
- А она всегда так готовит? Мы ж это реально не сожрем, Мий... - осекся, тут же поймав себя на мысли, что говорил слишком громко, в то время как хозяйка квартиры вполне могла быть рядом в соседней комнате, но по спокойному выражению лица своего ритмиста и царящей в доме тишине, все же пришел к выводу, что кроме них двоих здесь никого не было.
Брюнет бросил взгляд за окно, цепляя с вешалки свою толстовки и натягивая поверх футболки. Довольно неосмотрительно было с его стороны спуститься в основную часть дома как есть, учитывая, что следы от инъекций на сгибах локтя еще не окончательно исчезли. Но, по-сравнению с заметными воспаленными точками, которыми были усеяны вены юноши раньше, сейчас они были настолько незаметны, что Эль нередко забывал в последнее время прикрывать руки. А еще почему-то от осознания того, что они сваливают, не попрощавшись с матерью Мии стало невольно грустно. предки ритмиста ему понравились. На удивление.
- О, ливень...У вас тут тоже тропические или вроде того? - вопрос был риторическим, к тому же, парня едва ли волновала плохая погода: любое ее состоянии, при которой не отваливаются отмерзшие пальцы, Эль привык воспринимать как нормальное.
С некоторым неудовольствием бросив оценивающий взгляд на любезно предоставленные его ритмистом сигареты, когда оба уже усаживались в такси, Рейнс грустно вздохнул, но все же убрал их в карман: лучше хреновый табак, чем его полное отсутствие.
Пока парни ехали до станции, Эль успел закинуться необходимыми на время терапии таблетками, которых было довольно дохрена, и что порядком утомляло - пять разноцветных капсул на каждый день.
- По-моему, я был меньшим нариком, пока сидел только на одном допинге... - пробормотал себе под нос Эль, запивая последнюю водой из бутылки, и переключая свое внимание на пакет с бенто. Из ингридиентов Рейнс смог опознать далеко не все, но выглядело это чертовски интересно и красиво. Откровенно говоря, парень никогда особенно не задумывался о том, насколько красиво может выглядеть самый обыкновенный завтрак. Пара кусочков еды политая странного цвета жижей, которую обычно подавали в качестве блюд в ресторанах высокой кухни, никогда не находила у вокалиста STL отклик за эстетику. По мнению Рейнса, это выглядело просто тупо. А вот эти плотно укомплектованные коробочки казались нереально аппетитными, и парень с любопытством рассматривал их несколько минут. Дорога оказалась недолгой, и уже вскоре оба погрузились в стандартный рейсовый автобус, где после реально обалденного завтрака вокалист даже умудрился ненадолго задремать - сказывалась бессонная ночь. Однако, этого недолгого сна вполне хватило, чтобы по прибытии к месту назначения Рейнс выглядел и ощущал себя гораздо бодрее. В целом Эль и так привык спать не дольше 5 часов в сутки. Разве что, все еще хмурое небо добавляло сонливого настроения.
- Ты обещал мне вид Фудзи - ну и где? - усмехнулся фронт-мен, демонстративно жмурясь и смотря на затянутый тучами горизонт - Видимо, она так и останется в моих воспоминаниях кучкой пепла среди облаков. А еще сигареты!...И, ура! Да-а! Хотя бы их я вижу! - парень уверенным шагом направился к автомату со встроенным экраном, загруженному табачными изделиями - Подтвердить что? Билеты?! Bы точно долбанутые! - усмехнулся Рейнс, уже не отвлекаясь нa метнувшегося куда-то ритмиста и внимательно осматривая чудо техники на наличие надписей на английском. Парочку даже нашел. Определить отверстие для купюр тоже было не сложно, но...купюры коварная железка принимать отказывалась, просто моргая на него своими электронными глазами с экрана и повторяя какую-то фразу мерзотным голосом девочки-анимешки. Посражавшись с чудом техники минут семь, Этаниэл так и не добился от долбаного компьютерного барыги хоть каких-то действий. Нервы сдали, и парень грубо выругался, саданув по автомату кулаком.
- Ми-ия? - позвал ритмиста, оборачиваясь в сторону станции неподалеку, куда утопал парень - Эта хрень мне что-то говорит, но не принимает деньги. Почему, мать вашу, даже сигареты в твоей стране купить так сложно? Переведи, какого ей от меня надо... - сейчас он уже охотно верил в необходимость подтверждения билетов, летающих японских пикачу и прочий бред. Учитывая тенденцию, здесь это могло иметь реальное право на существование.

+2

28

Накрапывающий с утра дождик перешел в настоящий ливень, что ставило их маршрут под угрозу срыва. Большинство аттракционов в парке отключали из-за подобных погодных кульбитов. С другой стороны – сейчас был вовсе не сезон дождей, так что это мокрое буйство не продлиться долго. Да и во времени они, к счастью, ограничены не были. Миятору планировал купить обратные билеты по факту. Они не страдали недостатками финансов. Да и у Эля был пасс на грин-кар, а эти вагоны обычно были полупустые.
- Фудзи смущается такого внимание к своей персоне. – Мий ухмыльнулся, окинув взглядом затянутый тучами горизонт. Вот гору было жалко. Точнее было жаль, что Эль может ее не увидеть. Возможно, он, Миятору, как и все японцы, чересчур привносил величие обычного спящего вулкана, но все же считал, что хотя бы один раз в жизни Фудзи увидеть стоит. И уже потом делать выводы – восхищает она тебя или это всего ли «кучка пепла среди облаков». – Но, если ты будешь хорошо себя вести, то есть все шансы, что наша девушка покажет тебе свое личико.
Широкой улыбкой показав, что он шутит, отчасти, Мий отошел в сторону, оставив Эля одного сражаться с автоматом по продаже сигарет. Конечно же, никакие билеты подтверждать необходимости не было, но парень оставил изумление вокалиста и его «лестный» комментарий без ответа. Только рассмеялся тихонько, пожав плечами. И оно того стоило. Остался бы с Элем – пропустил бы самое интересное. В принципе, автоматы по продаже сигарет были не сложнее в обращении, чем те же автоматы по продаже напитков. Да они были такие же, как в штатах – засунул купюру, нажал на кнопочку, забрал товар, забрал сдачу. Только вот в Японии стоял запрет на продажу табачной продукции несовершеннолетним. Потому и сигаретный автомат имел дополнительные опции – подтвердить собственную личность и тот факт, что тебе уже все можно. А подтвердить это можно было только специальной карточкой. Которую необходимо было ввести в специальную прорезь на автомате. И именно это и рассказывал сейчас автомат кавайным женским голосочком.
- Потому что сигареты в моей стране можно покупать только с двадцати одного. – от души повеселившись над этой битвой интеллектов (человеческого и искусственного) Мий все же подошел к Элю, посмеиваясь и мягко отталкивая его в сторону от электронного монстра. – Отойди, принцесса, тебе еще рано. Но твой рыцарь спасет тебя от этого дракона. – Все еще смеясь, произвел необходимые манипуляции, после чего автомат мигнул глазами, поблагодарил за выполнение требований и выплюнул таки пачку сигарет. – Владей, ребенок. – с тихим смешком Мий передал эту пачку своему вокалисту и, закинув руку ему на плечо, повлек в сторону входа в парк. – Только не рассказывай никому, что я снабжаю тебя куревом. Закон мне этого не простит.
Горки, как и ожидал Миятору, не работали – отключили из-за дождя. Но ему удалось перекинуться парой слов с местными и узнать от них, что аттракционы запустят в течении двух часов, как только небо немного проясниться, уменьшая повторную вероятность выпадения осадков.
- К горкам нам придется вернуться чуть позже. Их отключили из-за дождя, но обещают запустить через пару часов. Так что начнем с «Лабиринта страха» и «Заброшенного госпиталя». Идем.
Дважды повторять не пришлось, Эль сразу же повернул в сторону, в которую указывал Мий. Его вокалист вообще преобразился, стоило им переступить порог парка. И это преображение с каждым проведенным в парке часом было заметно все сильнее. Особенно, когда, наконец, заработали горки. Исчезла вечная угрюмость и нев***нная серьезность. На губах появилась улыбка, которую в любой другой ситуации можно было увидеть довольно редко. Сначала едва заметная, будто бы неуверенная, но после парочки аттракционов она стала шире и беззаботнее. А еще после парочки Мий благополучно оставил роль навигатора и генератора идей – теперь уже Эль таскал его от аттракциона к аттракциону, напоминая ритмисту восторженного подроста лет четырнадцати, который, наконец-то, дорвался до роллеркостеров, на которые раньше ходить ему запрещали, потому что не дорос еще. Да и погода постепенно наладилась – тучи ушли за горизонт и выглянуло солнце. Правда, Фудзи все еще пряталась в легкой дымке тумана, но к вечеру обещала показаться. Как раз, когда они будут в отеле. Изначально Миятору планировал взять номер в другом рекане, но все же рискнул остановиться на том, откуда видно Фудзи и озеро. Правда, существовал риск, что гора так и не покажется, но парень надеялся на более благоприятный исход.
- Стой. Эй, стой. Все, ты меня укатал. Дай передохнуть. – смеясь, Мий тормознул Эля, когда тот полетел на очередной аттракцион. Не то чтобы Миятору устал, но пить хотелось дико. А еще о себе напоминал оставшийся без завтрака желудок. В автобусе они с Элем оба уснули, так и не добравшись до приготовленного его мамой бенто. И, не сговариваясь, решили, что просто оставят его на ужин. К тому же в отель они должны будут прибыть довольно поздно, заказать ужин там уже не получится. Но голодный желудок все же напомнил о себе. – Пойдем, познакомлю тебе с такойяки. – к тому же кафешка, где их готовили, находилась совсем рядом.

+3

29

- Вообще, насколько я понял, японские девки поактивнее парней! Это ты у нас неправильный американизированный японец. А Фудзи ваша много выпендривается. - усмехнулся, открыто, довольно беззаботно, как с Элем бывало редко. Наедине с ритмистом и в обстановке, отличающейся в корне от привычного парень...на удивление расслабился и ощущал себя достаточно комфортно. В обычной жизни парень куда чаще был напряжен, ожидая в любой момент подвоха, или сосредоточен на решении каких-то задач, за исключением времени, проводимого в барах, которые Рейнс привык считать за обычный отдых. Расслабляться не под стимуляторами юноша, по сути, научился не так уж давно.
Привычно угрюмое выражение физиономии и резкие движения, явно показывающие нарастающее эмоциональное напряжение и раздражение, присущие Рейнсу, вернулись только в процессе схватки с автоматом. Йокояма, между тем, явно наслаждался процессом по полной, угорая над своим вокалистом.
- Иди ты в задницу! - огрызнулся Эль на "принцессу", все еще бурча под нос что-то на тему идиотских правил и его персонального оскорбленного права самому решать, со скольки лет курить, с удовольствием принял пачку из рук "спасителя" и сразу же засунул сигарету в рот. О том, можно ли курить в парке, не парился. Если здесь продавали сигарету, логично было предположить, что можно.
- Ну вот, теперь у меня есть на тебя компромат и если захочу сменить ритм-гитариста, знаю куда обратиться! - усмехнулся Этаниэл своей привычной диковатой улыбкой - только вампирских клыков не хватало - осматриваясь вокруг на открывшуюся в парке коллекцию аттракционов. И при виде оных...Серо-синие глаза несколько угрюмого вида татуированного парня в черном заблестели как у ребенка, которому только что подарили огромный набор Lego. И даже тот факт, что самые экстремальные покатушки должны были запуститься несколько позже, не омрачили общего веселья.
Первым номером программы стал лабиринт ужасов, выполненные в стиле госпиталя и реально проработанный до мельчайших деталий. Правда, к концу пути, скорее местные актеры стали побаиваться Рейнса, нежели вызвали страх у него, потому как парень громко восторгался на своем родном непонятном для них языке и норовил подобраться поближе к каждому, чтобы рассмотреть грим. Из дверей музыканты и вовсе вышли громко смеясь, из-за чего стоявшие в очереди японцы посмотрели на них крайне выразительно. разве что, пальцем у виска не покрутили.
- А они реально очкуют? Это же весело! - искренне изумился Эль, впрочем не сильно долго задерживаясь на этой мысли, и увлекая Миятору, уже уверенно, как если бы бывал в этом парке ежедневно и знал наизусть все маршруты, к большому крутящемуся блину - Вот этот похож на тот, что мы запустили тогда, когда были мелкими! Я вчера тебе рассказывал. Только тот был пониже и меньше. Давай, не тормози!
Вскоре Этаниэл куда больше напоминал собой ребенка, наконец, дорвавшегося до чего-то, что было ему недоступно все эти годы, нежели агрессивного фронт-мена группы, играющей тяжелый метал. Эти две сущности удивительным образом сожительствовали в его характере, что нередко объясняло нелогичные и спонтанные, в чем-то детские, но по-взрослому агрессивные реакции Эля на многие вещи. Эта же черта сейчас выглядела крайне странно и никак не вязалась с его брутальной внешностью. Тогда, много лет назад они с парнями пробрались в этот парк ночью, потому что на билет тупо не было денег. Часто они просто глазели с расстояния на то как крутятся и мигают разноцветными электрическими огнями вертушки, но прекрасно понимали, что это было не для них. Забавно, но тот вечер, в который они устроили для себя персональное посещение парка, почему-то до сих пор довольно ярко жил в его воспоминаниях. Возможно, отчасти потому, что вместе с радостью от проведенного вечера пришло осознание того, что если что-то недоступно для тебя, ты в силах забрать это что-то сам. По-своему. И не важно, опасно это или нет, последует ли наказание - об этом всем заботиться нужно будет позже. Главным было, что ты просто можешь. И только тебе решать.
Миятору сдался первым. Но и Рейнс не сильно сопротивлялся предложенному перерыву, с удовольствием уплетая горячие такояки в "охренительном", по его определению, соусе и запивая из Asahi. Откровенно говоря, из парка уезжать совсем не хотелось, но, увы, он закрывался, и повторять опыт Эля многолетней давности парни не собирались.
Солнце, медленно заползающее за горизонт, было ораньжевым, таким же был свет, которым оно заливало остановку, где Эль с Мией ждали своего автобуса, который должен был отвезти их в какой-то забронированный Миятору отель. Рейсовый бас доставил парней от станции к месту ночлега за час с небольшим, как и предполагал ритмист.
- Может нам уволить Рика и назначить тебя по-совместительству? Логистика тебе явно удается! - усмехнулся Рейнс, протягивая проспоренные другу 20 баксов: шуточное пари заключили в дороге, в большей степени, от нечего делать, чем всецело полагаясь на предположение Этаниэла, что "с такой скоростью они точно опоздают".
Отель был...странным. Точнее, традиционным японским, чем и объяснялась его странность в глазах непривычного к подобной архитектуре юноши. Окна здания подсвечивались желтым мягким светом, а сам отель находился чуть на возвышении, словно, утопая в окружающей темноте. Внутри здание тоже было любопытным. И именно здесь Этаниэл наконец мог лицезреть традиционный интерьер, которого был лишен дом родителей Мии.
- Прикольно! - резюмировал брюнет, попинав ногой футон, словно проверяя его на безопасность, как любопытный бездомный кот, фантик. Обувь скинул уже автоматически при входе: успел привыкнуть, что разувались тут все и всегда. Подошел к окну, приподнимая закрывающую его штору, больше походившую на циновку или пергамент, и всмотрелся в темноту, отвлекаясь, а потому не сразу въехал, что ритмист, настойчиво пихающий ему в руки какой-то местный отельный халат, хотел, чтобы он переоделся сейчас, а не после душа.
Поспорив с парнем пару минут, как обычно не стесняясь в выражениях, Рейнс все же сдался, грубо схватив шмотье и зайдя в ванную. На переодевание ушло минут пять, после чего парень с присущей ему недовольной физиономией вернулся в комнату и теперь смотрел на друга исподлобья, насупившись и выглядывая из-под рваной чеkки.
- Мий, я выгляжу в этом как дебил. Посмотрел...? Доволен? Все, переодеваюсь обратно.

+3

30

Парк они покинули одними из последних. Центральные ворота уже были закрыты на вход. И даже некоторые аттракционы, запустив последнюю партию развлекающихся, перекрыли двери.
- Ты что! Рик – наша большая черепаха, - усмехнулся, намекая на древнюю то ли легенду, то ли просто чушь о том, что Земля держится на трех слонах, которые стоят на большущей черепахе. – Я уж точно не смогу заниматься логистикой, строить наших идиотов с самим собой во главе, и одновременно играть. – запихнув двадцать баксов в карман, Миятору отправился на ресепшн – расплатиться и получить ключи от номера. И напомнить, что он бронировал местный онсен на оставшийся вечер и часть ночи.
Источник пришлось выкупать полностью. С их телами, разукрашенными татуировками, иначе туда было просто не попасть. И хотя сам рекан был вполне себе тату-френдли, в онсен таким, как они с Элем, вход воспрещался, дабы не нарушать гармонию других отдыхающий. Мий, к слову, совершенно не понимал подобного отношения, считая это пережитком прошлого, но существующим правилам все же приходилось подчиняться. С другой стороны, даже если бы они и не обладали разукрашенной кожей, парень все равно забронировал бы источники для них двоих. Он помнил, насколько Эль не любит раздеваться на публике. Даже при них, в общем-то, друзьях, когда приходилось принимать душ или переодеваться в гримерке, вокалист всегда старался сделать это максимально быстро. Потому Мий прекрасно представлял, куда и какими словами Эль пошлет его, если он предложит устроить стриптиз перед толпой японцев. А познакомить пацана с местными природными источниками все же хотелось.
Номер, представший их взгляду, едва провожавшая их немолодая уже японка открыла дверь, поражал простотой и какой-то изысканностью что ли. Просторная комната, застеленная татами. Низкий стол, два стула без ножек с лежащими на них подушками. Расстеленные в другом конце комнаты футоны. Такая же невысокая, как и стол, полочка, ваза с засушенным цветами, попросту говоря – икебана, на ней. Несколько картин на стенах. Традиционные раздвигающиеся окна. Миятору еще не был в этом онсене. Видел только на фотографиях на буинге, и сейчас поразился тому, насколько фото не передает царящей в отеле атмосферы. Раскланявшись с сопровождающей их японкой и получив заверение, что они могут отнести свои звездные тела в отель, парень прошел в номер, подхватывая с футонов лежащие на нем юката, и впихнул одну в руки Элю.
Точнее постарался впихнуть. И если халат тот все же взял, явно совершенно автоматически, то переодеваться отказался наотрез. Пришлось убеждать. Долго, упорно и так же, как и все еще упирающийся вокалист, не слишком стесняясь в выражения.
- Ты ведешь себя, как дебил. – довольно хмыкнув, Миятору осмотрел парня с ног до головы, отмечая, что в традиционной домашней юката Эль выглядит вполне неплохо. Немного странно, ибо парень просто не привык видеть своего вокалиста в халатах, немного нелепо – тот умудрился запахнуть юкату не на ту сторону, но очень даже неплохо. – А, хотя нет, ты прав. Только ты выглядишь, как трупак. – Мий не смог удержаться, фыркнув, когда заметил, наконец, что юката запахнута не на ту сторону. – И ни во что ты не переодеваешь. Мы с тобой идем купаться. – игнорируя удивленные глаза, парень шагнул к Элю, развязывая пояс на халате. – Правую часть сверху запахивают покойникам. Ну и еще всякие духи и призраки любят так носить. Не буду спорить, что это вполне в твоем стиле, но, если выйти так на люди, на тебя будут смотреть, как на идиота. - когда перекидывал полы, в очередной раз услышал о себе много интересного, и ухмыльнулся. – Успокойся, незабудка-недотрога. Я не покушаюсь на твою честь. – замотав пояс обратно, шутливо шлепнул Эля по бедру и отошел на пару шагов, оглядывая результат своих трудов. – Шик. Тебе, кстати, идет. На удивление. А теперь – пошли. И, слушай, давай ты будешь косплеить барана как-нибудь в другой раз? Идем!
Онсены располагались на заднем дворе отеля. На открытом воздухе, обнесенные лишь невысоким заборчиком, отделяющим территорию отеля от располагающегося вокруг него леса. Уже давно стемнело, и вокруг источника горели невысокие фонари, подсвечивая поднимающийся от воды пар желтым светом. Растущая рядом сакура неспешно роняла на землю бледно-розовые лепестки.
- У нас это называется – онсен. Обычные горячие источники с термальной водой, на самом деле. Но у нас верят, что купание в них очищает душу и тело и излечивает от болезней. Ну, надеюсь, татушки не исчезнут. Не хотелось бы по второму кругу набивать. – ухмыльнулся, подталкивая Эля в сторону одного из источников, рядом с котором располагалась небольшая лавочка и столик, со стоящим на нем глиняной бутылочкой с саке и парой пиал. – С татуировками, кстати, в онсены не пускают. Этот отель, в принципе, довольно дружественный к татуированным, но не все постояльцы так же лояльны. Так что пришлось его выкупить на время. Кроме нас тут сегодня никого не будет. – оставив обувь при входе, Миятору прошел вперед, устраиваясь на лавочке и разливая по пиалам саке. – Давай, не тормози. Я, понимаю, что ты очарован источниками Богов, но отвисни, Эль. – улыбнувшись, похлопал по лавке рядом с собой. – Обезьянки, кстати, тоже чтут традиции. Не уверен, что они считают, что так духовно очищаются, но купаться очень любят. В «диких» источниках, – поторопился объяснить, пока Эль не подумал, что сегодня онсен им придется делить с обезьянами. – В такие вот облагороженные, - кивнул на каменистый бортик около одного из природных бассейнов. – Их, разумеется, не пускают.

+2

31

Не смотря на явное и довольно грубое сопротивление вокалиста...Миятору было срать. Как, впрочем, случалось нередко, когда дело доходило до спора по какому-нибудь вопросу. И, что характерно, обложив друг друга последними словами, парни практически всегда приходили к приемлемому для обоих решению... Но сейчас речь шла не о новой аранжировке, или каком-то рабочем вопросе. Сейчас они как два идиота стояли посреди комнаты, застеленной циновками, уставленной стульями без ножек, состоящих из одних только лежащих на полу сидушек, придающих эту, какую-то особенную атмосферу и уют... и дискутировали о дурацком халате, который Эль и в отеле-то редко носил, предпочитая повязать вокруг бедер полотенце и по-быстрому влезть в футболку. Пока они шли к своему номеру в сопровождении приятной пожилой японки, позвякивая цепями и тяжелыми ботинками, Эль отметил, что все встречающиеся им по пути в коридорах постояльцы, были одеты именно в эти халаты с поясом, который, по сути, представляли собой очень сильно упрощенную версию кимоно. Но вот тот факт, что вся эта хрень одевалась на голое тело оказался для Рейнса малоприятным сюрпризом. А когда Мий не только отказался слушать доводы в пользу избавления своего вокалиста от этой шмотки, но еще и принялся перематывать халат на нужную сторону прямо на нем, Рейнс недовольно зашипел, покрывая парня ругательствами, напрягаясь каждой мышцей тела и оставаясь в таком положении, напряженным, как натянутая струна, пока Йокояма не довязал дурацкий узел из пояса, убирая руки.
Было ужасно неуютно. Эль передернул плечами, невольно пытаясь поправить рукава, чтобы они не висели огромными полотнами, но ничего не вышло: просто сам-посебе крой шмотки и не предусматривал другой посадки.
- У вас даже для мертвяков есть правила? Блин, теперь я понимаю, почему ты сбежал в Америку! - тем не менее, довольно добродушно усмехнувшись, привычным грубоватым жестом хлопнул Мия по плечу.
- Эй! - тут же злобно рыкнул на отвешенный ему шлепок по филейной части - В смысле, в этом? У вас в Японии типа еще не изобрели купальники и плавки? - все же не смог удержаться от язвительного комментария, но сопротивляться не стал: ему было любопытно. Совершенно чужая, и во многом удивительная для парня культура все же наповерку оказывалась достаточно любопытной, если в нее окунуться поглубже. И источники, о которых рассказывал его ритмист, Элю было интересно увидеть. Во всяком случае, на фото это выглядело реально красиво. Хотя с утверждением Йкояма о том, что ему идет традиционный японский наряд, юноша был готов поспорить - выглядело дебильно. Европейцы в целом странно смотрелись в азиатской традиционной одежде, а его собственный неформальный вид только добавлял странности к общему впечатлению. купаться в юкате Эль, разумеется, не собирался. Но искренне думал, что если они и полезут купаться, то перед этим зайдут в номер, чтобы сменить странноватый традиционный наряд на футболки и шорты.
Покинув комнату, парни прошли по довольно узкому длинному коридору, стены которого в некоторых местах представляли из себя, скорее, двери, закрытые раздвижными ставнями из дерева и бумаги. Встречавшийся по пути персонал непременно кланялся, вежливо улыбаясь. От этого становилось как-то...неуютно.
- Они всегда такие? - задал вопрос Рейнс, миновав очередного раскланявшегося сотрудника - В смысле...это выглядит странно. Ведь им срать на нас по большому счету, но все так вышколено изображают уважение, что становится...не знаю. Как-то.... - Рейнс передернул плечами.
Странным образом, но притворство даже ради вежливости всегда вызывало у парня неприятные эмоции. И самому Этаниэлу было крайне сложно заставить себя играть какую-то роль, если в действительности все было иначе. Когда человек бесил Рейнса, тот говорил об этом прямо. Ложь была необходима только, когда нужно было скрыть собственные страхи и слабость - то, что окружающим было видеть непозволительно. Но изображать уважение и симпатию там, где их не было и в помине - пожалуй, этому парень никогда не способен был научиться.
- Ты какой-то неправильный японец, Мий. Ты мне ни разу не врал. - усмехнулся Эль, проходя в зону с природными источниками и закрывая за собой раздвижную дверь. Кстати, отличался его ритмист не только поведением, но и заметно был выше всех местных. Конечно, к этому им обоим было не привыкать, но разница в росте с японцами была особенно контрастной. Даже парни были гораздо ниже обоих, разве что, не в пупок дышали.
Вокалист выслушал краткий исторический экскурс от Миятору, внимательно и с искренним интересом. Усмехнулся только на ремарку про тату и в очередной раз непонимающе покачал головой, когда выяснилось, что, оказывается, тату в этих краях не приветствовались.
- Это из-за якудза, или вроде того? - поинтересовался Рейнс, осматриваясь по сторонам.
Было красиво. Даже очень. Желтый теплый свет, кажется, согревал своим уютом, а тянущийся по поверхности воды пар больше напоминал собой туман, стелющийся в каком-то волшебном мире, типа планеты из "Аватара" или подземелий из "Призрака оперы". На удивление, но это классическое произведение Этаниэлу нравилось: звучало красиво. Правда, лучше всего в исполнении Nightwish. Вода была довольно прозрачной, местами природные ванны были украшены искусственно созданными миниатюрными водопадами, журчащими по бамбуковому желобу и спускающимися на мокрые и кажущиеся совершенно черными в темноте, камни. Не смотря на достаточно большую территорию, кроме них двоих людей больше в зоне конкретно этой лужи не было. И Миятору успел объяснить причину этой уединенности раньше, чем Эль задал вопрос.
- Я перекину тебе на карту, когда вернемся в номер. - мягко улыбнулся. Конечно, обеспечить их досуг со стороны Мии было дружеским жестом, но Эль не мог позволить парню платить за собственные развлечения. Цену деньгам маленький Эль Рейнс выучил очень рано, и никогда не позволял себе развлекаться за чужой счет. На себя самого, правда, что характерно, это же правило мальчишка распространять не привык, потому что искренне любил делать подарки. Впрочем, подобные контрасты характера были для Рейнса нормой.
Из малоудобных шлепок Этаниэл выпутался уже на автомате: когда приходится разуваться, заходя в каждый второй ресторан, к этому быстро привыкаешь. И завис, только засмотревшись на окружающий ландшафт, когда Миятору вдруг вернул его в реальность, приглашая сесть рядом с собой.
Прошлепав босыми ногами по прохладным в этой части уютного закутка камням, вокалист устроился на лавке, подогнув под себя одну ногу и недовольно поерзав. В джинсах в его привычной позе сиделось, определенно, удобнее.
- Я люблю обезьян: они забавные. - улыбнулся Рейнс, принимая из рук друга миниатюрную чашку и с любопытство рассматривая этот наперсток - в доме родителей Мии чашечки были все же покрупнее - Похожи на нас, только если отнять у людей все их заморочки и условности.
- Мий, эта бутылка сама вся размером со стакан, ты в курсе? - поднял взгляд на своего ритмиста, блестя в полумраке светлыми глазами, ободок радужки которых сейчас выделялся особенно четко, возможно отчасти потому, что темные волосы были убраны на затылок и не свисали на лоб.
Стукнув наперстком о стаканчик Мии, Эль залпом опрокинул содержимое, облизнув губы.
- Все же ваше сакэ похоже на сок. Без обид! - усмехнулся открыто и искренне, поставив недостакан на место - А в воде сколько градусов? Побольше чем в этом пойле?

+2

32

Миятору тихо рассмеялся, на очередной комментарий Эля касательно японских традиций.
- Именно. У нас даже умереть нельзя спокойно. Станешь мертвяком, не выполнишь правила – оживят и отправит обратно в мир живых. И будешь ты еб*шить дальше, пока снова не повезет откинуть копыта. И в следующий раз ты точно не забудешь про правила. – все еще посмеиваясь, направился вместе с Элем по коридорам. – В любой культуре есть какие-то свои правила и нормы поведения. Даже в штатах. Ты ведь не придешь на похороны в гавайской рубашке? И покойника у нас вряд ли оденут в розовую пачку. Так же и с кимоно.
Пожал плечами, улыбнувшись и чуть поклонившись пробегающему мимо сотруднику, и не сразу понял, что именно парень имеет в виду.
- Кто? – но проследив за взглядом Эля и выслушав его дальнейшие комментарии, чуть улыбнулся, качая головой. – У нас, в смысле – японцев, совершенно другой менталитет. Человек идет в сферу обслуживания, в ту ее часть, которая подразумевает работу с клиентами, не потому, что ему не хватает денег, а потому, что он действительно этого хочет. Им не срать. Они действительно нас уважают. И им действительно в удовольствие нас обслуживать. Иначе бы они тут не работали. Это осознанный выбор. И на эту работу, к слову, тоже не так просто попасть, как, например, в Штатах. Так что не наезжай на японцев. И забудь о карте и деньгах. Эль, ты с ума сошел! Я пока еще могу себе это позволить. Если тебе так неймется, угостишь меня как-нибудь ужином.
Постоянное желание вокалиста вернуть деньги… Не то, чтобы было непонятно. Вовсе нет. Цену деньгам Миятору знал. И, честно говоря, если бы был на месте Эля, тоже стремился бы вернуть потраченную на себя сумму. Но это был дружеский жест. Более того – жест, не согласованный с Элем. Так что требовать с него плату было бы по меньшей мере странно.
- Не все способны выпить столько, сколько способен ты. А у японцев генетически отсутствует фермент, который помогает алкоголю расщепляться. Так что одной бутылочки этого сока среднестатистическому японцу более, чем достаточно, чтобы чувствовать сея хорошо. Это, конечно, звучит дико, зато вдумайся, какая экономия. – тихо рассмеялся, выпивая свое сакэ и вновь наполняя миниатюрные стаканчики. – Конкретно в этом, - кивнув на находящийся рядом источник, Миятору тихо фыркнул на вопрос своего вокалиста о градусах. – Градусов сорок пять. Есть гораздо горячее, но там реально ощущение, будто тебя на суп пустили. Я в таком не выдерживал больше пяти минут. Было ощущение, что сварюсь. – ухмыльнулся, поднимаясь на ноги, находя специальный поднос для источников, переставляя на него их стаканчики и бутылочку с сакэ, и запуская все это на поверхность воды. – Пойдем, сам попробуешь. Раз уж градусов в сакэ тебе мало и хочется погорячее.
Эль, впрочем, ожидаемо отказался. И у Мия даже закралась мысль, что может и правда стоило прихватить для парня из номера футболку и плавки? Ритмист прекрасно понимал причины, по которым пацан не торопится обнажаться. Тот и в гримерке, когда приходилось по-быстрому принять душ в одной душевой на всю группу, старался переодеваться в каком-нибудь укромном уголке. Удивительно, что душ не принимал в футболке. Но Миятору все же надеялся, что при нем он будет чувствовать себя свободнее. Что ж, не угадал.
- Ты можешь занырнуть в халате. – кивнул на вопрос мальчишки, - Но потом будет возвращаться слишком мокро. Брось, Эль. Я понимаю, что ты стесняешься своих костей и тощей задницы, но я-то уже все видел. Обещаю, я не буду дразнить дистрофиком. Хочешь, вообще могу глаза закрыть?
Улыбнувшись, Миятору скинул свою юката, и спустился в воду, устраиваясь на каменной лавочке и действительно закрывая глаза.
- Вода прекрасная. Ты многое теряешь. - Парень уже начал думать над тем, как затаскивать Эля в воду. И даже рассматривать вариант с «закончить водные процедуры и прогуляться к ванночке для ног», когда услышал плеск и почувствовал небольшую волну, когда мальчишка спускался в воду. – Совсем не страшно, правда? – ухмыльнулся, откидывая голову на бортик и по-прежнему не открывая глаз, но стоило вокалисту спросить про сигареты, все же ошарашенно уставился на него. – Боюсь, мне придется тебя расстроить. Часик сможешь без сигареты прожить? – чего Мий не понимал, так это маниакальную тягу мальчишки к сигаретам. Да, он курил и сам. Но для него никогда не было проблемой перебиться, если закурить не представлялось возможным. – Пока что могу предложить еще пару глоточков говна. – толкнув к Элю плавающей на поверхности поднос, ухмыльнулся, вовсе не собираясь обижаться на столь нелицеприятный отзыв о традиционном напитке. Ибо Эль не так уж был не прав. По градусу сакэ действительно ушло ненамного дальше сока. - Твоя терапия выходит тебе боком. Скоро отбеливающая паста справляться перестанет. Осторожнее, Рейнс, потеряешь улыбку на миллион, Колин с тобой контракт разорвет.

+3

33

- Ну-у...это смотря на чьи похороны. - задумчиво протянул Эль, по тону которого сейчас сложно было определить, была ли эта шутка, сотканная из черного юмора, или же фронт-мен STL говорил вполне серьезно, имея где-то в загашнике список лиц, на чьи похороны он потрудился бы надеть гавайскую рубашку. Именно потрудился, поскольку в гардеробе подобного у Этаниэла, ожидаемо, не было.
- Хочет... - несколько недоверчиво повторил парень. слегка нахмурив брови - Я читал, что в Японии отсеивают народ сразу после школы: в зависимости от того, сколько балов получил, сможешь поступить в универ, либо нет. А если не поступил, выше дворника или клерка в кассе не вылезешь. Что, в принципе, логично. У нас, если подумать, тоже получается, что если у тебя нет денег, и ты не вундеркинд, схватывающий все на лету, универ тебе не светит. Да не наезжал я! - юноша с искренним непониманием во взгляд развел руками - Просто спросил.
Он действительно не старался как-то подколоть Миятору или плохо отозваться о его нации, или стране. Ему просто было интересно, не понятно, не знакомо и любопытно. В этом плане, как бы парадоксально и забавно это не было, но в этом плане Эль был чем-то похож на ребенка: парень мог выразить свое мнение, или задать любой интересующий его вопрос с никак не меньшей непосредственностью, и в последнюю очередь задумываясь о моральной стороне дела. Рейнс чаще интуитивно чувствовал, мог ли чем-то обидеть собеседника, но...увы, чаще, когда это уже произошло, а вот чтобы предугадать были проблемы. Зачастую причина так и оставалась непонятной Рейнсу и выглядела для него совершенно нелогично.
Ответ Миятору на его попытку возместить стоимость отеля не сильно обрадовал. Но Мий хотя бы предложил возможные варианты. и Этаниэлу ничего не оставалось кроме как согласиться. Неуютно. Глупо. И как-то...ощущение, как-будто сидишь на иголках. Да, Эль, безусловно понимал, что едва ли позиция его друга продиктована желанием позаботиться о нем из-за недостатка денег - это было не про них, но привычка невольно делать стойку на вопрос финансов все еще давала о себе знать. Эль никогда не брал у кого-то в долг, не давал сам и ни разу не пользовался чем-то за свой счет. Конечно, сейчас все изменилось, вот только психологически привыкнуть к новым правилам и поведенческим реалиям было все еще немного трудно.
На ремарку касательно толерантности к алкоголю парень только несколько снисходительно усмехнулся. Спорить было бесполезно: Рейнс действительно мог вылакать за вечер больше многих и при этом даже достаточно долго оставаться относительно трезвым. Пожалуй, посоревноваться с ним мог только Тони, но у того и комплекция была покрупнее Рейнса с удельным весом, соответственно.
- Так вот почему ты не особенно жестишь на общих вечеринках! То есть, ты еще из прокачанных?! - все же не удержался от легкого подкола в адрес своего ритмиста. В действительности, за время знакомства с Мией, конечно, парень понимал, что причина совсем не в этом, а в банальных вкусах. Миятору не особенно любил кофе, предпочитая чай. И не особенно любил алкоголь, предпочитая...мда...все тот же чай. И нередко огребал за это неиссякаемые шутки со стороны остальных парней.
- Блин, никогда не пойму, нахрена народ туда добровольно лезет! Помнишь, мы как-то играли в Майами, и нас заселили в отель с большим аквапарком? В общем, вы тогда свалили пораньше, а мы с Лексом проболтали до утра, и решили освежиться перед тем как выехать в аэропорт. Было часов в десять..Ну и мы залезли на одну из горок, ту, что была ближе. Впадала она в довольно небольшой, но глубокий бассейн. Я был в черной футболке -пока поднялись по ступенькам, ощущение было, что в спине уже прожгло дыру. И вот летишь ты, значит по этой хренотени, в воде, вроде даже здорова, а потом...бац! - Рейнс с характерной ему развязностью и спонтанностью движений изобразил в воздухе нечто, напоминающее взрыв и озвучил эту картинку, надо заметить, не менее громко - Попадаешь в гребаный суп! Просто вот почти кипящий! Я не знаю, как вода может настолько прогреться за какие-то пару часов, но...реально взбодрило. вылетели мы оттуда как ошпаренные, в прямом и переносном смыслах. На наше счастье, фэнов на территории не было, иначе этот эпик точно бы уже болтался по всему интернету.
Он был слишком резким, слишком громким и слишком импульсивным в картине этой страны, в окружающем их, полном умиротворения пейзаже. Если японцы жили, словно стараясь чуть замедлить течение времени, улучить минуту, чтобы насладиться красотой природы и каждой клеточкой тела попытаться прочувствовать эту гармонию, то Этаниэл...старался напротив, жить быстрее. больше и ярче, словно пытаясь успеть насладиться жизнью как таковой, пока она еще была в его распоряжении. Йокояма, пока слушал рассказ парня, методично переносил их маленькую трапезу на поверхность воды. Эль сам толком не знал, по какой причине сейчас вдруг рассказал этот довольно тривиальный эпизод - из-за того, что действительно просто вспомнил, или же...невольно подсознание пыталось хоть как-то отвлечь собеседник аи оттянуть момент, когда нужно будет принять решение: согласиться на предложение Мии, оголив кожу, или же остаться на месте, позволив парню принимать чудодейственные японские ванны в гордом одиночестве.
Рейнс смотрел на пока не знакомую ему голубоватого цвета лужу. С любопытством и...пожалуй, осторожностью, напоминающей ту, с какой смотрят уличные коты на что-то новое и непонятное. Перспектива сверкать голым телом его, безусловно, не радовала... С другой стороны, кроме его и Мии здесь не было никого. И царил даже вполне себе полумрак. А еще Миятору притащил его сюда из штатов, планируя, готовясь и вообще всячески устраивая этот гребаный отпуск. И сейчас просто предлагал разделить с ним вечер. Да, в каком-то непонятном источнике. Да, нагишом. Да, так, как не любил Эль, но, вероятно, любил его ритм-гитарист - так какого хрена он не мог заставить себя наступить на горло собственным эмоциям и сделать что-то приятное для него, который всегда находился с ним рядом?
Скорчив фейс и заведя глаза, Этаниэл все же сделал над собой усилие, засовывая неприятные мысли в упомянутую только что Йокоямой задницу, хотя стеснялся совсем не собственной комплекции, и несколько нервным движением скинул с себя халат; оперативно залез в воду, опуская пятую точку на дно.
Ощущение было забавным - как горячая ванная, только очень контрастная: верхняя часть туловища оставалась над поверхностью, и ее теперь приятно обдувал прохладный ветер. Ниже кромки воды было, напротив, даже несколько горячее, чем хотелось бы, но достаточно для того, чтобы можно было терпеть.
- Хм...а прикольно. Но ваше сакэ по-прежнему говно! - усмехнулся, покосившись на Мию - У вас здесь реально курить? - как обычно в моменты, когда парень нервничал, Элю невольно захотелось схватиться за спасительную сигарету, и ответ Миятору несколько расстроил. Теперь Рейнс не знал, куда деть руки, и в результате просто подтянул ноги к груди так, что острые колени теперь тоже торчали из воды, и обхватил их руками.
- Ладно...потом. - пробормотал, довольно мягко, усмехнувшись на предложение отведать еще местного пойла и то, как Миятору его самокритично окрестил - Ну, учитывая, что в единственной альтернативной жидкости мы греем свои яйца...ты не оставляешь мне выбора! - развел вокалист руками, тут же снова сцепив их в замок и теребя пальцы; спина мальчишки была плотно прижата к бортику, неосознанно - просто, так ему было уютнее. Те полоски, что красовались на плечах, по большей части маскировали тату и темнота; Мия не смотрел на него, как-будто даже...вполне осознанно, и за это Рейнс был ему так же молчаливо благодарен. Прошло минут пять, прежде чем парень смог немного расслабиться, и расправить до сих пор напряженные плечи, поменяв позу.
- Слушай, раз уж у нас сегодня по всем статьям дань традициям...А гейши будет? - лукаво усмехнулся Эль, покосившись на друга. Конечно, шутил. И, хотя, в целом был бы совсем не против такого развлечения на ночь...сейчас этот уют на двоих ни за что бы на него не променял.
- Знаешь, я тоже много чего хочу разорвать Колину, когда вижу наш очередной график по съемкам или активностям, связанным с работой с фэн-базой. И я сейчас вообще не о бумажных или каких-то подобных носителях!

+2

34

Миятору помнит тот отель с огромным аквапарком, про который рассказывает сейчас Эль. Как и помнит свое желание прокатиться. Смешно, но он ни разу в жизни не катался на водных горках. В Японии во времена его детства аквапарки были не столь популярны. Когда он стал старше – поехать покорят водные горки не выдавалось возможным. Точнее – возможность-то была. Но горки казались настолько простыми и доступными, что поездка постоянно откладывалась, заменяемая какими-то другими развлечениями. Потому, в свои почти двадцать четыре Мий так и не познал эту радость. И ведь и в Майами, когда горки были под носом, тоже не попробовал. Сначала – просто хотел посидеть пообщаться с ребятами. Потом – было лень. А после – как-то неожиданно навалилась усталость. Наверное, нужно будет как-нибудь рвануть в какой-нибудь аквапарк. С водой похолоднее, чтобы его вокалист так не возмущался. Эль как раз рассказывает сейчас свои ощущения об утренних покатушках, и Мий не удерживается от смеха, так же, как и пацан, не особенно заботясь о собственной громкости. А Эль действительно слишком. И дело даже ни в громкости или резкости. Мальчишка слишком высокий слишком разноцветный во всех своих татуировках. Слишком самоуверенный. Слишком нетерпимый и откровенный в своих чувствах. Японцы – совершенно другие. Но самое интересное – он, Миятору, вовсе не похож на своих земляков. Он точно такой же «слишком». Возможно, именно поэтому ему так легко дался переезд. Он ведь совершенно не скучает по стране или дому. Только по родным.
- Черт! И я это пропустил?? В следующий раз я останусь с тобой до утра. – он все еще смеется, в красках представляя себе эту картину. А со звуковым сопровождением от Эля это дается еще проще. – Слушай, давай как-нибудь рванем куда-нибудь в тот же Майами? Или где еще есть такие аквапарки? Я должен заснять этот эпичный момент для истории! К тому же, я еще ни разу не катался на водных горках. – сморщил нос, немного смущенно. Показалось вдруг, что это как минимум странно. – Так что ты должен мне мастер-класс. – но в следующее мгновенье ухмыльнулся, довольно улыбнувшись.
Когда тихий плеск и волны, появившиеся на поверхности воды, пока Эль пытался устроиться поудобнее, утихли, Миятору выпрямился, открывая глаза и бросая быстрый взгляд на своего вокалиста. Тот устроился в привычной позе зародыша, обнимая руками колени и устроив на них подбородок. Чем вызвал у Мия легкую улыбку.
- Не ворчи. – парень усмехнулся, когда Эль в очередной раз прошелся по крепости, точнее ее отсутствию, в традиционном японском напитке. – Закончишь со своей терапией, презентую тебе какой-нибудь понтовый вискарь. Какие-то пожелания будут? – вновь откидываясь на бортик онсена, Мий закрыл глаза и даже раскинул в стороны руки, устраивая их на том же бортике и полностью расслабляясь. Если говорить честно – он тоже не любил эти горячие лужи. А особенно не понимал, как можно сидеть в них в жару. Когда на улице в тени температура подбирается к сорока, хотелось окунуться куда-нибудь в горную речку, а не, как выразился только что Эль, греть яйца в почти кипятке. Все же он действительно был не настоящим японцем. – Кстати, ты знал, что онсены у нас популярны в жару? Наверное, даже популярнее, чем в холодное время. Считается, что они помогают охладиться и почувствовать себя лучше на пекле. Особенно те, которые горячее. В принципе, я в какой-то степени даже согласен. Когда посидишь в кипятке сорок градусов на воздухе покажутся лютой зимой. Но сам летом купаться не рисковал. – он вообще был в онсенах не часто. Но когда жил в Японии все же иногда выбирался отдохнуть от суеты и просто расслабиться.
- Вот черт. Надо было все же пригласить гейшу, да? – ухмыльнувшись, быстро посмотрел на Эля. – Была у меня такая мысль. Только я не хотел тебя разочаровывать. Тебе это показалось бы скучным. Традиционные танцы, сямисен,, разговоры… Но если ты хочешь попрактиковать свой японский, я еще могу найти чайный домик на нашем дальнейшем маршруте. Или ты ждал от гейш чего-то другого? – на лице изобразил искреннее непонимание, как ответ на удивления Эля танцам и разговорам.
В принципе, привык к тому, что весь мир считал гейш элитными проститутками. Но это скорее была отдельная дополнительная опция, вовсе не подразумевавшая в работе гейш обязательные плотские утехи. Издревле гейши должны были услаждать взор, слух и разум, а никак не тело. Разумеется, секс присутствовал и здесь. При взаимном согласии и договоренности. А еще, в отличие от обычных девочек по вызову, на то, чтобы скоротать время с гейшей, частенько приходилось копить едва ли не годами. А ждать этого самого вечера – месяцами. Но если Эль действительно заинтересуется… У Мия действительно были где-то кое-какие контакты, когда он думал о том, стоит ли кидать своего вокалиста в японскую культуру с головой.
- Всегда хотел у тебя спросить – почему тебя так морозит от работы с фэн-базой? Этаниэл Рейнс настолько крут и невъебенен, чтобы снизойти до фанатов? – парень улыбнулся, снова посмотрев на вокалиста. – Девчонки действительно расстраиваются, когда ты сливаешь со встреч.

+3

35

Миятору признает, что лоханулся в тот раз, отказав себе в удовольствии испытать водную горку, и предлагая сгонять куда-то еще в очередной отпуск. Пожалуй, можно с  уверенностью сказать, что Эль за эту неделю получил предложений к поездкам больше, чем за все время их знакомства. Наблюдение вызывает у Рейнса усмешку, а само предложение - все еще противоречивые чувства: парень к этому не привык, вот так запросто взять и свалить куда-то надолго не про работе. Для него и этот-то выезд совершенно новое впечатление, и пока он явно не готов обсуждать следующее.
- Сообразим позже, ладно? Не то, чтобы я сильно против, просто...дай мне возможность фильтровать впечатления по мере поступления, окей? Ну или хотя бы слезть с того количества колес, которые мне глотать еще пару месяцев. - усмехается, довольно расслабленно в контраст зажатой позе и несколько неуютному, зажатому поведению в целом - физическому. Хотя голос Этаниэла звучит вполне себе обыденно и спокойно, язык тела выдает определенную нервозность, а спина по-прежнему остается крепко прижатой к бортику. Так ему проще. Да, Рейнс прекрасно осознает, что по сути ведет себя как страус, пряча голову в песок, ну или свою уродливую спину в воду. Но ощущение, что его прошлое отодвигается на задний план, скрываясь этим же шершавым камнем, к которому он прижимается сейчас спиной в попытке скрыть свои шрамы, появляется неосознанно, против его воли и логики, так же ловко скрываясь от рациональности. Насколько бы он не был взрослым, и насколько бы не плевал на окружающее мнение, но подсознательно юноша продолжал все так же бояться возможного вопроса от тех, кому не сможет и не захочет соврать, как тот мелкий мальчишка малодушно боялся когда-то получить новую отметину на коже. Нужно будет забить спину цветом, выбрать, наконец какой-нибудь крупный пестрый рисунок и покрыть им ее всю, как руки, если, конечно, мастер возьмется за этот заказ: иголка может попросту оказаться неспособной вогнать краску в жестки многолетние рубцы. Раньше на это банально не было средств, сейчас - как это не смешно, но особо нет времени. Эль попеременно пропадает то в турах, то в студии, никак не решаясь уделить масштабной тату время в ущерб работе, которую любит и которой живет. На такую татуировку уйдет часов двадцать, и, естественно, не за один раз.
- Считай, что горки я тебе обещаю! - чуть кивнул, опрокидывая в себя очередной наперсток теплого сока - Ну-у, окончательно я ее закончу лет через пять. И столько ждать я не готов! А-а...тот, что у твоего отца достаточно понтовый? Мне понравился вкус. - скалится, несколько зажато, но в целом довольно и привычно сверкает в темноте глазами, разве что, зрачок в них теперь не напоминает булавочную головку.
Этаниэл внимательно выслушивает краткий ликбез о пользовании кипящей ванной. Ему действительно интересно. А еще странно. И вердикт Мии он поддерживает всецело, охотно с ним соглашаясь.
- Я не знал. Я вообще почти ничего не знаю о твоей культуре, и...наверное мне даже...стыдно что ли. Хотя ты и называешь меня бесстыжим, но черт, я реально мог поспрашивать тебя за те три года, что мы знакомы, но почему-то не делал этого. Я сам не знаю, почему...Мы так часто треплемся о работе, просто потому что это дело нашей жизни, мы сами, но....похоже, что иногда просто забывая обо всем остальном, да? - невольно снова усмехнулся.
- Да нет, черт! Забей, я же просто так сказал. В шутку. Ты и так дохрена чего придумал, и твои предки...они приняли нас, как-будто со мной сто лет знакомы...Это странно. Но...здорово. Хрен с ними с гейшами. Секса мне хватает - тебе ли не знать! - не то, чтобы Рейнса хоть сколько-нибудь не устраивало такое положение дел - Кстати о сямисенах, а электронные бывают? Можно было бы поприкалываться в каком-нибудь бонус-треке для альбома. Самурай у нас есть - вполне имеем право!
Внезапный вопрос про фэн-базу настолько выбивается из их общего и настроения и разговора в целом, что Эль даже не сразу "догоняет", откуда и с чего вдруг он мог появиться в на их мокрой вечеринке. Похоже, что Мий зацепился за его брошенную вскользь ремарку.
Рейнс криво усмехается: нет, жрет его далеко не излишняя гордость напополам со звездной болезнью.
- А сам не догадываешься? - изломанная бровь привычно ползет вверх; серые глаза смотрят открыто, с всегда присущей им теплотой, появляющейся, когда он смотрит на Мию - Эти meet-&-greet'ы как таковые - что-то сродни фото с обезьянкой. Им нравятся наши рожи, хочется нас пощупать, обнять, повесить потом фотку на стену, как трофей. Им плевать на нашу музыку и какой-то там посыл. Те, кого интересует именно творчество, приходят на концерт и срать хотели на эти дополнительные опции. И да, конечно, они расстраиваются. Кстати, и когда твоя симпатичная восточная морда не появляется на каком-то мите - тоже.
Что-то внезапно привлекает внимание, заставляя прервать свою мысль, и Эль крутит головой, всматриваясь в темноту под потолком деревянного навеса, откуда исходит звук.
- Смотри! Мышь!! Летучая! - Рейнс вдруг подскакивает с места как ребенок в попытке рассмотреть зверюгу поближе. Конечно, в Вашингтоне мыши тоже водились, и Эль не раз наблюдал их, когда возвращался ночью из пригорода, но только высоко в небе, пролетающими мимо. В самом центре города, среди шума и ярких огней ночные бестии предпочитали не появляться. Настолько близко парень видел мышь очень и очень давно, как-то раз, когда они с парнями сидели возле своей любимой тарзанки, пережидая несколько часов, в которые проходил "дома" разнос по всем фронтам. Почему-то летучки Этаниэлу всегда нравились. Рейнс считал их прикольными и вполне подходящими на роль питомца.
- Как думаешь, удерет? - юноша наступил на соседний выступ на камне, который был чуть выше, представляя из себя искусственный гротик, созданный явно в эстетических облагораживающих целях, пытаясь подобраться поближе; внимание парня было настолько захвачено ночной гостьей, что он, казалось, сейчас совершенно не отдавал себе отчета в том, что был полностью голым и в попытке рассмотреть мышь развернулся к Мие спиной - Она длинноносая! Не похожа на наших.

+2

36

Миятору мягко улыбается и едва подавляет тихий смешок. Он вовсе не собирается насиловать своего вокалиста новыми впечатлениями. И когда он предлагает как-нибудь съездить покататься на водных горках, он вовсе не имеет в виду – здесь и сейчас. Он прекрасно понимает, что для мальчишки это может быть слишком. Именно поэтому соглашается с его предложением повременить. У них сейчас вся жизнь впереди. Они все успеют. Сейчас гораздо важнее, что Эль, наконец-то, начинает постепенно расслабляться. И хоть в его позе и продолжает сквозить напряжение, Этаниэл в какой-то момент становится менее зажатым.
- Ну я не уверен, что твоя терапия ближайшие пять лет будет сопутствовать с постоянными ограничениями. – усмехается тихо, выпивая сакэ из маленькой стопки, и отправляет ее обратно на плавающий по поверхности воды поднос. – И – да. Мой отец всегда был приверженцем лучшего. Особенно в том, что касается алкоголя. Так что встречное обещание – с меня бутылка того, чей вкус тебе понравился.
Миятору широко улыбается и вновь прикрывает глаза. Горячая вода действует расслабляющее. Компания расслабляет еще больше. Сейчас хочется просто говорить ни о чем. Позволить термальной воде и хорошей компании убаюкивать разум и тело.
Миятору вовсе не обижается на то, что Эль ни о чем его не расспрашивал на протяжении их знакомства. Он и сам не одолевал своего вокалиста вопросами. И сейчас ему вовсе не кажется странным, что до этого дня они не говорили о его стране или о чем-то подобном. Это кажется нормой. Как бы странно или неправильно это не казалось.
- Ты слишком зажатый, Рейнс. Не смотря на весь свой бунтарский характер. – Мий произносит это тихо и спокойно, по-прежнему не открывая глаз. – Иногда мне кажется – ты просто не рискуешь задать какой-то вопрос, который выходит за рамки профессиональных отношений. То ли потому, что считаешь, что тогда мир перевернется. То ли потому, что… Не знаю. Боишься, что этот разговор может тебя с кем-то сблизить?
Прозвучало вопросительно. Действительно вопросительно. Хотя Миятору и расценивал этот вопрос, как риторический. Иногда ему действительно казалось, что его вокалист банально не рискует перейти с кем-то в отношения, которые подразумевает что-то большее, чем просто работа. И иногда он даже понимал – почему. Не часто, но озарение периодически нападало.
- Эй-эй, спокойно. Я же шучу. – Мий тихо смеется, практически в точности воспроизводя только что сказанное его другом. – Но на предмет гейш – подумай. Этот опыт может стать действительно интересным. – все еще посмеивается тихо, представляя Эля в классическом антураже. Той же эпохи Эдо, например. Эль в нее не вписывается. От слова – совсем. Но этим-то и был бы интересен подобный опыт. Сочетать несочетаемое. Иногда этот лозунг кажется более чем подходящим  стилю их группы.
И, конечно же, Миятору знал, что именно он услышит в ответ на свой вопрос касательно Фан-базы. Возможно, не до конца это осознавал, но всегда знал. Они никогда об этом не говорили. Ни с Элем, ни с другими ребятами. Эта тема словно была под запретом. Но именно сейчас захотелось вдруг задать этот конкретный вопрос. И получить на его не менее конкретный ответ. А потом и еще один.
- Эль, ответь мне на один вопрос. Для кого ты все это делаешь? Для кого сочиняешь музыку и пишешь песни? Только давай мы сейчас не будем рассматривать ответ – для себя самого. Все мы этим грешим, но это ведь не единственная причина, по которой мы этим занимаемся. Ты никогда не задумывался о том, кто ты для тех ребят, которых интересует именно творчество? В интервью ты часто говоришь о том, что будешь рад, если твое творчество толкнет кого-то на то, чтобы… ну не знаю, изменить собственную жизнь. Выбраться из болота. Стать счастливым. Это ведь не просто слова ради пиара, правда? – открыв глаза, Мий посмотрел на мальчишку и мягко улыбнулся. – Но, ты знаешь, подумай вот над чем. Ты – подросток. Один из тех, кто приходит на наши концерты. И у тебя в жизни не то, чтобы все хреново, но негатива достаточно. И у тебя есть кумир. Некий Этаниэл Рейнс. Вокалист «Sentenced To Live». Он для тебя твой Бог. Миссия. Он говорит то, чему хочется следовать. Но он недосягаем. Просто фигура на сцене или голос в наушниках. Подобные слова ты можешь слышать в церкви на воскресных проповедях от священника, который вещает от имя Всевышнего. Ты можешь видеть его изображения, читать Библию, но ты все равно понимаешь – его нет. Это просто картинка. Он нереален. И невольно задаешься вопросом, а вдруг все то, что сейчас называют словом Божьим и чему рекомендуют следовать… Вдруг все это настолько же нереально? Подобные сомнения вряд ли могут породить что-то позитивное. Так же и ты. Для многих из тех, кто приходит на наши концерты ради творчества, ты все равно остаешься чем-то нереальным, недосягаемым. Они могут тянуться к тому, что ты пытаешься сказать. Они даже будут это понимать. Но это просто слова. Слова их кумира, но для них несуществующего человека. Просто потому, что они не могут тебя потрогать, чтобы убедиться в твоем существовании. Я не спорю, что для многих – мы просто обезьянки в цирке. Но есть те, кому необходимо убедиться в существовании своей Миссии.  Просто прикоснуться. Осознать, что это все реально. Что это не какая-то там глупая проповедь в воскресной школе. Таких людей – единицы. Но почему бы не дать им эту возможность, если мы это можем?
Говорил это Миятору все тихо. Медленно. Наблюдая за реакцией. И, конечно, заметил, что в какой-то момент его вокалист отвлекся. Даже рассмеялся тихо. Не мог отреагировать как-то иначе. Уж очень мальчишка сейчас был похож на ребенка. А еще – Эль расслабился. Настолько, что вскочил на ноги, выныривая из воды. Миятору и раньше видел пацана обнаженным. Довольно часто для того, чтобы не только иметь возможность, но и разглядеть все шрамы. Поэтому сейчас просто отвел глаза, пытаясь рассмотреть ту самую мышь, которую пару секунд назад заметил его вокалист. Ему, как и много раньше, очень хотелось задать вопрос – если Эль так стесняется этих отметин на своей коже, то почему не уберет их? Косметология сейчас способна на многое. А уж тату-мастера – тем более. Но Миятору промолчал. Просто не захотел задавать неприятные вопросы тогда, когда мальчишка, наконец, расслабился и забыл о существовании того, что обычно привык скрывать. Напоминать об этом сейчас показалось, как минимум, неуместным.
- Это не мышь. Их называют летучими собаками. Можно сказать, что один из подвидом летучих мышей. Но они травоядные. Питаются фруктами. И, в отличие от реально существующих вампиров, не кусаются. – переведя взгляд на живность, спокойно висящую сейчас на одной из веток, Миятору улыбнулся. Он даже подумать не мог, что эти крылатые твари могут нравится Элю. Но раз это так… - У нас есть парочка пещер, где водятся настоящие мыши. И я могу поискать, где можно посмотреть и потискать крыланов. Хочешь – заедем, если будет по дороге?

+1

37

- Ты рискуешь, Мия: я ж запомню! - усмехается в ответ Рейнс, в действительности прекрасно понимая, что на его угрозу наплюют с высокой колокольни, и что Миятору однозначно купит ему этот чертов виски, не смотря на его стоимость: таков характер его ритмиста, и бороться ним и его решениями нет никакого смысла. Во всяком случае, если руководствоваться здравым. В упрямстве эти двое могли бы посоревноваться за первенство.
Йокояма, судя по его блаженной физиономии, явно кайфует, принимая свою традиционную ванну, и эта картина невольно вызывает у Эля мягкую и теплую улыбку. В этот момент парень почему-то думает о том, что его решение все же составить другу компанию, не смотря на то, что пришлось раздеваться догола, было верным. Отказавшись присоединиться к Мие, он бы просто испортил момент.
Мий называет его зажатым, и Рейнс невольно вопросительно приподнимает изломанную бровь. Сам парень не считает, что ему подходит подобное определение, и потому сказанное звучит любопытно. Да, многое вызывает у Этаниэла непонимание или гнев, нередко ем установится неуютно от чего-то, что для других в порядке вещей...но, черт подери, "зажатый" - это определение для очкастых ботаников! Ритмист сидит сейчас с закрытыми глазами, и не может видеть того, как выражение лица Рейнса несколько мрачнеет, а брови хмурятся, когда парень слышит уже развернутое объяснение. Неприятно это признавать, но в чем-то Йокояма оказывается прав: Эль не любит говорить на личные темы. Ведь в таких разговорах всегда приходится рассказывать что-то о себе самом. И вот эти подробности скорее оттолкнут, чем приблизят кого-то к нему. И да, Мий снова прав: вокалист и сам это заметил чем больше Этаниэл узнавал о своих парнях, тем больше задумывался, тем ярче и ближе ощущал их и тем сильнее не хотел отпускать от себя.
- Я просто не люблю говорить о себе, Мий. - даже почти не соврал - Знаешь, лучше как о покойниках: либо хорошее, либо ничего! - усмехнулся, с присущим ему задором и не менее присущим ему черным юмором.
Догадка Миятору неприятно кольнула где-то внутри. Мия умудрялся читать его почти как раскрытую книгу - это было неприятно, словно кто-то копается в твоих внутренностях, а ты ничего не можешь с этим поделать и только все еще стараешься прикрыть те свои внутренности, которые видеть никто не должен. А еще, как только тебе становится не все равно - не важно, не все равно на что-то, или на кого-то одушевленного, ты становишься уязвимым. И те, кому не свезло стать тебе дорогим - уязвимыми вдвойне. Так или иначе, по итогу будет хреново обоим. Подростком Эль во многом выживал и добивался определенных "успехов" благодаря тому, что другим его было нечем зацепить. Нечем напугать и нечем шантажировать. Сейчас Рейнс понимал, что как бы паскудно не было это признать, но предъяви противоборствующая шайка ему ультиматум, в котором присутствовала бы угроза любому из парней из группы, и он бы прогнулся. Подчинился, не готовый рисковать кем-то из них. 
Обсуждать фэнов оказалось куда проще, чем эту тему. И Рейнс охотно переключился на нее, немного снизив градус внутреннего напряжения.
- Если честно, нет... - буркает в ответ Рейнс, продолжая внимательно сверлить взглядом пушистую хрень, закутавшуюся в перепончатые крылья и теперь с некоторой долей непонимания уставившуюся на него своими черными глазами-бусинками - Нет, реально. Я не думаю, что могу быть для них кем-то, кроме парня, умеющего делать качественную музыку и тексты о том, что...действительно важно, не только для них...Миссия?! - Рейнс фыркнул и резко обернулся на Мию, так, что сам едва не поскользнулся босыми ногами на мокрых камнях из-за этого спонтанного движения - С тобой БиДжей травой поделился, или ты сам на месте нарвал? - в серых глазах, лишенных теперь привычного лихорадочного неестественного блеска, читалось искреннее чистое удивление - Я могу только назвать для них вещи своими именами, но точно не наставлю ни на какой путь, кроме пути до ближайшего бара. Все остальное они сделают сами... - Рейнс, наконец, отвлекается от мыши, позволив крылатой спокойно покачиваться под крышей и, вдруг словно вернувшись в реальность, опомнившись от наваждения, несколько нервным движением подцепляет большое банное полотенце, набрасывая его на плечи.
Что-то, так или иначе, но несет в себе смысл...в словах Миятору. Просто, Этаниэл никогда до сих пор не пытался поставить себя на место тех, кто был по другую сторону сцены. Правда, с всевышним получилось довольно хреновое сравнение: это, пожалуй, последний, в кого Рейнс верит.
Эль усаживается на бортик, лицом к Мие, затем ногой подгребает к себе поднос, подцепляя очередную порцию сакэ, и садится обратно в воду по пояс. Полотенце так и остается лежать на плечах, а содержимое рюмки - горячее, но кажущееся все равно холоднее, чем вода, в которой он сидит, отправляется уверенным движением вовнутрь.
- Думаешь, им действительно это нужно? - облизнул губы, кажущиеся сейчас более насыщенного цвета, чем обычно, из-за жары - Просто...мне это кажется странным... - пожал плечами - Я такой же как они, и ничем не лучше.
Миятору переключает свое внимание на мышь, и Эль снова запрокидывает голову, наблюдая за ночной гостьей.
- Такая же как на юге, то есть...Ну в Тунисе там или в Африке. Прикольная хрень! - скалится, радостно и вполне открыто, и тут же переводит на Мию заинтересованный взгляд - Хочу! Потискать. Эта точно свалит, если попытаюсь поймать. Она ж не дура... - замолчал ненадолго, глядя куда-то в воду и никуда одновременно - И...знаешь...хочу, чтобы мы чаще с тобой вот так просто болтали. - своеобразная благодарность и шаг навстречу, корявый, немного неуверенный, но все же сделанный - брюнет дотянулся до бутылки, не обращая никакого внимания на стоящие рядом миниатюрные пиалы - Ка...Подожди! Щас! Я вспомню как это! Кан...пай? - отхлебнув из горла, протянул сакэ Мие.

+2

38

Миятору только усмехнулся в ответ на черный юмор и предложение использовать общеизвестную пословицу. Только вот зря Эль вспомнил именно об этой. На первом курсе, когда они изучали латынь, у них был едва ли не целый курс, посвященный пословицам и поговорка. В их число входила и эта, про мертвых. Тогда звучала она как «De mortuis aut bene, aut nihil» и в переводе действительно означала «О мертвых либо хорошо, либо ничего». Однако немногие, и даже они – студенты первого курса юридического факультета и понятия не имели, откуда взялся этот фразеологизм изначально.
- Ты рискуешь, Эль. – в точности повторил недавно сказанное вокалистом на его обещание подарить тот виски, который пьет отец. – Забыл, что имеешь дело с занудой и где этот зануда учился? – открыв глаза посмотрел на Эля. – Этот фразеологизм пришел из древнего Рима. Где-то шестой век до нашей эры. И звучала она как «Mortuo non maledicendum». «Об умерших не злословить». Уже позже, когда римляне познакомились с греческой культурой, она видоизменилась и дошла до нас в то вариант, в котором мы ее знаем. Впрочем, Хилон в своих трудах пару раз использовал ее несколько в другом контексте, добавляя – «О мертвых либо хорошо, либо ничего кроме правды». Сложно сказать, какой именно вариант имеет право на существование. На мой взгляд – оба. Даже более того – они равнозначны. Правдивость высказывания о человеке может подтвердить только сам человек. Но раз он умер… Это возвращает нас к варианту, «либо хорошо, либо ничего». Но ты-то жив. Не смотря на все свои старания. – не мог не акцентировать на это внимание, ухмыльнувшись чуть. – Так что у тебя есть то, чего нет у покойников – возможность решать, что рассказывать, а что нет. Ну или возможность не рассказывать. Мы ведь не настаиваем на откровенности. И зря ты думаешь, что что-то поменяется, если мы узнаем о тебя что-то нехорошее. У каждого из нас в жизни есть что-то, че бы мы не гордились. Но именно это делает нас теми людьми, которыми мы являемся. Ты – это ты, со всеми твоими косяками. И то – знаем мы о них или нет, не делает тебя другим человеком.  Уж тем более – плохим.
Закончил с тихой улыбкой, пока что даже не планируя продолжать этот разговор. Только если его н решит продолжить сам Эль. К тому же – сейчас они перешли на другую тему. Которая, к слову, удивила настолько, что тот едва не полетел в спокойную воду онсеа. А Мий едва не вскочил подхватить своего нерадивого вокалиста. Слава высшим силам, что Эль не полетел. Слава высшим силам, что Мий не вскочил. Совпади два этих действия… Со стороны они с Рейнсом смотрелись бы… до идиотизма пикантно.
- Эль… - Миятору тихо рассмеялся, покачав головой, немного насмешливо, но ласково. Словно журил нерадивого аленького сына. – Мессия это не только персонаж Библейских сказок, который «спасет мир, очистит его от скверны, и да воцарится царство божие». И Бог - это не чувак с бородой и в сандалиях, который смотрит на нас сверху и шурует нашими жизни, как ему захочется. У многих из нас есть собственное божество. И оно гораздо ближе, чем то место, где летают самолеты.  – взял последние слова в кавычки, просто изобразив их двумя пальцами каждой руки в конце предложения. – И - да. Ты – такой же как они. – кивнул, подтверждая слова мальчишки. – Ничем не лучше. Но и не хуже. И они такие же. Ничем не лучше. Вы вообще не должны быть хуже или лучше друг друга. По-другому это и не работает. Мессия и не должен быть святым. Да даже просто идеальным. И зря ты считаешь, что ты не можешь указать им какой-то путь. Ты это делаешь, сам того не подозревая. Просто называя вещи своими именами. Ты даешь им возможность посмотреть на ту или иную вещь под другим углом. И очень многим это помогает принять верное решении. Верное для каждого из них решение. И, как следствие, это указывает им на тот путь, по которому им необходимо пройти в данный конкретный период времени. Это их путь. Найти его и решить, идти по нему или нет – только их дело. Но иногда на этом пути могут встретятся указатели на языке, который они не понимают. Ты их им расшифровываешь. Переводишь. Помогаешь понять.  Даешь возможность увидеть, что из того болота, в котором они увязли, есть тропинка на сушу. Нужно просто внимательно оглядеться и найти ее. У тебя есть опыт, которого нет у них. Я не говорю сейчас про какой-то конкретный опыт, но с вершины этого самого опыта у тебя есть возможность внимательно разглядеть болото. И это не значит, что ты должен диктовать им готовое решение проблемы. Ты этого и не делаешь. Ты просто говоришь, что оно есть. Но ты для них – кумир. Они к тебе прислушиваются даже больше, чем к отцу, матери или друзьям. С родителями и друзьями можно ссориться, можно вообще друг друга не понимать. Или думать, что они тебя не понимают. А вот с кумиром поссориться сложно. Они тебя слушают. И, более того – слышат. И потому готовы прислушиваться. И прислушиваются. Но это всегда сложно. Сделать первый шаг. Особенно без помощи. Потому, возможность к тебе прикоснуться, получить фото или автограф – для них именно это может стать такой помощью. В их глазах с помощью простой фотки или рукопожатия ты становишься для них ближе. Уже не таким недосягаемым. Они могу посмотреть на это фото и понять, что ты рядом. И для них это значит, что ты их поддерживаешь. Потому и шагнуть им может оказаться проще. Похер на тех, кто приходит только ради фотки с обезьянкой. Давай обратим внимание на тех, кого мы вдохновляем. Пока есть такие люд, значит – мы играем и пишем не зря.
На какое-то время парень замолчал, давай возможность Элю осмыслить услышанное. Да что там осмыслить – хотя бы в этом разобраться. Даже у самого Мии возникло ощущение, что он в какой-то момент поскакал мыслями, аки горный козел.
- Тогда я перестрою график. – тихонько рассеялся на эту совершенно детскую демонстрацию восторга, и даже начал уже прикидывать – куда можно впихнуть общение с носатыми крыланами. Где-то, ближе к концу. На юге, где у них запланирован недолгий пляжный отдых. Точнее – пара дней в обнимку с серфом. Мий не был уверен, катался ли Эль когда-нибудь на волнах, но имел уверенность, что пацану понравиться. Он даже заказал уже парочку костюмов, оставляющих открытыми только руки и ноги по колено, чтобы Элю не было некомфортно. Например, как сегодня в онсене. Эта мысли заставила в очередной раз мысленно вздохнуть, но развивать ее Мий так и не стал. – Хорошо! Я даже придумал, где ты их можешь потискать. У тебя почти получилось. – ласково усмехнулся на попытку произнести слово на японском, поднимая свой наперсток. – Кампай! А когда захочешь так поболтать – тебе нужно просто сбросить см-ку, если я вне пределов досягаемости. – снова улыбнувшись, Миятору перевел взгляд на летучую мышь. – В Токио, кстати, они редкие гостьи. Они любят более жаркий климат. Вот на Окинаве их дохрена. И в южной части островов. А вот до Токио добираются редко и задерживаются не на долго. Так что можно сказать – увидеть ее так близко – уникальная возможность. Тебе везет, Рейнс.

+2

39

Рейнс молча зыркнул в ответ на передразнивание. Парень прекрасно понимал, что Йокояма сейчас был не серьезен, иначе бы тишину этого прекрасного умиротворяющего вечера нарушили далеко не прекрасные слова и выражения. Впрочем, даже когда это было не в шутку, Миятору зачастую прощалось то, за что не всегда удавалось уйти безнаказанным тому же БиДжею. С БиДжеем, впрочем, у Рейнса были свои отношения: несколько теснее, несколько дозволеннее, пожалуй, в каком-то в больше степени даже физическом плане, чем психологическом, и несколько злее. Это был их язык, и остальные во внезапно начинающиеся диалоги на повышенных тонах обычно предпочитали не ввязываться: проще было дать обоим выпустить пар, чем пытаться сыграть в доброго самаритянина и огрести по-доброму от кого-то из парней самому.
- Оууу, Мия, ну только избавь меня от курса истории напополам с латынью? - усмехнулся, терпеливо, беззлобно. Но лекции действительно вызывали у Эля нереальную скуку. Пожалуй, из всей этой лабуды единственное, что ему было интересно слушать во время обучения - так это про захоронения и языческие обряды ацтеков и майя. И потому какой-то там "Хилон" звучал для Рейнса примерно так же как "Хилтон", та самая, что по имени Пэрис.
- Каждый из вас занимался грабежами и избивал или резал людей, чтобы они не торговали дурью на вашей территории? - он ни за что не спросит этого вслух, а потому вопрос так и подвис где-то на периферии сознания, озвученный саркастическим тоном его же собственного внутреннего голоса.
- Делает меня лучше. - уверенно констатировал Эль - Ты вот, например, только что принял меня за умного образованного парня, способного понять всю сказанную тобой ахинею! - усмехнулся, сверкнув в темноте белыми зубами и привычно обращая все в шутку.
Снова переведя взгляд на японца, когда тот внезапно при всей легкости и ненавязчивости разговора, вдруг довольно серьезно углубился в тему, Эль слушал. Внимательно, не перебивая, и...что парадоксальнее, действительно стараясь понять, пропустить его слова через себя, однако далеко не все удавалось.
В результате, чем дольше говорил сейчас Миятору, тем поразительнее было для Рейнса то, насколько они...отличаются. Нет, насколько он отличается от Мии и всех тех, о ком тот сейчас говорил. Вопреки брошенному им же буквально меньше минуты назад Эля такой же как они", они не были такими же. Этаниэлу казалось, что он знает их чувства, понимает их, но...что если Миятору прав? И тогда выходило, что ни черта он не понимает. А его ритмист, напротив, читает их фанатов куда лучше и глубже, чем он сам. Как у него это, черт подери, удавалось?! КАК он мог понять, что они чувствуют, по каким гребанным критериям?!
- Откуда ты знаешь? - в голосе парня сквозило негодование напополам с легким раздражением - не на Миятору - скорее, на самого себя за то, что не понимал элементарных вещей - Как ты понимаешь, что для них важно, а что нет? В смысле...иногда мне кажется, я правда видел то, о чем ты говоришь...наверное, но...Никогда нельзя быть уверенным, да? - серо-голубые глаза с расширенными сейчас из-за недостаточного освещения зрачками перевели взгляд на ритмиста, вопросительный, ищущий ответа и смотрящий даже...с какой-то долей надежды - Если честно, я не всегда уверен что и тебя-то правильно понимаю... - это произнес уже тише, себе под нос и теперь невольно теребя собственные пальцы, сцепленные в замок; ужасно не хватало сигареты - Мне бывает сложно с эмоциями....В том смысле, что я не догоняю, почему иногда выбешиваю или обижаю кого-то, не делая ничего особенного. Или просто вдруг узнаю, что то, как я воспринимаю что-нибудь, может кардинально отличаться от того, как думают другие. С теми же фэнами сейчас...мне бы в голову не пришло, если честно. Но ты об этом подумал... - Этаниэл передернул плечами, как-будто невольно сбрасывая начинающее возникать в них напряжение - Знаешь...до вас в моем мире все было иначе. Проще. Без этих дурацких эмоциональных нюансов. Я привык говорить, что думаю и поступать так как считаю нужным, а не как было бы "правильно". Джей в этом плане на моей волне. Да и то не всегда...А вы, парни, просто ставите иногда мне мозг раком... Как ты в этом разбираешься? Кто пришел за фото с обезъянкой, а кому это действительно нужно?

+2

40

Миятору тихо рассмеялся на замечание своего вокалиста.
- Эль… Я вовсе не считаю тебя умным и образованным парнем, без обид. Умным и образованным в той сфере, в которой образован я. Это всего лишь начитанность. И ты ожжешь стать таким же умным и образованным в том, что тебе нравится или в том, что вызывает у тебя интерес. Ну или во всей то хрени, которую нужно зазубрить для того, чтобы тупо сдать экзамен. Ты даже представить себе не можешь, насколько гением ты можешь быть, когда разберешься в том, что тебе действительно интересно. Хотя… Почему нет? Можешь. Ты же разбираешься во всех этих нотах и аккордах. И для тебя нет ничего сложного в том, чтобы написать песню. Но ведь те, кто этого не понимает или кому это просто не дано, ничуть не хуже, правда? Ты же не считаешь Рика идиотом из-за того, что он может не отличить один аккорд от другого?
Хоть это и было сказано с вопросительной интонацией, но носило чисто риторический характер. Миятору знал ответ на прозвучавший вопрос. И не ждал, что на него ответит Эль.
- Что же касается того, что я только что сказал – не важно, кто, что и когда говорил. Важно то, что одно и то же выражение можно интерпретировать совершенно по-разному. В зависимости от того, как именно ты это понимаешь и как именно ты к этому относишься. На этом строится весь гребаный мир, начиная от древнейших веков и заканчивая нашими днями. А сколько трактатов на эту тему было написано. И написаны они были вовсе не энциклопедически образованными людьми. Просто эти люди не боялись выражать свою точку зрения, свое мнение. Новое, непонятное. В каком-то смысле – безумное. И не боялись его отстаивать. Открой глаза, Рейнс, ты делаешь то же самое в своей музыке. Единственное отличие в том, что ты не ебешь мозги огромной массе глобальными философскими проблемами. Только и всего.
Миятору пожал плечами, не заметив даже, как две темы, которые они только что подняли, каким-то непостижимым образом слились в одну.
- А я не знаю, Эль. Я не знаю всех этих людей, и я не могу знать, что они чувствуют или о чем они думают. Но мне тоже когда-то было пятнадцать-семнадцать-двадцать. Я помню себя в их возрасте. Помню свои проблемы. И помню, как мне не хватало того, кто бы меня понял и помог со всем этим разобраться. А еще я знаю, что подросток всегда остается подростком. Меняется только то, от чего подросток может испытывать дискомфорт. Они всегда, во все времена будут непонятыми и одинокими. И им всегда будет не хватать того, кто бы мог говорить с ними на одном языке. Не обсуждать с ними их проблемы, пытаться их анализировать, заставлять принимать собственную точку зрения и толкать на надуманно правильный путь. Нет. – покачал головой и чуть улыбнулся. – Как бы ты отреагировал на фразу – «Я знаю, что ты чувствуешь. А потому, ты должен сделать то-то и то-то?» Как минимум, дал бы в морду, нет? – еще одна мягкая улыбка. – Вот и с ними так же. Им не хватает и будет не хватать того, кто скажет – "Я не знаю, что ты чувствуешь, но я знаю – какого это, когда у тебя есть проблемы. Я могу показать тебе, как от этих проблем избавился я. И я надеюсь, что мой пример поможет тебе найти решение, чтобы избавить от своих." Это одновременно делает их чувства уникальными, не загоняет в рамки, но дает надежду на то, что со всем можно справиться. Тебе не нужно понимать правильно их или меня, Эль. Тебе просто на секунду нужно предположить, что они такие же как и ты. Со своими чувствами, со своими проблемами, со своей болью и со своей радостью. Я уже говорил – ты слишком зажат. Тебе нужно просто снять шоры с глаз. И пошло оно все нахрен, тебе не нужно поступать «правильно». Никто, кроме тебя, не знает, как оно – правильно. Правильно прописано только в уголовном кодексе. Да и то, правильно оно только потому, что не поступив по-другому ты не окажешься на нарах. У каждого в этом мире свое «правильно». И только ты решаешь, какому из этих «правильно» тебе нужно следовать. Но иногда эти «правильно» могу переплетаться. Ты можешь поступить «правильно» для другого человека, просто потому, что ему будет это приятно. И потому, что от этого будет приятно тебе. Как я разбираюсь в том, что правильно? Да никак. Я просто позволяю решать своей интуиции. Как я разбираюсь в том, кто пришел за фото с обезъянкой, а кому это действительно нужно? Иногда это видно по их глазам. Иногда в них просто слепое обожание. И тогда они, как зомби из дурацких ужастиков. А иногда ты видишь в них себя. Тот свой взгляд, когда наконец-то дорвался до мечты. Ну или получил что-то очень желаемое или сокровенное. А иногда даже по взгляду определить трудно. Но я не считаю, априори, их тем, кому нужна просто фотка для Инстаграмма. Я просто даю им шанс. И ты им его даешь. Или не писал бы ту музыку, которую пишешь, только чтобы слить ее в унитаз, который схавает все, что в него сольешь. Не бился бы столько над музыкой и текстами. Возможно, ты сам того не подозреваешь, но ты надеешься получить какой-то отклик. И ты его получаешь. И именно поэтому продолжаешь делать то, что делаешь. Просто позволь себе немного посомневаться. Иногда сомнения могут принести очень неплохой результат. Как, например, эта лужа. Я тебя чуть ли не силой затащил. Но ты все еще здесь. Пьешь пойло, которое назвал говном и, порази меня молния, тебе это нравится.

За разговорами время пролетело незаметно. Они еще долго плескались в источнике, периодически выбираясь, чтобы освежиться на прохладно ночном воздухе, и даже пару раз обновляли сакэ. Несмотря на то, что Эль продолжал настаивать на то, что «это просто разбавленный сок», от н отказывался от пары очередных наперстков. То, что пора сворачиваться, они поняли лишь когда небо на востоке начало светлеть, постепенно окрашиваясь бледно-розовым. Ночь уступала место рассвету, а из постепенно рассеивающегося тумана плавно выплыла Фудзи.

https://pp.userapi.com/c846018/v846018406/dfddb/YyFFXf3N_cg.jpg

- Кстати, смотри, твоя горстка пепла. – Миятору ухмыльнулся, ткнув уже успевшего закутаться в юката Эля локтем в бок, и кивнул на гору, все еще окутанную туманом у подножья, но успевшую показать свою величественную верхушку. Все же, в каких-то вещай Мий оставался настоящим японцем. В такие моменты как эти, он иногда забывал дышать. И кожа покрывалась мурашками. Миятору любил горы. Очень. И, безусловно, не умолял величия того же Гранд-Каньона, но символ его родной страны всегда оставался для парня на первом месте.

В Японии они были уже около недели, постепенно перемещаясь на юг. Иногда следуя составленной Мие программ, иногда существенно отклоняясь, когда вот в таких же разговорах, который случился в онсене, Мий вспоминал еще какие-то места, которых не было в списке, но которыми заинтересовался, вдруг, его вокалист. Иногда Эль и вовсе, увидев какой-то рекламный плакат, подобно ребенку, изъявлял желание увидеть то, что на нем изображено. Мий же только тихо смеялся, пожимал плечами, и тут же менял их маршрут, не смотря на все маты со стороны мальчишки, призывающего не делать подобных глупостей. Так же и с Окинавой. Он вовсе не планировал лететь на острова. Но Эль хотел увидеть мышей. И, как выяснилось позже, в это время увидеть и потискать крыланов можно было только в самой южной точке страны. Впрочем, Миятору не сильно переживал из-за того, что придется изменить маршрут. Он запланировал серфинг. А на Окинав волны были самыми лучшими. Перекинуть заказанные костюмы из одного магазина в другой не составило никакого труда. Как и поймать билеты на нужные им даты. Потому, спустившись на землю в аэропорте Нахи и оформив в прокат машину, парни направились  отель, чтобы потом вернуться к расположенному недалеко от побережья торговому центру и забрать экипировку.

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Ср, 5 Сен 2018 12:13:58)

+2


Вы здесь » inside » кинозал » Там, где восходит солнце


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC