ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шоре! Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21) На календаре январь 2019 года. Температура воздуха
в этом месяце: -8°...+3°


ЭТО ВАЖНО

♠ ТОП ИГРОКОВ 01.01 - 17.01
♠ криминальная сводка ♠ inside says
♠ flashmob: winter vibes
♠ нам 3 года

Рождество или жизнь?




Нет более подходящего времени для поездки домой, чем Рождество. Но нет и более подходящего времени, чтобы сбежать из дому, подальше от любимых родственников.

Окутанный снегом Лейк Шор, завораживает своей красотой. Миллионы разноцветных огней мерцают на витринах магазинов и жилых домах, напоминая всем, что именно сегодня свершится волшебство. А занесенные снегом улицы города, готовы внести свой вклад не только в Рождественское настроение, но и свои коррективы в ваши планы.



Предпраздничная суета, казалось, обошла стороной всех местных жителей этого города, живущих размеренным и давно привычным ритмом. Чего не скажешь о тех, кого Рождество застало врасплох. Многочисленные гости города и новые поселенцы, привыкшие к темпам больших мегаполисов, никак не ожидали, что внезапно выпавший снег может спутать любые планы. Да и местные магазины будут закрыты, вовсе не ожидая Вас с распростертыми объятьями. И не повезло тем, кто не подготовил подарки для близких, ибо предстоит им совершить тяжелое путешествие, пробиваясь через полностью обездвиженный город в поисках открытых магазинов.

А знаете ли вы...

...что всё просто: если зашёл в детскую, значит ещё жив

... что"сайд", "слишком одомашненный", "семья" и тысячи других, трогающих что-то там в сердечной мышце, определений

...что это Сайд, несчастливые финалы его фишечка.

...что мы заменяем слова "повод" на "Макаллан", чтобы остальные не думали о смысле

...что бордель какой-то, а не белый дом

...что президент и его молодая команда алкоголиков и развратников активно трудятся на благо этой страны

...что это Сайд. Здесь постоянно кто-нибудь за кем-нибудь следит. Заводские установки. К этому ставишь галочку, как на лицензионном соглашении.

...#СЛАВА_БОГУ_ТЫ_ПРИШЕЛ

...что на ручках у Кэрри тепло и уютно.

...что Хел - наше битвушное солнышко

...что не потерялся в гостиной - не прошел боевое крещение

...что пока Руби даёт дельные советы, Грейс говорит "поздно".

...ОН ПОЦЕЛОВАЛ МЕНЯ!!!!! - долгожданное продолжение

...во что вечно ввязывается Рэйвен?

...что во всех злодеяниях замешаны Орсоны, но у президента свое мнение на этот счет

...зачем Эва запасается углем?

...что недовольная Одри снится к флуду в неположенном месте

...что на сайде особое отношение к диванчикам

...что Престон-старший ломает пальцы всем, кто трогает Одри

..."убейте его" - это кого? того, кто среди нас не Рузвельт, конечно

...что вискарикус наливатус!

...что романтика - это когда он предлагает вместе закопать твоего ухажера в лесу

...что потом постараюсь писать меньше. правда

...что через бдсм к звездам!

...что Рэюшка! Рэюшечка! Рэээээээй! Рэмбо!

...что Элис отдает сестру за шашлык

...что было у Тео с дверью?

...что: приуныл? прибухни!

...что может стоит позвонить Питеру? У него же дохрена детей, он знает что делать.

....что Теллер и Дэвитт хотят взять домой котеночка по фамилии Эшмор?

...что если хочешь почувствовать себя мужчиной хоть куда? заглядывай в битву полов!

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » кинозал » Там, где восходит солнце


Там, где восходит солнце

Сообщений 41 страница 60 из 68

1

http://funkyimg.com/i/2DNou.gif http://funkyimg.com/i/2DNot.gif
Там, где восходит солнце
Апрель 2018 года  |  Япония  |  Yokoyama Miyatoru & Ethaniel Rains

- И...это типа твои предки?
- Fuck, yeah! (с)

Когда Миятору приглашал Эля в Японию, он всего лишь хотел показать вокалисту свою страну. Ну и познакомить с родителями. И даже представить не мог, чем обернется это его желание.

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Ср, 16 Май 2018 23:47:51)

+5

41

В ответ на искреннее признание Рейнс откровенно заржал - в этом был весь его ритмист, и за это же он бесконечно любил Миятору: за его честность. Любые недосказанности, правила приличий и условности были не про них. И благодаря этому Эль всегда знал, что мог ему верить. Пожалуй, это и было первой причиной, по которой юный Этаниэл привыкший быть уверенным только в себе и доверять только себе, сам того еще не осознавая, невольно потянулся к своему новому другу.
- Да не заливай! Я едва дотянул математику до среднего балла!... - проходной балл по физике Рейнсу и вовсе нарисовали только чтобы выпустить его с концами. Учитывая все реальный прогулы, шансов на это было чуть. И, хотя у Этаниэла была довольно хорошая память, усердием в тех предметах, что его не интересовали, парень действительно не отличался.
Эль чуть нахмурился только, когда Мия привел в пример Рика - этого грузного мужика фронт-мэн STL, не смотря на их разногласия, все же уважал, да и знал довольно неплохо, чтобы тут же возразить:
- Не гони на Рика! Все он отличает. Во всяком случае, наш репертуар он уж точно успел выучить наизусть! - усмехнулся, опрокинув очередную стопку теплого пойла, отдающего. как ему казалось, то ли сливовым, то ли яблочным ароматом - Но в целом, я понимаю, что ты пытаешься сказать. - чуть кивнул в подтверждение собственных слов.
Он слушал Миятору молча, внимательно, как-будто опасаясь сейчас вставить слово и тем самым разрушить этот какой-то необъяснимо возникший между ними и незримый контакт. Они понимали сейчас друг друга где-то на уровне подсознания. Так бывало редко, и Эль невольно ценил эти моменты, отчасти потому что тогда ему на время казалось, что не такой уж он и урод, отчасти - потому, что в этим минуты ему просто было комфортно как бывало редко и почти ни с кем. А еще Мия рассказывал о чем-то, что увидеть ему самому до сих пор не удавалось, и этот факт удивлял и обескураживал одновременно. Почему он сам ни разу не смотрел на вещи с этой точки зрения, которая, оказалось, была не так уж и далека и недоступна. Сомневаться Эль не привык. Точнее, не привык позволять себе такую роскошь как сомнение. Соул всегда учил их, что на принятие решения у тебя есть всего пять секунд: на раз-два оценить ситуацию, на три принять решение, на четыре - действовать, потому что - пять - и ты уже мертв. Конечно, это работало в его прошлой жизни и в том мире, где он жил раньше, не сейчас. И все же от привычки было не так просто избавиться.
- Я чувствую это...то, о чем ты говоришь - продолжил Эль, немного помолчав - Но только во время шоу. Никогда на митах или автограф-сессиях. Но ладно, я...попробую бывать на них чаще. - пожал плечами, несколько неуютно, отчасти возможно даже стыдливо отводя взгляд в сторону и всматриваясь в кажущееся сейчас больше фиолетовым, чем черным, небо.
Наглая мышь так и продолжала покачиваться под крышей, явно довольная жизнью. И почему-то вид ее пушистого тельца, перевернутого вверх тормашками и укутанного в перепончатые крылья, вызывал умиротворение.
Рассвет наступил неожиданно, плавно, подкравшись так же незаметно, как проснувшаяся по утру шлюха прокрадывается прочь из номера отеля.
- Она красивая, Мий. Отсюда - реально красивая... - произнес Рейнс, глядя на вырисовывающийся на небе силуэт горы, которая с высоты летящего боинга не произвела на него ровным счетом никакого впечатления. Сейчас, с другого ракурса она выглядела совершенно иначе. Его друг, смотрящий сейчас на Фудзи своими раскосыми глазами, тоже выглядел иначе, чем обычно, и Элю было искренне интересно открывать его для себя таким. Йокояма смотрел на Фудзи, а вокалист - на него.
Рассвет не был желанным гостем в эту ночь, но оба музыканта все же пришли к выводу, что учитывая предстоящий переезд на авто в следующий город, нужно было поспать хотя бы пару-тройку часов.

Одной из характерных черт их творчества была...не только дерзость, но и в чем-то спонтанность. И парни не примянули поржать на эту тему, когда маршрут их путешествия в очередной раз резко изменился, а сам Эль просто в какой-то момент устал спорить со своим ритмистом и наконец сделал над собой усилие, чтобы пустить все на самотек. А точнее, на волю двухметрового восточного божества по имени Миятору. Из класса демонов, безусловно. Впрочем, пара фанатов, встретившихся им в Нарите, действительно глазела на Мию как на местного идола с восторгом зафоткавшись со своим кумиром.
- Блин, я реально до последнего верил, что он выпустит лыжи и мы таки приводнимся банально за неимением суши! - усмехнулся Эль, закидывая спортивную сумку в багажник арендованного авто на парковке Окинавского аэропорта.
Действительно, на подлете к островам суша показалась в самый последний момент, и создавалось полное впечатление, что посадка предстоит на кораллы. Конечно, парень утрировал: они летели на небольшом Аэробусе, а не тарантайке с пропеллерами, вроде тех, что курсируют на Мальдивы, и тем не менее...
- А ты слышал про рейс на Гавайи в 80-е? Там самолет приземлился без крыши. Ну то есть почти без крыши - половину снесло к долбеням, не помню из-за чего. И они почти все выжили! Мы с парнями смотрели фильм про это в детстве, и Соул - парень, который за нами присматривал, - он говорил, что все это чушь собачья, и они бы точно грохнулись из-за разгерметизации. А потом я случайно прочел об этом рейса в интернете - прикинь?!
Погрузившись в авто, парни неспешно покатили к небольшому отелю на побережье, который подобрал Мий. Рейнс привычно заглотнул несколько надоевших таблеток, с интересом пялясь в окно. Дорога пролегала вдоль побережья, и пейзаж был совсем другим, если сравнивать с Токио и прочими крупными городами. Откровенно говоря, если бы не мелькающие на зданиях и плакатах иероглифы, Этаниэл бы мог поспорить, что они все еще где-нибудь в Майами. А вот море было красивее... Только очень неспокойным. На прилете их предупредил пилот по громкой связи, что на островах господствует тайфун, пока, правда, только набирающий силу. Ни Мию ни Эля эта информация нисколько не смутила: Мий обещал серфинг. И хотя Эль понятия не имел что это такое, видя до сих пор катание только по телеку, высокие волны обещали куда больше острых ощущений.
Заселившись в отель, оба решили, что неплохо было подумать о земном и поймать что-то на завтрак, а заодно совместить приятное с полезным и забрать заказанные Ритмистом костюмы для серфинга, пересланные в один из крупных торговых центров Нахи. Солнце было довольно жарким, не смотря на раннюю весну, и даже на миеус первом уровне, где располагался паркинг, не было привычной в это время года прохоады. Эль озирался по сторонам с присущим ему любопытством, когда вдруг...линия горизонта пошатнулась, а асфальт под ногами задрожал как если бы в полуметре о  них на бешеной скорости пронесся поезд.
- Твою мать! Это еще что за хрень?! - несколько ошарашенно выпалил брюнет, все еж удержавшись на ногах и озираясь по сторонам на, казалось, тоже немного взволнованных людей - И часто у них здесь такое? - синие глаза вопросительно уставились на Мтятору.

Отредактировано Ethaniel Rains (Ср, 5 Сен 2018 11:49:00)

+2

42

Миятору тихо рассмеялся, когда его вокалист вспомнил историю про Гавайский Боинг. Он видел этот фильм. Тоже в далеком детстве. И даже знал, что он основан на реальных событиях. Для семилетнего Миятору тогда было удивительно, как самолет, выражаясь словами Эля, не рухнул к долбням. На тот момент он уж имел опыт передвижения на самолетах и знал это трудно для ребенка слово «разгерметизация». Но кино они смотрели всей семьей. И на ошарашенный вопрос – а почему они не упали, как только у самолета снесло крышу, получил вполне исчерпывающий ответ от отца.
- Ага, знаю этот фильм. Тоже очень удивился тогда, как они не грохнулись нафиг. А причины аварии они вообще, по-моему, лет десять выясняли. Я интересовался уже в более сознательно возраст. Проебались они с самолетом. Детали устарели и еще что-то. Удивительно, что его вообще допустили к рейсу. Им повезло, что перелет был внутренний. Там лететь меньше часа, и высота была небольшая. Недостаточная для разгерметизации. Или достаточная, но не критичная, чтобы самолет рухнул. Короче, н успели они занять тот эшелон, где самолет может ебнуться из-за дырки в фюзеляже. И экипаж отлично среагировал, что позволило его посадить. Так что я бы на месте пассажиров молился за пилотов всю оставшуюся жизнь.
В разговорах время пролетело незаметно. Но вот на завтрак они опоздали, потому было решено перекусить в город. Все равно им нужно было заехать за костюмами для серфинга и взять в аренду доски. Перекусив в небольшой аутентичной кафешке, где Миятору познакомил Эля с очередными особенностями японской кухни, на этот раз местной – окинавской, парни довольно быстро разобрались с досками и костюмами, и уже через час были на парковке, составляя план на ближайшие несколько часов – поехать на пляж, где тусуются местные серферы, переодеться и, для начала, научить Эля не наворачиваться на доске всякий раз, как по морю проходит волна. Они даже начали спорить. Миятору предлагал поучить Эля стоять на доске на суше или хотя бы в бассейне, а мальчишка отпинывался всеми лапами и рвался сразу в воду. И Мий уже собрался обосновать невозможность начать обучение в море, когда цементированный пол под ногами затрясся, едва не заставив потерять равновесие.
- Спокойно. Это просто землетрясение. – схватившись за плечо своего вокалиста, то ли чтобы поддержать его, то ли чтобы удержаться самому, Миятору огляделся и прислушался. Еще несколько японцев, бывшие здесь же, на парковке, спешно рассаживались по автомобилям, но никто не выказывал какого-то особенного беспокойства. Динамики молчали. Да и по ТВ, который тихо бормотал новости, пока они завтракали, не было никаких объявлений. – Я не совру, если скажу – постоянно. Япония находится в наиболее сейсмически активной зоне. Так что землетрясения тут бывают по несколько раз в месяц. Обычно, правда, не такие сильные. На них даже иногда и внимания-то не обращают. Так что, привыкай. – ухмыльнувшись, парень отпустил плечо Эля, и кивнул на их машину. – Пойдем. Нам еще нужно разобраться, как прикрутить доски к багажнику. И успеть покататься до того, как тайфун вспомнит, зачем он сюда пришел.
И они даже успели дойти до машины, когда новый толчок сотряс землю. На стенах загорелись лампочки, указывающие путь до ближайшего выхода. И тут же ожили динамики, озвучивая уже ставший привычным каждому японцу текст.
- Вот черт. – выругавшись сквозь зубы, Миятору остановился. – Они предупреждают о повторных толчках. – на секунду замолчав, прислушался, и вот теперь уже нахмурился. – И об угрозе цунами. Нам лучше вернуться на первый этаж. Похоже…
Но договорить парень не успел. Пол под ногами вновь тряхнуло. Сработали сигнализации на машинах. Пару раз мигнул свет, лампа, находящаяся над их головами, выбросила столп искр, а буквально в метре от них рухнула на пол, посыпая бетон сотнями мелких осколков, какие бывают, когда разбивается лобовушка. Казалось, это длилось несколько минут, на самом же деле заняло буквально какие-то секунды. А после начался ад. Еще один толчок окончательно выбил почву из-под ног. Где-то что-то заскрежетало и загремело. С потолка посыпались крошки. Где-то за их спинами на пол рухнул кусок бетона, взметая пыль. По полу прошла трещина, заставляя парней буквально откатиться друг от друга. Снова мигнул и окончательно погас свет. И за секунду до этого Мий успел заметить, что новый отвалившийся от потолка кусок бетонной плиты рухнул вниз где-то в опасной близости от того, где сейчас находился его вокалист.
- Твою мать. Эль! Закрой голову! – постарался перекричать вой сигнализации, грохот и все еще вещающие динамики. А потом что-то упало сверху. Миятору в первую секунду даже не почувствовал, что что-то не так. Просто в бедре отдалось тянущей болью. А пару секунд спустя все прекратилось. Перестали дрожать стены. Где-то вдалеке появился свет, хотя по-прежнему было трудно что-либо разглядеть из-за поднявшейся в воздух каменной пыли. Все еще выли сигнализации. И монотонный голос, призывающий сохранять спокойствие и следовать указаниям, продолжал разноситься по парковке.
- Эль? Твою мать, Рейнс, отзовись! Ты в порядке? – Миятору стряхнул с волос и лица каменную крошку и поднялся на ноги. Точнее – попытался. И понял, что не может этого сделать. Не просто подняться, даже сесть. – Фак. – снова дернувшись и осознав, наконец, что нога не просто ноет, а уже болит, парень, обернулся, обнаруживая осколок бетонной плиты в том месте, где была его нога. Дернулся, опробовал ее вытянуть, но безрезультатно.

+2

43

- Херово вам тут живется! - успевает произнести Этаниэл за пару секунд до того, как толчок повторяется, и земля снова неприятно вибрирует под ногами. Это ужасно непривычное и ужасно неприятное ощущение. Хочется, чтобы это прекратилось. Немедленно. Потому, что все вокруг вдруг внезапно в один момент становится хрупким, и не внушающим доверия. И, не смотря на то, что Миятору уверяет, что это здесь в порядке вещей, окружающие люди, судя по их реакции и физиономиям тоже не так чтобы сильно довольны. Некоторые поспешно садятся в авто и уезжают, кто-то начинает активнее копаться в багажнике, кто-то выхватывает из кармана мобильный...
На какое-то время все, вроде бы даже успокаивается, позволяя парням беспрепятственно забрать свои трофеи из ближайшего супермаркета, где Йокояма обменивается парой дежурных фраз с клерком на тему того, что  "погода не радует", ну или что-то в этом духе, насколько мог судить Рейнс. Его познания в японском не особенно добились прогресса с момента их приезда, так что, в целом Эль мог только предполагать. Спустившись на парковку и без особой спешки загрузив все в багажник, парни охотно обсуждали, куда двинутся дальше, когда...очередной акт недовольства природы сотряс стены и пол уже с таким гулом и силой, что многие не устояли на ногах.
Свет угрожающе мигнул, и в помещении включились лампочки, видимо, аварийного освещения - они были похожи на те, что обычно зажигаются во время пожара, или те, о которых усердно рассказывают перед каждым вылетом - казалось, за количество перелетов. совершенных ими в туре, Эль невольно заучил эту инструкцию наизусть... Из динамика послышался писклявый голос девочки, такой же как в аниме, только интонация была совершенно иной - строгой, лаконичной. Миятору нахмурился и напрягся, быстро переведя другу, что именно за инструкция звучала. Похоже, дело принимало все же не особенно привычный и стандартный оборот.
- Цунами?! - переспросил Эль, которого тоже не особенно радовала подобное предостережение. Цунами - штука хреновая - об этом знают даже первоклассники, даже в тех частях света, где цунами никогда не бывает. Рейнс был не то, чтобы очень хорошим пловцом, да и во время цунами умение плавать никак не дает стопроцентную гарантию того, что тебе удастся, собственно, выплыть. Вспомнить Индонезию в 2004-м. Тогда это было во всех новостях...
Миятору тем временем предлагает вернуться на первый этаж, и Эль делает шаг в сторону, но...ритмист не успевает договорить, а Рейнс не успевает переместиться в пространстве, когда внезапно с потолка начинает сыпаться штукатурка, а от стен откалываться куски, еще через мгновение пол под ногами...идет самой настоящей трещиной - такой, как показывают в этих дурацких фильмах-катастрофах, которые всегда так скучно и так предсказуемо смотреть. В реальности все совсем иначе: это чертовский громко, неожиданно и страшно. А еще кажется нереальным. Автомобили взвывают в одну секунду в унисон, начиная вопить и крякать своими сигналками на разные лады, и от этого в ушах невольно звенит: слишком громко, слишком резко и...опасно. Какой-то животный страх Эль чувствует сейчас необъяснимо внутри, и кожей.
Крик Миятору перекрывает все окружающие звуки, звуча как-то скорее отчаянно, чем злобно - нихрена это не в порядке вещей. Он никогда еще не слышал, чтобы Миятору кричал так. Эль привык слышать его уверенный, или порицательный, раздраженный и злобный голос, но не такой, как сейчас - испуганный. Нотки страха Рейнс ловил всегда очень хорошо. Он не раз видел страх в глазах тех, кому и было его задачей внушить страх, предупредить, напугать...покалечить. Знал, как вибрируют едва заметно для слуха голосовые связки, если человек делает вид, что ему на все плевать. А Мия сейчас и не пытался создать какую-то иллюзию.Очередной грохот, поднявшаяся пыль, очередная попытка устоять на ногах....кусок бетона рухнул совсем рядом, и Эль действительно успел отскочить только благодаря крику Миятору. Еще один толчок, и сверху посыпалось что-то...резкая боль в виске - парень даже не успел понять, что произошло, когда его просто выключило, опрокинув в темноту.

Гул продолжался, только теперь был более невнятным, как сквозь пелену, как-будто он никак не могу проснуться, к гулу примешивалась головная боль. Ему снился дурацкий сон после жесткой ночной вечеринки... Эль открыл глаза, тут же наткнувшись взглядом на что-то темное; зрение сфокусировалось только через парку секунд, и парень постепенно осознал, что видит собственную руку с уставленным железными клепками черным браслетом на ней. Пыль, попавшая в нос, скрежетала где-то в небе, заставляя невольно закашлиться - кашель отозвался тошнотой. Он продолжал слышать вижжащие сигнализации, какие-то невнятные крики, но всего этого было достаточно, чтобы понять: нихрена это был не сон. Это было здесь и сейчас.
- Миятору - синие глаза резко распахнулись, на этот раз уже полностью осмысленно и отчасти...испуганно. Парень поднялся, невольно застонав и приложив руку к виску, пальцы нащупали что-то неприятно липкое, вязкое. Проморгавшись, Эль увидел на них кровь вперемешку с грязью. Кровь стекала по щеке, теплая, липкая и пахнущая металлом - возможно даже ощутимо, если бы не пыль, которая забивала любые запахи и заставляла в очередной раз закашляться при попытки вздохнуть. Этаниэл поднялся на ноги, сейчас еще не до конца осознавая, что в последний момент успел закрыть голову руками, услышав крик ритмиста.
- Мия!! - Эль позвал парня по имени, пытаясь осмотреться, поднявшись на ноги и невольно пошатнувшись из-за того, что закружилась голова - Ми-я! - у Эля всегда был сильный голос, и этот голос сейчас был единственным средством, чтобы определить, где его друг: пыль еще только оседала, свет вырубился, и освещение было почти нулевым. Он не видел Миятору и почти ничего вокруг. Собственный слух восстановился только через несколько секунд, и...Эль облегченно выдохнул, расслышав знакомый голос.
- Где ты?? Ты в порядке?? Я иду к тебе! Продолжай говорить! - Рейнс едва не споткнулся о  кусок отвалившегося бетона, моргая, всматриваясь в темноту и, наконец, различая шевеление чуть правее от того места, где как он запомнил, в последний момент находился его ритмист.
- Порядок?? Ничего не сломал? нужно убираться отсюда, пока все к чертям не рухнуло...Давай, вставай... - Этаниэл наклонился, подхватывая друга под руку, и...в эту секунду наткнулся взглядом на лежащую на ноге Мии плиту. Сердце рухнуло куда-то вниз подобно этому же куску бетона, рухнувшему с потолка и пригвоздившему Йокояму к полу как бабочку к бархатной коробке.
- Твою мать! - едва слышно выдохнул Эль, тут же заставляя себя собраться и ничем не выдать собственное волнение, кроме дернувшихся желваков из-за того, что парень стиснул зубы; выражение лица оставалось совершенно спокойным. 
- Ничего...сейчас...Потерпи немного. Ногу чувствуешь? - вокалист перебрался ближе, бегло осмотрев кусок плиты и оценив его размеры. Достаточно большой, не очень острый. Если им очень повезло, ногу Мие, возможно, не сломало. Эль осмотрелся по сторонам в поисках людей - как на зло, вокруг не было ни души. Он мог различить мигающую чуть в отдалении аварийкой машину, и руку женщины, свисающую с водительского сиденья. Этой рукой она еще десять минут назад укладывала пакеты с продуктами в багажник машины, сложенной сейчас пополам и лишившейся верха. С ней внутри. Эль невольно сглотнул, снова переключая свое внимание на Мию. наклонившись и обхватив кусок бетона руками, Рейнс постарался его сдвинуть - не тут-то было. Чертова глыба только покачнулась, лениво, и не сдвинувшись с места даже на пять сантиметров, зато причинив Миятору много боли, заставляя застонать.
- Все-все! - Эль убрал руки, снова наклоняясь к лицу парня и отводя упавшую на глаза челку - Сейчас! Я кого-нибудь найду, позову на помощь. Потерпи немного, оке? И продолжай говорить со мной, когда я тебя зов у- ясно? Здесь ничерта не видно - так что, не вздумай затыкаться!!
Крови не было. Это был хороший знак. Людей...тоже. Во всяком случае, в ближайшем десятке метров. Снаружи слышался какой-то гул, рокот, неприятный, невнятный, перекрываемый все еще вопящими на разные лады машинами, и...включившейся сиреной.
- Это еще твою мать, что такое??! - выругался Эль вслух сам того не замечая, уверенно двигаясь к выходу - ну или к тому месту, где он был. Сейчас от выхода с парковки остался только небольшой зазор: наклонившаяся плита частично перекрыла выход, сбагрив к нему пару покореженных машин. Эля шатало, иногда даже сильно, наверное из-за нервяков, к горлу подкатывала тошнота, и картинка плыла перед глазами. Сейчас это ужасно мешало, не позволяя двигаться быстрее.
Картинка не менялась: куски стен и потолка. Темнота. Помятые автомобили. Еще одно тело. На этот раз, мужчины... Рейнс подошел к нему, прикладывая пальцы к шее - пульса не было.
- Твою мать!... - он видел трупы раньше. С пулями в голове. С иголкой в вене. Но не с полными продуктов пакетами из супермаркета и не с подарочной коробкой в обертке. разрисованной гребанными плюшевыми медведями. Эти трупы были вразы страшнее. Чей-то силуэт мелькнул в проходе, и Эль мгновенно отвлекся от тела, бросившись следом к выходу.
- Эй!! Э-эй!! Вернись! Нам нужна помощь! Э-эй!! - он бы не успел догнать его при всем желании. Пока Рейнс преодолел половину парковки, мужик средних лет, улепетывающий со всех ног, прокричал что-то звучащее как "Абунай", махнув рукой в сторону улицы и, кое-как выбравшись через оставшийся просвет в воротах, скрылся из вида. Эль мог погнаться за ним, догнать, схватить за шкирку и объяснить на самом доступном языке, что, хочет он того или нет, но поможет ему свернуть эту гребанную глыбу, вот только...
Светлые глаза распахнулись, не веря тому, что сейчас видели. По улице, в отдалении, катилась тень. Серая грязная субстанция, накрывающая собой как темные силы или ядовитый газ в дурацком ужастике, вот только...это был не газ. Это была вода. Волна уже успела разбиться о прибрежные постройки и теперь катилась вглубь острова.
- Черт! Черт!! Черт!! - парень со всех ног бросился обратно. Он должен был свернуть этот гребаный кусок бетона. Должен. И как можно скорее.

+2

44

Когда Миятору, наконец-то, увидел Эля, он смог облегченно выдохнуть. Да. Он слыша его голос. Более того – слышал в этом голове страх и панику. И сам невольно начинал паниковать. Но Эль, вот он, перед ним. Весь в пыли, со струйкой крови, бегущей по виску, растрепанный и испуганный, но живой и почти невредимый. Вон даже бегает сам. И шустро так бегает.
- Порядок, полный порядок. – Мий улыбнулся, успокаивая собственную панику. Паника – последняя вещь в подобных ситуациях. Уж он-то точно им ничем не получится. – Только вот меня придавило к херам, так что, сори, встать я не могу. – у него даже получилось ухмыльнутся. И даже весело. Только вот, похоже, его вокалисту эта ухмылка не помогла. На парковке царила полутьма, но даже в ней он смог рассмотреть ужас, проскочивший в глазах Эля, когда он понял – его ритмист не встанет. Даже если очень сильно захочет.
- Чувствую, все чувствую. Болит, как зараза. Не кипиши. – спокойно. Без паники. Паника им точно не поможет. Черт. Кажется, он об этом уже думал буквально несколько секунд назад? – Эль. Да не сдвинешь ты ее. – попытки хоть немного подвинуть или приподнять бетонную глыбу не принесли никаких результатов. Мий тоже честно старался помочь. Оттолкнуться, оттолкнуть кусок бетона, просто вытянуть ногу. Но единственное, чего добился – боль вгрызлась в бедро с новой силой, заставляя вынужденно простонать сквозь зубы. И, черт бы все подрал, этот стон услышал Эль!
«Твоя мать, Рейнс, да успокойся ты!»
Миятору знал, что Эль старался успокоиться. И старался успокоить его. Но выходило все наоборот. Этот ничем неприкрытый и такой непривычный страх его друга заставлял бояться и его.
- Давай, вали уже. – усмехнувшись, Миятору все же приподнялся, насколько мог, шлепнув мальчишку тыльной стороной ладони по бедру, будто придавал ему ускорение на поиски помощи. – Буду петь тебе песенку, когда ты меня зовешь. И ты поймешь, насколько был не прав, что так редко пускаешь меня на вокал. – последние слова пришлось почти кричать, потому что силуэт мальчишки растворился в окутавшем парковку полумраке. И вот теперь можно было отдаться панике и страху. Ругнуться пару раз, вполголоса, чтобы Эль не услышал, если вдруг не успел далеко уйти. И даже двинуть кулаком по гребаной глыбе. Двинуть получилось. И даже от души. Только ничего это не изменило. Разве что в кулаке что-то хрустнуло, отдаваясь резкой болью.
- Да блядь! – выругавшись сквозь зубы, Мий потряс пострадавшей кистью, и растянулся на бетонном полу парковки, раскинув руки и уставившись в потолок. Вынужденная беспомощность злила и раздражала. Угроза повторных толчков и цунами – заставляли напрягаться. А шляющейся хрен знает где вокалист, в гордом одиночестве, нихрена не знающий язык при том, что японцы не говорят на английском – откровенно пугали. Начали посещать мысли, что надо было гнать его к хренам собачьим поганой метлой. Только вот, этого идиота хрен прогонишь.
Эль вернулся, когда Миятору уже начал паниковать от его долгого отсутствия. И не потому, что решил – мальчишка его бросил. Мий знал – Эль не бросит. Как раз наоборот, парень успел испугаться, что с отчаянно ищущим помощь вокалистом могло что-то случиться. Но Эль вдруг неожиданно выскочил из полумрака. А вместе с его вокалистом пришла воды. В первые секунды Миятору даже не понял, что именно случилось. Просто в какой-то момент лежать стало мокро и холодно. Секунду спустя слух сфокусировался на отдаленном гуле. А потом он увидел глаза своего вокалиста. Этот взгляд, пожалуй, Мий не забудет еще долго. А еще – он бы предпочел никогда его не видеть.
- Эль… Эль. Мать твою, Эль! – рявкнул, перехватывая окончательно перепугано парня за запястье и резко дергая вниз. И пофигу, что тот был вынужден приземлиться на колени, наверняка отбивая их о бетонный пол. – Во-первых, выдохни и прекрати уже суетиться. Я понял, мы в пизде. – перехватил его ладонью за шею, заставляя посмотреть в глаза. - А еще в воде лежать прикольно, конечно, но она, блин холодная. Так что глубоко вздыхаем и успокаиваемся. Ну, давай. Вдох-выдох, вместе со мной. – к дыхательным упражнениям все же пришлось обратиться. Это помогло погасить не только страх, который напал на вокалиста, но и свою собственную панику.
Стыдно признаться, но Мие в какой-то момент действительно стало страшно. На свою собственную жизнь. И медленно, но уверенно поднимающийся уровень воды этот страх только усугублял. Он, Миятору, был в Токио, когда случилось Великое японское землетрясение. Но в Токио тогда было не так страшно. А за молодостью лет Миятору не задумывался, какой пиздец испытали люди, которые были непосредственными участниками того выверта природы. И, видимо, в наказание судьба сейчас решила показать, как оно бывает.
- Во-вторых, - когда дыхательная гимнастика помогла, продолжил, улыбаясь мальчишке. – Тебе нужно найти что-то, чем можно приподнять этот гребаный кусок бетона. Пошарь по машинам. Где-то должно быть что-то типа монтировки или гаечного ключа. Сможешь тогда использовать это, как рычаг. Давай, малыш, вперед. Я в тебя верю. – широко улыбнулся вокалисту, встрепав его волосы и опуская руку. – И имей в виду, если я тут простужусь, сам будешь меня лечить!
Шутил и смеялся. Так было проще, чем думать о том, что вода все пребывает. И что скоро, чтобы вдохнуть, ему придется как-то приподниматься. А еще беспокоил Эль. Мий знал – мальчишка без него не уйдет. Он бы и сам не ушел. Но, если не получится освободиться… Думать об этом совершенно не хотелось, но мысли сами лезли в голову. Потому и говорил всякие глупости о простуде и ее лечении. И все пытался сдвинуть бетонную глыбу с ноги. Вроде бы, в воде это должно было бы получиться легче. Но, то ли физику он совсем не помнил, то ли воды было недостаточно. Глыба, сука такая, все еще оставалась на месте.

+2

45

Обратный путь занял у парня в разы меньше времени. Самому Элю показалось, что он плелся нереально медленно, хотя в действительности на то, чтобы добраться до своего пришпиленного к полу друга во все той же темноте и пылищщи, у юноши ушло меньше минуты.
Тот был на месте, с поправкой на медленно, но верно растекающуюся по полу лужу. Вода была быстрее Этаниэла, как бы он не старался.
- Кто-то вроде обещал петь?! Рад, что ты никуда не ушел. - попытался разрядить немного обстановку Рейнс первой пришедшей в голову фразой. С юмором у вокалиста всегда было не очень. Точнее, нередко Эль был силен именно в черном юморе, а он сейчас был не так чтобы в тему. Парень попытался в очередной раз подвинуть гребаный булыжник и...в очередной раз без особого успеха. Со стороны себя парень сейчас не видел, но серые глаза, встревоженные, скользили взглядом по всему вокруг, выискивая, стараясь найти хоть что-то, хоть одну спасительную нить, которая бы породила любую гениальную идею, даже если это будет последним гениальным решением в его жизни, чтобы только вытащить Йокояму из той задницы, в которой он оказался. Они оказались. Потому как в восприятии Эля сейчас не было разделения на его ритмиста и его самого.
Мия внезапно резко хватает парня за руку, притягивая к себе и заставляя почти рухнуть на колени. Он встревожен, так же как и Эль, но невольно возникает впечатление, что возможно даже больше. и всеми своими адресованными ему репликами парень так же успокаивает и свою начинающую бушевать панику. Оно и логично: это не Рейнс сейчас лежит, придавленный бетонной глыбой и потихоньку заливаемый грязной ледяной водой. 
Эль бывал в экстремальных ситуациях раньше. Обычно в эти момент он не поддавался панике, а искал решение, быстро, лихорадочно, но уверенно. Иначе бы наверняка давно поймал пулю и сгнил где-то на задворках города.
- Иди ты к херам со своей дыхательной гимнастикой. - спокойно и четко произнес вокалист, чуть сжав плечо парня. Мимолетно бросил взгляд на кусок бетона и ногу Мии под ним. Глаза успели привыкнуть к темноте, и теперь он мог рассмотреть внимательнее и положение глыбы, и насколько все плохо. Крови почти не было - это был хороший знак. А вот вода пребывала. И быстро. Земля под ногами в очередной раз угрожающе завибрировала, передавая дрожь коленям, но не сильно зверствуя. Гул, монотонный, пока далекий, нарастал, становясь громче и переходя в большей степени в какое-то шипение, как если увеличить напор в душе. К эти звукам примешивались редкие испуганные крики. Снаружи были люди, но на то, чтобы добежать туда, кого-то найти и, пусть даже за руку насильно притащить сюда, уйдут минуты. Долгие. Черт подери, как же иногда хотелось засунуть все то лишнее время, которое они тупили и курили на площадке, в какую-нибудь коробку, и достать их оттуда, когда время было так необходимо. Когда беседовали долгими ночами, когда не опаздывали на рейс, когда...Сейчас. Просто сейчас, когда один из пятерых единственно дорогих ему людей лежал на гребаной парковке супермаркета, в пыли и обломках бетона и просто ждал, когда его накроет с головой волна. У Этаниэла не было этих минут, не смотря на то, что они казались ничтожно малым временем. Он понимал, что просто НЕ успеет. А значит, не может, не имеет права отойти далеко.
- Приподнимись на локтях. Посмотрю, что есть! Я быстро! - нехотя, очень не хотя, и почти совершив над собой насилие, снова оставляя ритмиста одного, Рейнс кинулся к ближайшей груде металлолома, которая когда была автомобилями. Эти были пустые - их владельцам повезло находиться в момент очередного толчка где-то в другом месте. Как не парадоксально, но в действительности любая гребаная катастрофа, или природный катаклизм был целиком и полностью повязан на везении. На везении оказаться в другом месте, или на пять минут позднее, или на два метра правее того пиздеца, который случался. Миятору оказался четко по траектории. Но, черт подери, Эль был готов сейчас сделать все возможное и невозможное, чтобы убрать его с этой линии.
В первой машине не получилось открыть даже дверь - багажник и вовсе представлял из себя сморщенную, словно из мокрой бумаги, котлету. У соседнего серебристого хэтчбэка дверь открылась, но внутри валялась только подушка сердечком. Дебильная пушистая розовая хрень, к тому же начавшая наигрывать какую-то мелодию, когда Этаниэл нечаянно уперся в нее коленом в попытке открыть багажник изнутри.
Бросив бесполезную территорию, парень направился к следующей; тело неприятно шатало и в глаза потемнело на пару секунд - то ли из-за резкого маневра, то ли из-за того, что воды теперь было почти по колено, и из-за потемневшего, полностью скрытого под ней пола, в помещении стало еще темнее.
Эль обернулся в ту сторон, где находился Мия, стараясь рассмотреть, как высоко вода подобралась к нему, но не мог. Все из-за той же проклятой темноты вокруг.
Рывком вскрыв покареженный багажник и сыпля отборными ругательствами, причем едва ли вообще отдавая себе в этом отчет, парень копался внутри, разгребая чужое барахло, которое уже никогда не будет никому нужным...Бейсбольные биты, кроссовки, канистра с чем-то...детская футболка...Стук. Что-то металлическое. Парень лихорадочно ощупал непонятный предмет, вытаскивая его на свет. Условный... Железная хрень, попавшая ему в руки напоминала собой то ли клюшку для гольфа, то ли устройство для бурения лунки во льду. Какого хрена она делала в багажнике оставалось только догадываться, но парень сейчас был готов молиться всем ответственным чертям за этого барахольщика, вероятно, никогда не вынимающего из багажника инвентарь, не зависимо от сезона.
В два прыжка оказавшись снова у Мии, брюнет на мгновение задержал дыхание: вода успела подобраться к парню по самую шею, а сам Эль сейчас стоял в ней по колено. Миятору не мог подняться сильнее - это был его максимальный угол. Молча сглотнув и ничем не выдавая эмоций, Рейнс махнул железкой в воздухе.
- Поможет?! Насрать! Попробуем!! - не дожидаясь какого-либо ответа, принялся ощупывать низ бетонного куска, которым тот лежал на полу и...на ноге Миятору. Получалось не очень, руки были в воде даже не по локоть, а по самое предплечье, но рассмотреть положение не позволяла мутная вода.
- Так...окей...Сейчас. - поднявшись на ноги, Эль упер палку в то место, которое показалось ему наилучшим. Он никогда не шарил в физике. Действовал сейчас по наитию, но выбора особо не было.
- Терпи! - скомандовал фронт-мен, упираясь ногой в соседний валяющийся кусок и со всей силы наваливаясь на палку. Камень пошатнулся, но поднять его выше сил не хватало.
- Черт! Еще раз! - парень повторил ту же процедуру - Нихрена!...
Слышалось бульканье: вода добралась до автомобилей, и теперь заливала с недовольным ворчанием салоны, пробираясь сквозь щели и раскрытые двери.
- Ну же!...Аррр! Черт! Ну давай! - перехватив свое орудие пониже, Этаниэл положил палку на плечо, упираясь ключицей, руками, всем телом... - Я не дам тебе здесь сдохнуть!!... - прошипел тихо, в пол голоса, не думая о том, слышал ли Миятору его сейчас; в очередной раз с силой нажав на рычаг...почувствовал движение - кусок бетона поддался, приподнимаясь под напором, медленно, неохотно, но начиная скатываться вбок.
- Пошел!! Убери ногу! Давай! - Эль понимал, что не сможет удерживать эту хрень долго, но просто не мог отпустить. Мышцы заныли, казалось, еще немного, и просто треснут, заодно переломав локтевые суставы и пропоров ключицами плечо. Хрен им. Они тоже не имели права.
- Отпускай! - послышалось сдавленное, короткое, но уверенное снизу, и вокалист был готов поклясться, что в этот момент не желал услышать ничего лучше. Ослабив хватку буквально на пределе, Эль недовольно зашипел, когда так внезапно неосторожно выпущенная железка протесала по руке, впрочем, тут же переключая свое внимание обратно на Йокояму.
- Давай! Хватайся! Валим отсюда... - подхватывая парня под плечо, помог тому опереться; двигаться нужно было быстро: если подбирающаяся почти по пояс вода перекроет оставшийся в воротах зазор, придется подныривать. Если поднимется выше...им крышка.

+2

46

Когда Эль огрызнулся, это неожиданно успокоило лучше дыхательной гимнастики. Мий даже улыбнулся. Интересно, его вокалист действительно настолько спокоен, насколько пытается показать? И это он, Миятору, придумал невесть что, просто сделав неправильный вывод из его лихорадочных метаний. С другой стороны, что он еще мог подумать? Таким Эля Мий никогда не видел. Обычно мальчишка спокоен, как удав. Окей, спокоен, как истеричный удав, которому наступили на хвост. Только вот вспыльчивость парня никогда не сопровождалась… Ну вот этим вот всем. Впрочем, анализировать оказалось просто ровно до того момента, пока вода не поднялась сильнее. Он хохмил, конечно, когда жаловался, что вода холодная и ему некомфортно. Но уровень этой гребаной воды поднимался слишком быстро. А искусством длительного задерживания дыхания Мий, увы, не владел.
- Плыви, рыбка моя. – Миятору усмехнулся, стараясь максимально приподняться, всматриваясь в спину своего вокалиста, пока та окончательно н исчезла в полумраке.
Мий не любил бездействовать. Особенно, когда имелась какая-то проблема, требующая срочного решения. Особенно, бездействовать вынужденно. И сейчас, не имея возможности даже приподняться, парень чувствовал, как вместе с уровнем воды поднимается уровень… хм… нервозности. Он пытался выбраться. Сам. Задержал дыхание, ложась на бетонный пол и пробуя сдвинуть придавившую его глыбу. Безрезультатно. Пытался несколько раз. Упирался в нее руками и свободной ногой. Даже сам удивился собственной гибкости. В этот момент ему казалось, что в попытках освободиться он скрючивался в какие-то невообразимые фигуры. Может так и выглядеть пресловутая буква «зю»? Но это занятие пришлось бросить, когда после очередной попытки он едва смог вынырнуть. Вода поднялась слишком высоко, от приложенных к попыткам освободиться усилий сбилось дыхание. И, стыдно признаться, но он едва не наглотался. Пришла даже забавная мысль, что не зря в магазине, откуда они забирали экипировку для серфинга, он зацепился взглядом за миниатюрные кислородные баллончики. Определенно, сейчас они бы очень пригодились.
Когда Эль вновь возник из темноты, Миятору показалось, что прошло несколько часов, хотя парень отсутствовал едва ли несколько минут. Он едва успел открыть рот, чтобы сказать, что «похрен, надо пробовать», как Эль сам озвучил его мысли. Только вот сам Мий в этот момент все же наглотался. В голове проскочила паническая мысль, что делать, если не поможет. А в следующую секунду ему пришлось нырнуть с головой – вода поднялась так, что он уже не мог оставаться на поверхности – тело не могло изогнуться сильнее.
О что происходило дальше, Миятору уже не слышал – накрывшая с головой вода мешала. И даже н видел, хотя изо всех сил силился рассмотреть темный силуэт, оставшийся на поверхности, уже не обращая внимания на то, как щиплет глаза солонея вода. Время снова тянулось бесконечно. Но в тот момент, когда легкие уж начали гореть от нехватки воздуха, парень почувствовал, как исчезает тяжесть с его бедра, оттолкнулся от пола, вытаскивая ногу и вынырнул, делая такой необходимый сейчас вдох.
В уши тут же ворвались звуки. Короткое «давай» от Эля. Рокот и гул, раздающийся снаружи. Все еще воющие сигнализации. Потрескивающие под потолком лампы.
- Отпускай. – выдохнул сдавленно, стараясь отдышаться и отплеваться, и попытался подняться, опираясь на плечо тут же оказавшегося рядом Эля. – Порядок. Спасибо. – получилось даже улыбнуться. И даже искренне. И, безусловно, от был более чем готов отсюда свалить. Только вот получалось не очень. На придавленную ногу было невозможно опереться. Боль тут же прошивала аж до позвоночника. И если бы не Эль, активно тащивший его к выходу, добираться пришлось бы вплавь. – Черт, я чувствую себя долбаной черепахой. – усмехнувшись этой мысли, Мий постарался передвигаться быстрее, но мешала вода, доходившая уже до пояса.
Ему частенько снились сны, где он не мог бегать. Будто угодил в болото. А бежать было нужно. И бежать быстро. Но у него едва получалось переставлять ноги. И Мий никогда не думал, что этот сон может когда-то превратиться в реальность. Додумать эту мысль, впрочем, парень не успел. Они уж видели выход с парковки, манящий к себе гребаным ярким солнце, которое казалось совершенно не уместным в этой ситуации, когда земля под ногами снова задрожала. Сигнализации за спиной взвыли с новой силой, где-то совсем рядом послышался громкий всплеск, когда что-то тяжелое упало в воду, а потом для Миятору наступила темнота. Часть плитки на пару с бетоном, которой были облицованы поддерживающие потолок колоны, отвалилась, прикладывая парня по голове, заставляя потерять сознание и вновь уйти под воду.

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Ср, 19 Сен 2018 14:21:59)

+2

47

Почти любому знакомо чувство, когда идешь к какому-нибудь высокому зданию, или скале, возвышающейся на горизонте - кажется, что вот, буквально еще пара шагов, и ты сможешь к ней прикоснуться - но в результате только идешь и идешь, а чертов объект как-будто удаляется от тебя, дразня, по мере приближения. И чем быстрее ты пытаешься идти или бежать, тем больше это бесит. Дурацкое, если бы при этом не настолько страшное ощущение. Сейчас с проклятым выходом, превратившимся из-за уверенно пребывающей воды в узкую горизонтальную щель, было примерно так же. Они брели по этой грязи, Мий и без того почти полностью опирался на плечо своего вокалиста, а под ногами попадались обломки бетона, железки, оторвавшиеся от машин, прочий хлам и мусор... Эль обошел кажущееся совершенно таким же как и остальные затопленное место справа чуть по дуге - он помнил, что там, выпав из авто на пыльный бетон, все еще лежит женщина в светлом пиджаке. Из-за мутной и грязной воды его все равно было не видно...
- Давай, Донателло! Еще немного и выберемся из этого бедлама! - скомандовал Эль, развив шутку своего ритмиста, для его исполнения, даже довольно тонко. Из черепашек Ниндзя именно Донателло использовал традиционные азиатские нунчаки как оружие.
Эль понимал, что Миятору наверняка сломал ногу, и идти было нихрена не просто и к тому же больно. Но у них не было выбора.
Оставалась всего пара гребаных метров...когда очередной толчок заставил едва не упасть, покрывая голову мелкой крошкой бетона, посыпавшейся откуда-то сверху. Первое, о чем подумал Эл - это то, что они могут не успеть, и проход просто схлопнется у них на глазах, отрезав любые возможные пути к отступлению. Резко подавшись вперед...в следующую секунду Рейнс почувствовал, как висевший все это время на плече вес внезапно...исчез вместе с уходящим под воду как подкошенный Мием.
- Мий! - парень успел подхватить друга под пояс, вылавливая на поверхность. Он видел, как с потолка отвалился очередной кусок бетона, как он плюхнулся рядом в воду, но был слишком занят тем, чтобы добраться до выхода, настолько, что почти не смотрел на своего ритмиста. Сейчас стекающая по волосам кровь ясно давала понять, что надо было.
- Твою мать! - брюнет судорожным движением прижал пальцы к шее Йокоямы, облегченно выдыхая; перехватил парня поудобнее, уверенно продолжая путь. Времени оставалось все меньше. Воды становилось все больше. Казалось, расстояние до выхода было ничтожно мало, но для того, чтобы преодолеть последний метр приходилось пускаться вплавь. И теперь на пути была последняя преграда - чертовы сантиметров десять зазора, остававшиеся над водой. Думать было некогда. Эль был не лучшим пловцом, но Миятору был в отключке и физически бы сейчас не смог задержать дыхание, поднырнув под эту хрень. А еще в Мие было два метра роста, и Рейнс прекрасно осознавал, что только заполнившая все вода помогала ему удерживать сейчас друга на себе...Течение было сильным. Меньше чем через минуту парковку зальет полностью... Эль подтянул тело ритмиста повыше, укладывая Мию себе на грудь и придерживаясь рукой за верхнюю часть ворот, сделал глубокий вдох, уходя под воду с головой и продолжая плыть наощупь к выходу, стараясь не погружаться сильнее, чтобы голова лежащего на нем парня оставалась над поверхностью. Одна его ошибка, и Миятору просто захлебнется. Оттолкнувшись ногами от той же стены, за которую еще несколько секунд назад держался руками, Рейнс вынырнул, озираясь и ища, за что можно было зацепиться.
По улицам, как в дурацком кино о мировой катастрофе через природный катаклизм, плыли вещи, автомобили, деревья, люди... Юноша отплевывался от воды, стараясь сфокусировать зрение; голова кружилась - задержка дыхания нихрена не прошла даром, но некогда было отвлекаться на эту хрень сейчас. Пальцы снова нащупал вену под нижней скулой Мии - пульсирует. нужно было забраться куда-то, куда-то повыше...но, черт подери, он не сможет физически затащить наверх Мию. На счастье Эля, он сейчас об этом просто не думал. Рану на виске неприятно щипало, и было чертовски холодно в этой грязной воде; постоянно попадались какие-то обломки, парень цеплялся острыми коленями о разные предметы, которых не мог видеть, но которые были повсюду в толще воды. Иногда больнее, иногда почти не ощутимо...
Впереди виднелся дом. Небольшой, какое-то муниципальное здание, которое они проезжали по пути к супермаркету, Эль запомнил его из-за яркой синей вывески с большим иероглифом, что бы он не значил. Важнее было то, что на стене дома была пожарная лестница. Темная, железная, она отчетливо выделялась на фоне cветло-бежевого здания. До крыши оставалось метра два, но это был их шанс.
- Мия! Мий! Ты мне нужен, черт тебя дери!... - ухватившись за нижнюю из ступенек, Эль потряс ритмиста, пытаясь привести его в чувства, но эффекта это не возымело - Проклятье! - Рейнс схватился правой рукой за верхнюю перекладину, перехватывая Мию покрепче под грудную клетку, нащупал ногами ту ступень, которую уже успела накрыть вода, и подтянулся. Рука отозвалась неприятной болью, простреливающей в подранное ломом плечо. Не получалось. Еще одна попытка. На этот раз вышло лучше, и Эль хотя бы понял алгоритм. Впрочем, чем сильнее они высовывались из воды, тем тяжелее было вытаскивать из нее бессознательное тело... Все превратилось в какой-то один дурацкий сон, наполненный грязной ледяной водой, вопящими сигнализациями, перепуганными криками людей, треском дерева, прочим шумом...кошмарный, липкий и вязкий сон, из которого никак не удавалось выбраться... Тот факт, что он все же умудрился каким-то чудом и не иначе, как благодаря состоянию аффекта, выбраться на крышу, затянув за собой Миятору, Эль осознал только, когда без сил рухнул на спину вместе с ним же, так и оставив согнутые в коленях ноги свисать с края крыши.
Дыхание было сбито, но нужно было заставить себя подняться, спихнуть Мию чуть в сторону и снова проверить пульс. Облегченный выдох.
- Держись, парень. Только держись...Не смей умирать здесь. Я не смогу без тебя. - пробормотал вслух, не отдавая себе в этом отчета и внезапно понимая, что конец фразы не расслышал не только из-за того, что говорил слишком тихо, но потому что его голос что-то заглушало. Какой-то гул, что-то... Пропеллер! Рассекающие воздух лопасти.
Эль поднял голову, крутя ей в разный стороны и находя источник шума. Вертолет был еще довольно далеко, но явно облетал территорию после прошедшего цунами.
- Э-ээй! - Эль вскочил на логи размахивая руками и вопя так, как никогда не делал даже под кайфом на самых их сумасшедших шоу. У него был громкий голос, Эль знал об этом, но еще знал, что в проклятом вертолете все равно будет нихрена не слышно, не смотря на то, что они летели достаточно низко - Эй!! Нам нужна помощь! Сюда!! - ему было наплевать, сорвет ли он глотку, наплевать, свалится ли с этой гребаной крыши или сломает ногу в очередном прыжке - только бы их заметили... И когда вертушка, наконец, развернулась, описывая вокруг них полукруг, радостно заорал, кидаясь обратно к Мие.
Вертолет завис в паре десятков метров над ними, выпустив тросс. Через пару минут к ним спустился один из людей в форме спасателя, что-то трындыча Этаниэлу на своем языке, которого парень не понимал, да и, откровенно говоря, сейчас не слушал.
- Да-да-да! Мне плевать! Помоги ему! - Рейнс схватил японца за руку, подтаскивая к Мие - Я тебя все равно не понимаю, не старайся! Ну?! - уверенно и резко указав в очередной раз на Мию, и успокоившись только, когда мужи, наконец, осознав бесполезность своих слов, занялся его другом. Бегло осмотрев Миятору и в своею очередь проверив его пульс, быстро обвязал какой-то непонятной технической хрень, показал Этаниэлу жестом, что вернется и, прицепив ритмиста к себе, отдал команду напарнику затягивать обратно трос. Через минут семь оба пострадавших с еще парой человек, подобранных до них, были на пути к ближайшему принимающему госпиталю.
Этаниэл понятия не имел, где их выгрузили, только обратив внимание на название клиники, на его счастье, продублированное на английском.
Внутри царил полный хаос. Здесь хватало всех - пациентов, полицейских, привозящих все новых раненых спасательных бригад, родственников, толпящихся, где придется - всех, кроме медперсонала. Они явно не были готовы к этому цунами, либо недооценили силу удара.
Миятору переложили на каталку, увозя в операционную, или приемную, или черт его знает, куда...но в это «куда» Эля уже не пустили. Впрочем, выгнать парня дальше, чем от двери, тоже не получилось. У охраны хватало забот, а медперсонал Рейнс успешно отогнал как своим неординарным видом, самым проблемным в котором, видимо, все же оказалась для них европейская внешность, так и агрессивным настроем. Он не понимал их язык, но дал ясно понять, что пока ему не вернут из этих дверей его друга, к нему лучше было не подходить.
В ожидании прошло около получаса, прежде чем Мию вместе с еще двумя пациентами в аналогичном состоянии перекатили в коридор. Мест не было.
- Он в порядке? Как он? - брюнет набросился на несчастного медика с расспросами - тому просто не повезло оказаться первым вышедшим и теперь странный татуированный парень, трындычащий что-то на своем языке, приклеился к нему намертво, а заодно и руками к ручке кровати, на которой лежал его друг. Парень добавлял жесты, повышал голос, пытался найти хоть кого-то, кто мог его понимать. Иронично, насколько просто все это было бы в обычной жизни - загнать в переводчик, и вуа-ля. Криво, но тебя бы обязательно поняли. Но его смартфон давно покоился где-то...на дне парковки. Определение "на дне" куда больше подходило этому месту сейчас, чем на полу. Телефон! Аппарат бросился в глаза в руке сидевшего в коридоре мужика, когда они прошли мимо. Тот нервно теребил телефон в руках, видимо, тщетно пытаясь поймать сигнал. Не задумываясь, Эль выхватил аппарат из рук незнакомца, знаками показывая в ответ на обоснованное возмущение, что сейчас вернет. Экран светился...иероглифами. Чертовыми кракозябрами, и Эль просто ткнул в ту из них, которая по его мнению больше всего напоминала приложение от google. Руки дрожали, но он сейчас не замечал этого. Бинго! Он угадал. Это и правда был переводчик. Набрав на английском "Как он? Состояние." и переведя на японский, Эль грубо развернул к себе медбрата, ткнув экран ему в лицо. Парень сначала напрягся, а затем засуетился, закивав головой, как показалось Рейнсу, даже с некоторым облегчением... Обратный перевод гласил: "Удар головы. Без сознания. Сотрясение. Положительный изменения, но из-за слабость." Прочитав околесицу на экране, Рейнс выдохнул, наверное, впервые за все время позволив себе перестать быть натянутой струной, которая вот-вот треснет. Хозяин телефона, как оказалось, шедший за ними все это время, выхватил свой аппарат обратно. Элю было плевать - он только кивнул обоим вместо спасибо, опускаясь на пол возле стены, где припарковали койку с его другом. Дал себе пару секунд, привычно взъерошил все еще мокрые и ужасно грязные волосы, перепачканные в собственной крови и хрен знает, чем еще. К горлу подступала тошнота. Парень сделал глубокий вдох, стараясь отвлечься от этого ощущения, и снова поднялся на ноги.
- Эй... - вокалист провел рукой по голове Мии, пристально всматриваясь в его лицо и чуть растрепав шевелюру. Физиономия была бледной и с широкой ссадиной на скуле - Никаких больше фокусов, понял?! Давай открывай глаза...я подожду здесь...сколько нужно...
Наверное, это как раз то, что испытывал Миятору, когда его самого увозили со сцены с передозировкой. Как-будто земля вдруг уходит из-под ног, и ты просто тонешь в собственной беспомощности и осознания того, что от тебя ровным счетом ничего не зависит. Теперь Эль мог ощутить это на собственной шкуре. Он понятия не имел, насколько дорог ему был Йокояма, внезапно...чуть не потеряв его.
Что-то касается его плеча, и Этаниэл резко оборачивается от неожиданности, видя стоящую рядом медсестру и смотрящую на него тоже широко раскрытыми от удивления глазами. Он напугал ее своим резким маневром.
Девушка показывает какую-то бутылку и спонж, а затем указывает на его висок. Только сейчас до парня доходит, что все это время он посылал ее с ее спонжем и попыткой осмотреть его. раза три точно.
- А ты упорная, да? - улыбнулся Рейнс, выпрямившись и наконец согласившись отвлечься от Мии на пару минут - И как ты нас всех запоминаешь... - юноша кивнул, давая понять, что больше не будет сопротивляться осмотру, сел на ближайшую банкетку, куда указала девушка и отдался на пару минут в ее заботливые руки. Как только с осмотром было покончено, Рейнс вернулся к Миятору, не обращая внимания на что-то, что до него пытался донести найденный девчушкой коллега, который худо-бедно изъяснялся по-английски со сводящим на нет все его старания японским акцентом. Сейчас ему оставалось только ждать.

+2

48

Казалось бы, живя на сейсмически активных островах, пора было бы уже привыкнуть к различным стихийным бедствиями, типа землетрясения и цунами. Увы, даже не смотря на то, что эта парочка была довольно частым гостем в стране восходящего солнца, привыкнуть к ним было не возможно. И землетрясение, которое обрушилось на страну в апреле, было таким же неожиданным, как и землетрясение две тысячи одиннадцатого года. Оно по-прежнему разрушительное и действительно страшное. Больница уже переполнена, а пострадавшие все продолжают и продолжают поступать. Врачи и младший медицинский персонал откровенно не справляются, потому рады любой помощи. Пусть это странный татуированный гайдзин, поступивший час назад. Но проходит несколько часов, и ситуация постепенно выравнивается. Коридоры больницы постепенно пустеют. Пострадавшим оказана первая помощь. А большая часть и вовсе отделалась легкими травмами и отправлена домой. А тех, кого медики решили задержать в больнице, размещены по палатам, хотя и пришлось добавить в палаты «лишние» кровати.

Для четы Йокояма это землетрясение оказалось таким же неожиданным. Даже не смотря на то, что оно не затронуло Токио. Но СМИ буквально захлебывались информацией. А новостные каналы оставили все прочие новости, говоря только о произошедших на Окинаве землетрясении и цунами. И, возможно, Йокояма Наоторо и Йокояма Саюри даже не обратили бы на это внимания, продолжая заниматься своими делами. Только вот оба прекрасно помнили, что их сын со своим другом как раз сегодня должны были лететь в Наху. Миятору даже отзвонился, что они отлично долетели и теперь еду заселяться в отель. Всего каких-то пару часов назад. Попытки дозвониться до Мии не привели ни к каким результатам. Вежливый механический голос продолжал твердить, что «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Конечно, вполне ожидаемая ситуация при стихийных бедствиях, при учете, что повредились передающие сигнал вышки. Только вот в новостях не говорили ни слова о сбое в сотовой связи. Около часа прошло в напряженном ожидании. Пока на мобильный Наоторо не поступил звонок, в котором сообщалось, что его сын находится в больницы города Наха. Еще несколько часов прошли в попытках купить билет на Окинаву. Только вот аэропорт прилета был закрыт из-за угрозы повторных толчков. В конце-концов, когда между островами возобновилось авиа-сообщение и Наоторо Йокояма вместе с супругой переступили порог больницы в Нахе, была уже глубокая ночь. Найдя звонившую им медсестру, супружеская пара уже через несколько минут оказались в отделении, где лежал их сын. Наоторо направился на поиски лечащего врача, оставшегося этой ночью на дежурстве, а Саюри, оглядев коридор, нашла взглядом друга Мии. Конечно, она волновалась за сына. И, если говорить откровенно, была готова броситься в палату, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Но она была японкой. Поэтому, быстро взяла себя в руки, оставив все эмоции до возвращения мужа, и подошла к Элю, тут же поднявшегося ей навстречу.
- Эль! – все же поддавшись эмоциям, Сайюри глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, окидывая мальчишку внимательным взглядом, и прикрыла на секунду глаза, полностью восстанавливая над собой контроль. – Что с вам произошло? И… как Мия? Нам позвонили, сказали, что он в больнице и без сознания.

[nick]Yokoyama Sayuri[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c851136/v851136091/25397/59o9AOJN3JE.jpg[/icon][status]45 y.o.[/status][zvan]Мама Мии[/zvan]

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Пн, 15 Окт 2018 23:22:58)

+1

49

Эль не следил за временем. Отчасти просто потому, что не на чем было следить: наручные часы пали смертью храбрых вместе со смартфоном под толщей воды, а часы в больнице находились на другом конце коридора, куда Рейнс дошел лишь раз за все время, не желая покидать надолго Мию, да и то, дошел для того, чтобы найти медсестру.
Общая суматоха и переполох понемногу угасали, и госпиталь, похоже, начинал работать в обычном режиме, постепенно отправляя легко раненных домой, а тех, кому требовался стационар, сортируя по мере прибытия. Незнакомая девчонка с настолько идеально прилизанным хвостом, что он почти не растрепался, не смотря на все происходящее, та самая, которая обрабатывала его ссадины и пыталась объяснить что-то про сотрясение, даже соизволила принять какую-никакую помощь со стороны странного гайдзина. Элю было не сложно перетащить пару коробок или перекатить какой-то громоздкий аппарат - для УЗИ или МРТ - хрен его знает: Эль в этом не сильно разбирался.  Та же девчонка на ломанном английском рассказывала ему о состоянии Мии, когда парня выпинывали из палаты, один раз даже пригрозив охраной. Впрочем, едва ли эта угроза подействовала: Рейнсу, как и бывало почти перманентно, было плевать. Часы тянулись, казалось, бесконечно, Йокояма продолжал лежать в отключке, и это одновременно злило и...пугало. Чертовски пугало - настолько, насколько он и понятия не имел, что умеет пугаться. А еще убивала собственная беспомощность. Этаниэл ничего не мог сделать, кроме как пытаться изъясниться с персоналом на ломанном английском и не позволить выкинуть себя дальше чем за дверь палаты, в которой, кстати, помимо Мии, отлеживались еще два пострадавших тела.  И, хотя у Рейнса была на удивление неплохая память и восприятие на слух, за счет чего парень сумел запомнить несколько японских слов и конструкций за это время, он все еще не мог полноценно общаться. Не мог быть уверен, что именно они обсуждают между собой и что рассказывают ему. Банально даже не мог сделать такую простую вещь как позвонить родителям Миятору: связь была с перебоями, но он просто не знал номера. Только знал, что они наверняка волновались.
Когда знакомое лицо - Эль наконец научился различать даже одетых в совершенно идентичную больничную форму с идентично собранными в пучки волосами японок - появилось в коридоре, где он в очередной раз ожидал, пока сможет прошмыгнуть обратно за дверь, юноша мгновенно подорвался на ноги. Издалека Сайюри выглядела молодой, встревоженной, а ее кожа казалась совсем белоснежной.  А еще Эль прекрасно понимал, что она была бы рада сейчас видеть своего сына, а совсем не его. Если бы он мог, он бы не раздумывая поменялся с Йокоямой местами в этот конкретный паршивый во всех отношениях момент.
Этаниэль судорожно сглотнул, уверенно направляясь навстречу матери Мии. Он был растрепанным, грязным, в порванной мятой футболке и с большим квадратным пластырем на правой стороне лба. На подранном плече, тоже украшенном пластырем, наливался синяк. Дырки на коленях, некогда художественно продранные в стильных джинсах, сейчас превратились в просто растянутые дырки. Пальцы рук едва заметно подрагивали, выдавая нервозность, но Рейнс уверенно погасил это ощущение, незаметно сжав руки в кулаки.
Приблизившись к ней на достаточно расстояние, парень уверенно коснулся ее плеча, чуть сжав и кивнув головой.
- Он жив, он здесь, пока в отключке, но все будет нормально. Мне так сказали. - выпалил на одном дыхании, только замолчав, осознавая, что женщина говорила ему о телефонном звонке. Просто сейчас эта информация казалась ему единственной, которую от него хотели услышать.
- Мы...были в торговом центре. На парковке, когда пошла волна. - почему-то юноша сейчас неосознанно старался не смотреть ей в глаза - Потолок начал осыпаться. Я...Я был недостаточно близко к нему, чтобы вовремя оттолкнуть. Не смог защитить его. - теперь прямой, несколько виноватый взгляд серых воспаленных глаз был уверенно устремлен на женщину - Хотя обещал. - втянув ноздрями воздух, нервно сглотнул, бросив быстрый взгляд на дверь палаты - Идем. Вас они не выгонят.

+1

50

Парень нервничал. И Сайюри это видела. Возможно, со стороны это было незаметно. Но она научилась определять подобное, когда ее собственный сын был подростком. Да и выпаленный на одном дыхании монолог о состоянии Миятору говорил о много. Она сама, точно так же нервничая, минуту назад спросила «как Мия». Хотя, пожалуй, информации о состоянии ее сына у не было гораздо больше. Все от того же врача, с которым они разговаривали по телефону еще до того, как прилетели на Окинаву.
А вот виноватый взгляд женщине совершенно не понравился, заставляя нахмуриться. Она не винила Эля в случившемся. Даже мысли подобной не допускала. Чего нельзя было сказать о нем самом. Только прокомментировать это не успела – парень предложил ей зайти в палату.
- Тебя выгнали, да? – чуть улыбнулась, зацепившись за это немного детское «вас они не выгонят», и тоже посмотрела на дверь палаты, на которую только что смотрел Эль. – В наших больницах очень строгие правила. – в этот раз улыбка вышла немного виноватой. – Я договорюсь, чтобы такого больше не было. Хочешь зайти к нему? – улыбнулась мягко, когда мальчишка кивнул, и легонько подтолкнула его в сторону палаты, быстро добавив, предугадывая возможный следующий вопрос. – Я зайду чуть позже. Дождусь супруга. Не хочу, чтобы он еще и меня искал. Хватит с него волнений на сегодня. Иди. – снова улыбнулась, наблюдая, как за спиной Эля закрылась дверь палаты, и отошла к стульям, присаживаясь на один из них и устало потерев лицо ладонями. Хотя миссис Йокояма старалась не показывать этого, она волновалась. И очень боялась. Потому, когда Йокояма-старший появился в коридоре, подскочила на ноги, быстро направляясь к нему, облегченно выдыхая и прикрывая глаза в ответ на едва заметную улыбку мужа и тихое «с ним все будет хорошо».
В палату они зашли вместе. Мистер Йокояма коротко кивнул Элю, тут же подскочившему на ноги. Он хотела даже что-то сказать, но мальчишка быстро вышел из платы, отводя глаза. Или Сайюри только показалось, что он снова боится посмотреть на них с мужем? Снова невольно вспомнила, как Эль обвинял себя несколько минут назад, и чуть нахмурилась. Впрочем, она поговорит об это с мальчишкой позже. Сейчас важнее был ее сын.
В палате чета Йокояма пробыла минут пятнадцать. Наоторо вновь ушел искать доктора, на этот раз, чтобы уладить вопросы со страховкой, а Сайюри подошла к сидящему на стуле Элю, мягко погладив его по плечу, чтобы привлечь внимание.
- С ним будет все в порядке, милый. – чуть улыбнувшись, женщина опустилась на соседний стул, глядя на мальчишку. – Врачи настроены оптимистично. Их немного беспокоит, что он все еще не приходит в сознание, но они говорят, что так иногда бывает. Ты сам-то как? – вновь немного нахмурившись, осмотрела покоцанное лица парнишки, обратив внимание на пластырь в район виска. – Тебя осмотрел врач?

[nick]Yokoyama Sayuri[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c851136/v851136091/25397/59o9AOJN3JE.jpg[/icon][status]45 y.o.[/status][zvan]Мама Мии[/zvan]

+1

51

Эль внимательно всматривался в лицо матери Мии. Моложавая, подтянутая, совершенно спокойная. Даже как-то слишком. Интересно, это было со всеми японками, или только с ней? По этому лицу невозможно было определить, о чем она думает, какие эмоции испытывает, злится или беспокоится, или... Хрен его знает. У самого Рейнса сейчас было ощущение, что ему вытягивают жилы, выкручивают их медленно и методично, изводя ожиданием, пока его друг очнется. Карма - стерва с характером.
Ответ на вопрос Сайюри был очевидным: Этаниэл просто молча кивнул. Он вообще не хотел покидать палату, ни разу из тех, что его выставляли за дверь.
Оказавшись снова допущенным к телу, парень подошел к кровати, присаживаясь не на край кушетки, как сделали бы большинство, но привычно устраиваясь на полу, ближе к изголовью.
- Твои предки приехали... Добрались сами, я нихрена не мог им позвонить: даже номера не знаю... - пробормотал куда-то себе под нос, разумеется, не ожидая, что его ритмист его услышит.
- Знаешь, на месте твоего отца, я бы взгрел такого друга. Может, и он взгреет... - усмешка получилась несколько грустной и ужасно усталой.
На счастье Рейнса, в коридоре клиники все еще был рабочий автомат, в котором все еще был паршивый, но зато крепкий кофе. Он помогал оставаться на ногах вторые сутки, сохраняя при этом относительно свежие мозги.
Упомянутый в суе глава семейства появился на пороге палаты минут через десять после того, как в нее вошел Эль. Вокалист машинально подскочил на ноги, как если бы пол, на котором он сидел, чуть сжимая запястье друга, вдруг раскалился, подпалив ему задницу вместе с яйцами. На короткий кивок отца Мии, Эль только молча нервно сглотнул, стиснув зубы, из-за чего его острые скулы привычно фактурно оттенились под кожей, кажущиеся еще острее. Юноша быстрым шагом покинул палату, оставляя семейство наедине. Рейнс не был воспитан или, тем более, тактичен. От слова совсем. Но в этой конкретной ситуации этого и не требовалось, чтобы понять, что его присутствие здесь сейчас было совершенно лишним. Из-за резкого движения в глазах потемнело на пару секунд, а к горлу подступила тошнота - так бывало, если он резко выпрямлялся, или наклонялся слишком сильно. Вполне обычное сотрясение, которое парень едва ли замечал - в детстве Рейнсу приходилось огребать по голове не единожды.
Пока семейство общалось в палате, парень просто привычно устроился на стуле, подобрав под себя ноги и принялся ждать. Не их возвращения. Но, скорее, "возвращения" Миятору. Возможно, присутствие родителей подтолкнет его сознание к тому, чтобы включиться. Эль всегда скептически относился ко всей этой ерунде про особую связь и семейные узы. Это было далеко, недоступно и непонятно. А еще, наверное, хорошо, раз все об этом постоянно трындели, но парню было куда привычнее относиться к этому с презрением, или насмешкой - так было проще. Однако, если эта "особая связь" могла помочь его другу очнуться черт подери, он был готов в нее поверить и принять. И ждать. Еще сутки, или столько, сколько потребуется.
Эль не заметил, когда Чета Йокояма снова материализовалась в коридоре. Отец не удостоил его взглядом, почти сразу куда-то отлучившись. Этаниэл и не ожидал другого, только несколько виновато зыркнув тому в след.
Прикосновение к плечу заставило обернуться. Парень спустил ноги на пол, бросив на женщину короткий взгляд.
- Я не пострадал. - отозвался коротко и небрежно, словно, отмахнувшись от этого, явно продиктованного вежливостью и совершенно, как ему казалось, не имеющего значения вопроса, как от назойливой мухи.
- Я...вернусь к нему, ладно?

+1

52

Не пострадал. Ну конечно. Сайюри только чуть покачала головой на этот ответ, но не стала как-то комментировать. Усталый, с синяками под глазами и с ссадинами на лице. В грязной порванной футболке, под которой просматривалась бинтовая повязка. Мальчишка сейчас меньше всего был похож на того, кто «не пострадал». Был бы это ее сын, женщина уже давно схватила бы его за шкирку и потащила к врачу. Только вот она не была его матерью. И не чувствовала себя в праве делать что-то подобное.
- Конечно вернешься. Но только после того, как что-нибудь перекусишь.
Сейчас было уже за полночь. Миятору писал ей около девяти утра, когда их самолет приземлился. Землетрясение произошло в районе двенадцати дня. И Сайюри не сомневалась – за прошедшее время мальчишка вряд ли что-то ел. И да, она знала, что и сейчас он начнет отказываться. И даже понимала почему. Но отказ принимать не собиралась. Потому, поспешила продолжить, прежде чем он начнет возражать.
- Отказ не принимается. – улыбкой смягчила редкие слова, и накрыла пальцы Эля своей ладонью, мягко их сжав. Холодные. Ей только что пришло в голову, что парень просидел тут все время в мокрой одежде. Вряд ли ему было во что переодеться. Да и выглядел он соответственно. А ведь в больнице довольно прохладно. Кондиционеры исправно работают, не смотря на все произошедшее. И даже она сама начал замерзать. – Эль, я знаю, что ты хочешь сейчас быть с Мией. И понимаю, что совершенно не хочешь есть. Но если ты будешь морить себя голодом, поему сыну это не поможет. Давай не будем добавлять ему беспокойства, а врачам работы, если ты сляжешь на соседнюю койку, ладно? Тут есть кафетерий на первом этаже. – она, конечно, была в этой больнице первый раз, но кафетерий с небольшим количеством столиков и автоматами с едой и напитками был обязательным пунктом в каждой больнице. – Пойдем. - Возражать в этот раз парень не стал. Или просто оставил все возражения не озвученными. Но, тем не менее, молча поднялся и направился за ней.
Кафетерий действительно был. И, не смотря на поздний час, там было даже несколько посетителей, кроме них. Оставив парня за столиком, Сайюри направилась к стене, вдоль которой выстроились автоматы. Три баночки с кофе. Для себя, Эля и своего супруга, которому она успела отправить сообщение о том, где он сможет их найти. Несколько онигири. И горячие блюда. Для Эля – карри. Острый. Мия говорил, что мальчишке понравилось это блюдо. Дождавшись, когда стоящая тут же микроволновка подогреет заказанное, Сайюри невольно вздрогнула, когда рядом с ней вдруг материализовался подошедший помочь Эль. И улыбнулась ему благодарно, передавая баночки с кофе и онигири. К столу они подошли одновременно. Она с Элем и Наоторо, который после разговора с врачом спустился вниз.
- Я бы на твоем месте не налегал на кофе. – произнес, обращаясь к Элю, и указал взглядом на поставленные им на стол баночки. – Не лучший напиток при сотрясении, лучше ограничиться чаем. – отнимать, тем не менее, у Эля ничего не стал. Он даже со своим сыном себя так не вел. Оба были уже взрослыми мальчиками. А про состояние Эля ему все рассказал все тот же лечащий врач его сына. После того, как Наоторо попросил осмотреть того самого упрямого и нагловатого парня, который уже навел в больнице шороху, отказываясь покидать друга.– Я внес тебя в списки. Так что можешь заходить в палату в любое время. Доктор Матсумото даже порадовался, что ты проведешь какое-то время в больнице. – после короткого разговора с женой, мужчина только уверился в том, что утащить от их сына в ближайшее время не получится. – Они за тебя беспокоятся. Хотели бы предложить некоторое время понадблюдаться, но не  могут. Нет показаний. И страховка может это не покрыть. Если вы вообще ее делали. – чуть улыбнулся на этих словах. – Но доктор все равно волнуется. Потому обрадовался, когда понял, что некоторое время ты все же проведешь тут. Под относительным наблюдением. А еще он просил передать, что ты пропустил перевязку. – в этот раз мужчина уже едва заметно нахмурился. - Так что подойди на пост медсестры, когда вернешься в отделение. – закончив раздавать указания, мужчина снял очки, положив их на столик, и устало потер глаза. День выдался не легкий. И беспокойство о сыне энергии совершенно не прибавили. – Что с вами случилось, Эль? Мы слышали о землетрясении и цунами в новостях, но, ты сам понимаешь, там не девали никаких подробностей. И я бы на твоем месте все же поел. - указал взглядом на карри, который его супруга поставила перед Элем, но к которому он так и не притронулся. - Ты не сможешь проходить в палату к Миятору, если сам будешь лежать в соседней. Медсестры не позволят. Они только выглядят милыми и хрупкими. На самом деле те еще терминаторы.

[nick]Yokoyama Sayuri[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c851136/v851136091/25397/59o9AOJN3JE.jpg[/icon][status]45 y.o.[/status][zvan]Мама Мии[/zvan]

+1

53

Этаниэл несколько растерянно повел бровью. Реакции в ответ на свой вопрос он ожидал любой, но...только не приглашения на обед. Ужин. Завтрак?... Откровенно говоря, вокалист только сейчас поймал себя на мысли о том, что совершенно потерял счет времени. Он, конечно, понимал, что уже либо глубокий вечер, либо ночь, но, задай ему кто-нибудь вопрос, который час, и парень бы понятия не имел, что ответить.
Однако, прежде чем Эль успел собраться с мыслями, чтобы ожидаемо и в его понимании совершенно логично отказаться от предложенного, он был благополучно послан. Со всей сопутствующей японской сдержанностью и присущей вежливостью. То, как вела себя мать Миятору, заставляло нервничать. Этаниэл не привык к подобным ситуациям. И понятия не имел как правильно на них реагировать. Она могла предлагать из вежливости. А могла нет. И отказом он ее реально обидит. Или нет? В этих проклятых светских раутах было так сложно разбираться! Говорят, такая проблема есть у аутистов с синдромом аспергера. Эль как-то нашел в найтлайнере одну из книг Мии по психологии. Он тогда, кажется, учился курсе на третьем, а Элю просто больше нечем было себя занять в дороге. И вот сейчас прочитанное и не особенно его тогда заинтересовавшее, вдруг почему-то всплыло в памяти. Эти ребята не секут, когда люди играют в вежливость и говорят совсем не то, что думают на самом деле. Хочешь покажу свои свадебные фотки? И большинство согласится с натянутой вежливой и фальшивой улыбкой. А вот аутист ответит честно: "Да не, спасибо, нихрена не интересно". Примерно так. И сейчас Этаниэл ощущал себя таким вот аутистом, не зная, как реагировать на предложение.
А Сайюри, тем временем, уверенно задала направление, и Рейнс просто молча поплелся за ней, машинально шмыгнув носом и нервно откинув на затылок спутанную челку.
- Я не настолько хлюпик, миссис Йокояма - устало усмехнулся юноша в ответ на ее озвученные опасения. Не врал. Холодом, отсутствием ужина, или мокрыми шмотками его добить было сложно: в его детстве это была почти норма, в которой вполне себе можно было сносно существовать.
Оказавшись в кафетерии, Эль занял место за столиком по указанию Сайюри, прочем, почти сразу же его и покинув. Держать в двух руках все то барахло, что набрала женщина, было тем еще фокусом. Тут бы даже чувак с синдромом аспергера кинулся на помощь. Забрав у женщины все лишнее, молча помог ей переместить кофе и ланч-боксы сначала в микроволновку, а затем на стол. Едва парень отвел взгляд от стола, как...уперся им в знакомый строгий пиджак Наоторо Йокояма.
Сглотнул, тем не менее, встречая отца Мии уверенным взглядом. В серых глазах не было страха - только вина, разбавленная налетом самой банально естественной усталости.
Йокояма-старший разбивает внезапно повисшую между ними тремя неловкую паузу наставлением, вполне явно дающим понять, что он говорил не только о Мие с лечащим врачом Мии. Ну или же медик просто отчитался и по второму пациенту ввиду японской природной добросовестности.
- В чае же типа больше кофеина, разве нет? - вопрос, обыденный и отчасти хамоватый, прозвучал сейчас как-то отрешенно, словно, призванный защитить их всех от другого разговора и отсрочить неизбежную тему.
- Спасибо. - отозвался глухо, садясь за стол и щелкнув язычком железной банки с кофе. Пить пока, тем не менее, не спеши, просто обхватив ее обеими ладонями и, не до конца отдавая себе в этом отчет, просто согревал сейчас руки. Аромат кофе ударил в ноздри, густой, довольно приятный и терпкий, настоящий, совсем не похожий на то, как пахла бурда из подобных же автоматов в родных Штатах. Здесь кофе из баки и правда походил на кофе.
- Я в порядке. Меня осматривала...Харуми, кажется. Да...Харуми. - имя миниатюрной настойчивой медсестрички он запомнил - И у меня есть страховка, не только на время турне - в целом. Официально я под опекой менеджмента. Они уже сделали все необходимое, не нужно ничего наблюдать.
Учитывая, что он пропустил не только нафиг не упавшую перевязку, но и два приема таблеток, лучше было как раз НЕ наблюдать. Последнее, чего он хотел - это чтобы родители Мии до кучи просветились касательно его терапии от многолетней героиновой зависимости.
Почему-то этот чертов жест с очками сейчас заставил невольно плотнее сжать банку. Рейнс оторвал взгляд от своего кофе и прямо посмотрел на Наоторо.
- Мия хотел поучить меня серфингу. Мы забирали снаряжение из торгового центра, и как раз спустились на парковку, чтобы...Чтобы уехать, но не успели. Был очередной толчок, гребаные стены начали осыпаться - их здесь строят из какого-то дерьма!... А потом появилась вода. Меньше чем за минуту. - парень снова отвел взгляд, только сейчас вдруг ощущая, что, когда он об этом вспоминал, по телу невольно проходила какая-то холодная, липкая и неприятная дрожь - Мие прижало ногу куском стены, и...я искал, чем его можно поднять. Чертовски долго. На это ушла гребаная куча времени, и когда этот проклятый булыжник наконец сдвинулся, воды было почти по бедра... Потом нас снова тряхнуло. И... - Этаниэл сглотнул, чуть пригубив наконец остывающий кофе - С потолка стали падать куски бетона. Один попал ему по голове. Я... я был рядом, но не среагировал вовремя, чтобы его оттолкнуть.
Предложение об ужине было в очередной раз проигнорировано: есть - это последнее, чего бы он хотел в данные момент.

Отредактировано Ethaniel Rains (Вт, 13 Ноя 2018 12:03:47)

+1

54

Мальчишка все еще огрызался. И это вызвало на губах Наоторо легкую улыбку. Сложно было описать, насколько… радостно было осознавать, что хоть что-то сейчас остается неизменным. Конечно, врачи относительно успокоили Йокояма-старшего, сообщив ему о благоприятных прогнозах. Но тем не менее, его сын, который сейчас находился в бессознательном состоянии в больнице, заставил мужчину поволноваться. Он был совершенно к этому не готов. Еще несколько дней они улыбались друг другу на прощание, обсуждая совместный ужин, когда ребята вернуться с Окинавы, а сейчас… Потому привычное поведение друга его сына, пусть и с налетом усталости, а не менее привычной хамоватости, дал мужчине возможность, наконец-то, облегченно выдохнуть и перевести дыхание.
- Больше. – согласно кивнул, даже не думая прятать улыбку. – Но в зависимости от того, насколько крепкий ты пьешь чай. А в кофе есть еще и другие компоненты, которые тебе сейчас противопоказаны. – не давил, не читал лекцию, просто констатировал факт.
Мужчина видел, насколько мальчишка сейчас растерянный и усталый. И насколько виноватым себя чувствует. Хотя на данным момент не мог понять причины этого чувства вины. Но оно скользило буквально в каждом взгляде и жесте. И он мог представить, насколько Эль напуган. И сейчас. И был десятки часов назад. Для них, японцев, которые по идее должны были бы привыкнуть к подобным катаклизмам, каждое настолько крупное землетрясение было испытанием для нервов. Что уж говорить о… в общем-то ребенке, который вряд ли сталкивался с землетрясением до этого. Разве что в новостях или художественных произведениях.
- Харуми? Это такая маленькая? С косой до груди? – дождавшись от Эля подтверждающего кивка, мужчина усмехнулся. Эту девчушку он запомнил. Уж очень яро она возмущалась твердолобости некоторых иностранцев и тому, что они так и не явились на свидание. – Кстати, она на тебя жаловалась. Говорила, что еще не встречала настолько упертых молодых людей. Нехорошо так вести себя с девушкой, м? – вновь улыбнулся уголками губ, показывая, что в общем-то, просто шутит. – Тем не менее, она все еще ждет, что ты явишься к ней на свидание. Похоже, она на тебя запала.
Кажется, уже второй раз в разговоре с мальчишкой Наоторо позволил себе подростковый сленг, но сейчас вовсе не хотелось подбирать слова на уровне юридического пафоса. А это «запала» целиком и полностью описывало ситуацию.
Про страховку от менеджмента мужчина ничего говорить не стал. Хотя мысленно отметил, что, похоже, этот самый менеджмент денег не жалеет. По крайней мере, у них в Японии мировая страховка обходилась не так, чтобы дешево. С отсутствием необходимости наблюдать тоже поспорил бы, но сейчас предпочел промолчать. В конце-концов, что бы там Эль сейчас не думал, у врачей и младшего медицинского персонала было иное мнение. А пока Эля находится в больнице, он находится под их опекой. Хочет он того или нет. А вот когда мальчишка заговорил о произошедшем, Наоторо тихо вздохнул. Сейчас тот самый страх и чувство вины прорезались куда сильнее, заставляя мужчину вспомнить то время, когда он и сам был в похожей ситуации.
- В марте две тысячи одиннадцатого года, - дождавшись, когда Эль закончит, мужчина заговорил вновь. И возможно показалось бы, что совершенно на взятую с неба тему. Но то самое землетрясение настолько прогремело на весь мир, что Наоторо не сомневался – мальчишка поймет, о чем он хочет сейчас сказать. – Мне, наконец-то, удалось взять отпуск. Мы давно планировали и, наконец, поехали. В один прибрежный городок. Недалеко от Фукусимы. Но десятого марта меня внезапно дернули на работу. Я не хотел ехать, и не хотел бросать Сайюри, но тогда это был вопрос жизни и смерти. И я подумал, что ничего страшного не случится, если я отлучусь на пару дней. Ведь у нас впереди почти две недели. Когда случилось землетрясение, я уже вернулся в Токио. Нас тоже тряхнуло, но не так сильно, как тот город, где была моя жена. – эти воспоминания до сих пор заставляли зябко поводить плечами. Но когда вдруг Саюри вдруг накрыла его руку, лежащую на столе, своей ладонью, мужчина вновь улыбнулся. – Я сразу же вернулся обратно. Настолько быстро, насколько позволяла ситуация. Но застал город едва ли не в руинах. До того, как я, наконец, нашел свою жену, прошло два дня. И за эти два дня я столько всего передумал. Начиная от того, что я не должен был уезжать, а остаться вместе с ней, и заканчивая тем, что я обвинял себя в том, что это землетрясение в принципе произошло. Сейчас, по прошествии семи лет, я понимаю, насколько это было глупо. Мы не можем контролировать природу. И не можем предугадать, когда случится что-то… подобное. Мы не всегда можем быть рядом. И не потому, что мы принимаем неправильные решения. Сейчас я понимаю, если бы я остался, я бы вряд ли смог что-то сделать. Человек бессилен перед природой. – на какое-то время замолчал, отпивая из своей банки кофе. – Когда все это случилось, я мечтал оказаться на месте Сайюри. Тогда мне казалось, что быть в эпицентре – самое страшное, что может случиться.
- Но ты ведь потом убедился, что это не так? – Сайюри, продолжая сжимать руку мужа, мягко улыбнулась ему, и перевела взгляд на Этаниэля. – Когда земля под ногами вдруг задрожала, это было действительно страшно. Мы на самом деле уже привыкли к землетрясениям, но это было особенно сильное. Тогда сложно было устоять на ногах. Вещи падали с полок, стены начали осыпаться. И не потому, что они сделаны из какого-то дерьма. – женщина улыбнулась, на этот раз адресуя эту улыбку Элю. – А когда вдруг пошла волна, это было еще страшнее. Но уже тогда я поняла, насколько я эгоистична. Если бы у меня был выбор, я бы никогда не поменялась местами с моим мужем. Мне действительно было страшно, когда это все случилось. Но одновременно с этим я знала, что Наоторо в Токио и с ним все хорошо. И когда я представляю, как бы я себя чувствовала, зная, что мой супруг находиться в эпицентре, и не имела никакой возможности в течении двоих суток узнать – жив он или нет… - Сайюри снова улыбнулась, на этот раз немного грустно, и покачала головой. – Я испытываю эгоистичную радость, что на его месте была не я.
Переглянувшись с мужем, Сайюри едва заметно улыбнулась, и поднялась на ноги, мягко обнимая мальчишку за плечи.
- А тебе мы должны сказать - спасибо. – прижавшись щекой к растрепанной макушке, чуть крепче сжала объятия. – Если бы тебя не было рядом с нашим сыном, мы бы сейчас общались с работником похоронной конторы.

[nick]Yokoyama Naotoro[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c849424/v849424019/b2f7a/WC3yTmjU44o.jpg[/icon][status]50 y.o.[/status][zvan]Папа Мии[/zvan]

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Чт, 8 Ноя 2018 01:25:52)

+1

55

То, что говорил ему сейчас Йокояма-старший, Эль откровенно говоря слушал в пол уха. Ему было параллельно, что там ему за диагноз успели поставить и что ему противопоказано по их мнению. Мысли юноши были заняты совсем не тем. К тому же, у Рейнса всегда и на все был собственный взгляд и собственное мнение, в 99% случаев расхожее с мнением окружающих. Вот и сейчас кофе, например, помогал не поддаться усталости, был теплым и вкусным. Добавить туда пару капель ирландского виски было бы идеальным вариантом, но Рейнса вполне устраивало и так.
- Она забавная... - несколько отрешенно констатировал касательно медсестрички. Вообще, при других обстоятельствах, встреть он ее в баре, и наверняка вечер бы получил продолжение: Харуми была довольно симпатичной, даже при отсутствии третьего размера груди, но в текущей ситуации и у нее, и у него было чем заняться - Это врядли! - усмехнулся, пожалуй, впервые за последние часов четырнадцать в ответ на довольно громкое предположение отца Мии. Как ни крути, эта девчонка не походила на тех, кто западает на парней вроде Рейнса. К тому же, он же был "упертым иностранцем". А еще ему совершенно не хотелось лишний раз сверкать перед миленькой японкой своим обнаженным телом. Новая перевязка и правда была особо ни к чему. Он не истекал кровью настолько, чтобы первая успела полностью ей пропитаться.
Англоязычный жаргон в исполнении чопорного японца, казалось, только пол часа назад отложившего в сторону кейс со стопкой совершенно секретных коммерческих документов и покинувшего совет директоров, выглядел забавно. Совершенно не в тему, с небольшим акцентом, но...при этом как-то тепло и доверительно.
Рейнс поднял вопросительный взгляд на Наоторо, когда тот внезапно выдал тему совершенно с неба, но уже в следующую секунду включился,понимая о чем шла речь. И этот разговор уже разительно отличался от всего, сказанного ранее. Эль молча, продолжая слушать, прямо и внимательно смотря на отца Мии - его ритм-гитариста и друга, который находился сейчас всего на расстоянии нескольких метров выше через два этажа, и не мог видеть их и слышать. И почему-то музыканту сейчас казалось, что если бы он мог, то Наоторо не начинал бы этот разговор. Мужчина не говорил ничего особенного если посмотреть в масштабе. Похожие рассказы можно было услышать практически от любого пережившего катастрофу по телевизору...Вот только Эль впервые пережил ее вчера в реале, а сидящий напротив мужчина - несколькими годами ранее. И этот рассказ сейчас ощущался чем-то очень личным и невесомым, настолько, что его можно было спугнуть одним единственным неверно брошенным словом. Этаниэл слушал, почему-то невольно возникало ощущение того, как то, что говорил мужчина, похоже на его собственные эмоции, полностью завладевшие юношей за последние несколько часов. Он действительно хотел бы поменяться сейчас местами с Мием.
Рейнс краем глаза отмечает жест матери Миятору - то, ка кона накрывает кисть мужа своей рукой и слегка сжимает ее, успокаивающе, ободряюще. Это ощущение ему понятно и знакомо: Мий делает так же, когда видит, что его вокалист нервничает - на очередной церемонии награждения, или в ожидании результатов чарта, при проблемах с продакшеном во время саунд-чека...
Его собственные слова в исполнении Сайюри звучали...странно. Ругательство совершенно ей не шло, и еще, конечно, сказывался японский акцент, из-за чего реплика и вовсе резала слух.
- Я понял, что понятия не имею как с вами связаться, только когда мы оказались здесь. - парень невольно зацепился за фразу о том невозможности выяснить, в порядке ли твои родные после стихийного бедствия, хотя понимал, что мать Мии сейчас заговорила об этом вовсе не ему в укор.
Внезапно женщина поднимается с места и...объятия оказались совершенно неожиданными, слишком непредсказуемыми, близкими, слишком...просто во всем "слишком". Этаниэл невольно вздрогнул от неожиданности, когда всегда сдержанная Сайюри вдруг внезапно обняла его - совершенно чужого ей парня.
Он мог ответить ей, что если бы его не было с их сыном, их сына не было бы на той чертовой парковке, где их чуть не утопило, априори. Но не стал. Просто замер, невольно прислушиваясь к незнакомым ощущениям. Этаниэл редко позволял близкие  прикосновения по отношению к себе. Секс был не в счет - это были прикосновения совсем иного рода: страстные, животные, с единственно вложенными желаниями обладать и получить удовольствие. Совсем другие объятия. Эти же больше напоминали то, как обнимались они с парнями после удачного шоу, только...теплее, невесомее, непривычнее. Парень невольно внутренне сжался в комок, подсознательно боясь нарушить это что-то не до конца доступное его сознанию и тем самым обидеть ее.
- Нам...просто повезло вовремя забраться на ближайшую крышу. Оттуда нас подобрал вертолет. - пробормотал невнятно, теребя язычок на открытой банке кофе; с едва слышным щелчком тот не выдержал мучений, благополучно отвалившись от банки. Юноша действительно не считал, что сделал что-то особое для своего друга, заслуживающее сейчас благодарности его матери. Всего лишь логичные самые очевидные действия, чтобы выбраться. Так бы поступил любой на его месте.
Рейнс выпрямил спину, откладывая несчастную железку в сторону на стол и перестав, наконец, мучить ни в чем не повинную банку.
- У Вас... - парень поднял взгляд на Йокояму-старшего - ...есть сигарета?
Курить хотелось ужасно. Все эти гребаные несколько часов, но стрельнуть сигарету было решительно не у кого. Его собственная пачка почила где-то на дне затопленной теперь, наверное, до самого потолка подземной парковки.

+1

56

Наоторо конечно же заметил внимательный взгляд мальчишки на протяжении его рассказа. И ни разу не пожалел, даже наоборот, осознал, что поступил правильно, когда начала этот разговор. На самом деле – мужчина не планировал рассказывать что-то настолько личное. Он вообще даже не думал касаться этой темы. Просто пришлось к слову. А вот жест его супруги удивил даже его самого. Но, пожалуй, не так сильно, как Эля. Пришлось прятать невольную улыбку за банкой с кофе, настолько мальчишка выглядел ошарашенным и сбитым с толку.
Со словами Эля о том, что им «просто повезло» Наторо мог бы поспорить. До этого он как-то просто не задумывался над тем, что случилось с Миятору и его другом. Как они выбрались с парковки и как вообще оказались в больнице. Просто знал, что в клинику его сын уже был доставлен в бессознательном состоянии. Сейчас же, из коротких «признаний» мальчишки, Наоторо буквально по крупицам собирал и восстанавливал картинку, предшествующую происходящему сейчас. Куски бетона с потолка. Один, попавший по голове его сыну. «Я был рядом, но не успел оттолкнуть». И вот теперь еще – «просто повезло вовремя забраться на ближайшую крышу». В медицине Наоторо разбирался постольку, поскольку. Но даже его не очень уж больших знаний, в сочетании с диагнозом, который поставили сыну, хватило, чтобы понять – когда ребята выбиралась на крышу, его сын уже был без сознания. Иначе бы Миятору его и не потерял вовсе. Потеря сознания при сотрясении не откладывается. Даже на несколько десятков минут. А на крыше явно неоткуда взяться бетонным обломкам, способным проломить голову. И супруга его, говоря Элю, что и Миятору и им самим повезло, что тот находился рядом, вряд ли представляла, насколько сильно им всем повезло.
- Конечно. – кивнул на вопрос о сигарете. – Позволишь составить тебе компанию? – быстро переглянувшись с супругой, словно спрашивая у нее разрешение на отлучиться покурить, мужчина мягко ей улыбнулся, когда та ответила едва заметным кивком и такой же улыбкой. - Мы быстро. – поднявшись с места, чуть приобнял Сайюри за плечи, быстро коснувшись губами ее макушки, и вместе с Элем направился в сторону выхода из больницы. Не смотря на то, что в клинике была специальная комната для курения, сейчас мужчине хотелось на воздух.
- Что бы ты не думал, – Наторо открыл пачку сигарет, выбивая оттуда одну и протягивая вместе с пачкой мальчишке, после чего поднес взятой им сигарете зажигалку. - Нам действительно повезло, что ты был рядом с Мием.  - курили около парковки, в специально отведенном для этого месте. – Разреши задать тебе один вопрос? – не ждал, конечно, что Эль будет против, но и вот так вот с неба вопрос задать не мог. Слишком уж он был неожиданным. Даже для него самого. – Какие у вас на самом деле отношения с Миятору? – затянувшись, выпустил струйку дыма наверх, и чуть улыбнулся. – Так, как о тебе, и в таких количествах, он не говорил ни об одной девчонке, которые ему нравились в старшей школе или институте. И их тем более не приглашал их домой и не знакомил с нами. – снова улыбнулся, на этот раз шире и теплее. Хотя Наоторо и был в каком-то смысле консервативным японцем. И, пожалуй, если Эль сейчас подтвердит его мысли, его это действительно несколько шокирует… Тем не менее, мужчина будет рад, что его сын нашел своего человека. Такого, как когда-то стала для него самого Сайюри. – Не сочти меня противником подобных отношений. Или что я пытаюсь выпытать что-то за спиной своего сына. Но, учитывая наши разногласия, Миятору вряд ли мне расскажет. А мне бы хотелось знать, что мой сын… - на мгновенье запнулся, подбирая слова. – Нашел своего человека.
Что он ожидал услышать в ответ на свой вопрос мужчина не знал. Но определенно, не такой реакции он ждал. Сначала реакция мальчишки ошарашила. Секундой после заставила… тихо фыркнуть от сдерживаемого смеха. И широко улыбнуться. Иногда Наоторо забывал, насколько они еще дети. И его сын. И друг его сына. Глупые дети. Подростки, шагнувшие в пубертатный период. Разделяющие вот это вот «трахаемся» с какими-то более серьезными отношениями.
- Извини. – все еще улыбаясь, извинился за собственную, вероятно несколько неадекватную реакцию. – Это немного не то, о чем я спрашивал. Поверь, если бы Мий знакомил нас со всеми, с кем он трахается, - перешел на более понятный для Эля язык, - мы бы слегка охренели от того хоровода девиц и, вероятно, не только девиц, которые бы побывали у нас дома. – усмехнулся тихо, сделав еще одну затяжку. – Мне не важно, с кем спит мой сын на досуге. Это его личное дело, не имеющее ко мне никакого отношения. Но мне бы хотелось знать, с кем он… как это у вас сейчас называется? Встречается? – если говорить откровенно, Наоторо сейчас потерялся в терминах. Сказывалась разница в возрасте. И опыте. А ведь до этого он даже не задумывался над тем, какая пропасть в подобных отношениях лежит между ним и одногодками его сына. – Я, наверное, покажусь тебе динозавром в этом смысле, но я никогда не считал секс – основой отношений. Трахаться можно с кем угодно. Я тоже когда-то был в твоем возрасте. И, не подумай, что я хвастаюсь, но у меня был довольно обширный послужной список. – ухмыльнулся, стряхивая пепел с сигареты и снова затягиваясь. – А вот человек, с кем мне хотелось не только трахаться, оказался одним единственным. И наши отношения начались совсем не с секса. Хотя, с совру, если скажу, что мне не хотелось. Но в тот момент это вдруг оказалось далеко не главным. Поэтому – нет. Я не спрашиваю – трахаетесь ли вы на досуге. Я спрашиваю, выражаясь вашим языком, стоит ли мне надеется, что когда-нибудь мой сын познакомит меня со своей невестой или смириться с тем, что у меня не будет внуков.

[nick]Yokoyama Naotoro[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c849424/v849424019/b2f7a/WC3yTmjU44o.jpg[/icon][status]50 y.o.[/status][zvan]Папа Мии[/zvan]

Отредактировано Miyatoru Yokoyama (Вт, 27 Ноя 2018 00:41:33)

+1

57

Откровенно говоря, на компанию Рейнс совершенно не рассчитывал. Тем более, на такую. Парню сейчас вообще хотелось свалить куда-нибудь в спокойный угол на пару-тройку минут и просто перевести дыхание. Еще лучше, если это дыхание можно будет перевести табачным дымом, а не свежим воздухом, но...реальность вносила свои коррективы. В целом, Рейнс был не за, но и не против компании на перекур. Молча кивнув головой Наоторо, парень поднялся с места, несколько неловко улыбнувшись миссис Йокояма и направляясь к выходу. Еда и теперь успевший совершенно остыть кофе так и остались стоять на столе. Если откровенно, сейчас у Эля просто как-то не было аппетита.
На улице было прохладно. Все еще. Его подранная майка давно высохла, чего нельзя было сказать о все еще влажных джинсах. Сейчас, под ночным прохладным ветром неприятное соприкосновение холодной мокрой ткани облегающих джинсов с кожей ощущалось острее.
Чуть поодаль от корпуса на небольшой площадке стояло еще человека четыре: ни одного сотрудника медперсонала, хотя, вероятнее всего, обычно эта зона использовалась и была оборудована именно для них. Все сейчас были слишком заняты, и на перекуры просто не было времени. Город, между тем, утопая в почти полной темноте вдалеке и все еще мерцая разноцветными огнями ближе, и не собирался засыпать. То тут то там слышались завывания сирен: продолжалась ликвидация завалов и поиск выживших. Каменная махина, застроенная бетонными коробками и традиционными маленькими домишками, вымощенная асфальтом, изобилующая красивыми тропическими морскими пейзажами, старательно зализывала нанесенные им раны.
Эль взял из протянутой пачки Йокоямы-старшего сигарету, на автомате привычно заложив одну за ухо и засовывая в рот вторую; кивнул в знак благодарности, поджигая и с удовольствием затягиваясь. Медленно, глубоко, на пару секунд прикрывая глаза. Приятный терпкий аромат действовал успокаивающе.
- Мм? - парень вынырнул обратно в реальность, услышав адресованный ему вопрос.
А вот уже сам, собственно, вопрос заставил юношу нахмуриться - сначала из-за некоторого непонимания, что именно отец Миятору имел ввиду, а затем уже...от осознания того, о чем мужчина спрашивал.
- В смысле? - не особенно вежливым и не особенно довольным тоном переспросил Эль, нервно стряхнув пепел с сигареты на асфальт.
В первую секунду он еще был готов поверить, что у Наоторо Йокояма просто юмор такой, неординарный. Но...выражение его лица, совершенно серьезное и спокойное, а особенно прямой уверенный взгляд, без единой искры юмора, говорили об обратном.
- Стоп..Стооп-стоп! Ты..Вы на что намекаете? Мы не трахаемся на досуге! Мать твою, да у нас просто...черт, мы в одной группе и...Короче, мы не спим друг с другом!! - раздраженно выпалил Эль, смотря сейчас на отца Мии как на негра из ближайшей колонии, предложившего отсосать ему за двадцатку.
Теперь он усмехался. И эта реакция была еще более странной. Рейнс продолжал смотреть на мужчину с немым вопрос, тем не менее, явно читающимся в его пристальном взгляде: "Папаня, ты здоров вообще?!"
- Ну-у, тогда вам можно быть спокойными на тему наличия внуков, разве нет? - теперь уже фыркнул в усмешке сам Эль. Реально, парень совсем не исключал, что по миру после всех их турне, у каждого могло подрастать как минимум по одному отпрыску, о существовании которых музыканты просто не знали.
Наоторо постарался придать своему вопросу больше смысла, уточнив детали. Стало еще непонятнее и страннее.
- В смысле, встречаемся ли мы с Мией? Вот в плане, как наш Алекс, водим друг друга за ручку в кафе и дарим гребаные розы? - изломанная бровь вопросительно изогнулась; Рейнс подавил усмешку, невольно представив эту картину в деталях - Встречаемся конечно! Каждый день в студии. Я ему даже иногда гитару держу! Честное слово! - искренне рассмеявшись, Этаниэл, наконец, впервые за почти сутки позволил себе немного внутренне расслабиться.
- Я понятия не имею, если честно. - пожал плечами вокалист - Мы как-то не обсуждали эту тему. Да, девчонки у него были, вполне себе так...В общем, глядя на телку, я почти наверняка мог бы сказать, понравится она Мие, или нет. Но вот на тему семьи и прочих планов... Лучше вам у него самого спросить. Я правда не в курсе. Я вообще от этого всего...далек. Для меня семья - это моя группа. Для Мии - буду рад, если это тоже так. Семья же может быть не одна, да? - бросил на мужчину беглый вопросительный взгляд, делая очередную затяжку.
разговор был странным. Этаниэл ощущал себя в этой теме настолько же "уверенно", как если бы они обсуждали строение ядерного коллайдера и проблему взаимодействия сложных эзотопов. Что бы это не значило.

+1

58

Мальчишка продолжает забавлять. Заставляя сначала два заметно улыбаться, а после – и вовсе рассмеяться, отвечая на смех Эля таким же искренним смехом. Наверное, если бы этот разговор состоялся лет десять-пятнадцать назад, реакция Наоторо была бы совершенно другой. Вряд ли бы слова друга его сына вызвали у него смех. Едва ли – улыбку. Пацан бы просто отхватил подзатыльник за неуважение. Наоторо когда-то был довольно принципиальным и строгим в отношении общения младшего поколения со старшим. Сейчас же он просто не обращает внимание на это невольное «ты», впрочем, тут же исправленное на «вы», в разговоре. Словно пропускает его мимо ушей. А этот подростковый и совершенно неприемлемый, как мужчина думал много дцать лет назад, сейчас просто забавляет. Только вот, похоже, Эль и в этот раз понял вопрос мужчины неправильно.
- Эль, я не пытаюсь выведать через тебя подробности личной жизни моего сына. – мужчина усмехается, сбрасывая пепел с сигареты и делая еще одну затяжку. – Я имел в виду несколько иное. Но, видимо, стал уже совсем древним старцем, если не могу донести свои мысли до современных подростков, да? – еще одна усмешка, в этот раз адресованная уже самому себе. Когда Наоторо был молод, все было совершенно по-другому. Даже это самое пресловутое «встречаться». Похоже, ему стоит чаще общаться с молодежью, иначе оперировать современными понятиями станет совсем уж тяжко. Что, к слову, непозволительно для юриста. – Выражаясь твоими словами, я хотел знать – не могли ли так получиться, что ты можешь оказаться той самой телкой, которая понравится Мие. – чуть прищурился, гадая, вызовут ли эти его слова такую же бурную реакцию, но все ж поспешил продолжить. – Но я уж вижу, что это не так. Извини. – чуть улыбнулся, извиняясь сейчас и за «телку» и за подобное предположение. Возможно, это самое «извини» могло бы показаться странным, но сам мужчина не видел в этом ничего такого. С другой стороны – был бы сейчас на месте Эля какой-то совершенно посторонний и настолько же наглый и хамоватый парень, вряд ли бы он дождался каких бы то ни было извини. Эль же, хоть и был для Наоторо таким же посторонним, был родным для его сына. А если это так, мужчина был совершенно не против принять мальчишку в тот круг людей, которые заслуживали особенного отношения с его стороны.
- Если человеку повезет – семья действительно может быть не одна. – чуть улыбнулся, отвечая на, казалось бы, риторический, но все же вопрос. – Если ему повезет еще больше – рядом с ни будет одна большая семья из всех небезразличных ему людей. Я не знаю, считает ли Мий вашу группу своей семьей. Но одно могу сказать точно – ты в число тех людей, кого он таковыми считает, определенно входишь. Так что – добро пожаловать в дурдом. – Наоторо чуть усмехнулся, но совершенно беззлобно и даже отчасти ласково. Он прекрасно помнил, каким упорным и упертым может быть его сын. И как он умеет выносить мозг людям, которые ему дороги. Так что мальчишке, пожалуй, стоило немного посочувствовать.
- Пойдем. - затушив сигарету и дождавшись, когда Эль сделает то же самое, мужчина мягко подтолкнул его в сторону входа в больницу, прижав ладонь в его спин между лопаток. – Тут холодно. Ты дрожишь, как чихуа-хуа и у тебя уже губы под цвет твоих синяков. Если ты заболеешь, мой сын оторвет мне голову за то, что не проследил.
Вернувшись в больницу и поднявшись на нужный этаж, мужчина остановился у входа в отделение, чтобы принять входящий вызов. Звонил его ассистента, подтвердить, что отменил все встречи, назначенные на завтра.  И забронировал номер в гостинице, находящейся неподалеку от больницы. Мужчине нравился этот парень. И, взяв его на работу в качестве своего ассистента, Наоторо наконец-то смог немного расслабиться, будучи уверенным, что может доверить ему любое дело. В любое время суток. Разумеется, мужчина никогда н нагружал парня сверхурочной работой. Вот и сегодня, когда отправлял ему письмо с просьбой отменить все встречи, Наоторо ждал, что парень займется этим завтра утром. Но тот отреагировал практически мгновенно. И даже сам предложил забронировать норм в гостинице. Сам же Наоторо, признаться честно, об этой необходимости просто забыл.
В отделение Наоторо вернулся минут через десять после Эля, перекинув через согнутую в локте руку раздобытый у медсестры плед. Хоть мужчина не боялся получить головомойку от сына, ему самому не хотелось, чтобы его друг заболел. Сыграли отеческие инстинкты. Сайюри дожидалась его в коридоре, «уступив» возможность находиться рядом с их сыном в палате Элю.
- Акира забронировал нам номер в гостинице. – возможно, решение покинуть сейчас больницу отдавало холодностью и эгоизмом, но мужчина считал, что не стоит торчать тут всей толпой. Они придут завтра утром. К тому же, сына они оставляли в довольно хороших руках. – Я только скажу Элю, что мы уходим. И оставлю ему номер для связи.
Впрочем, оставил мужчина не только номер. На вырванном из небольшого блокнота листке он нацарапал номера их с Сайюри сотовых телефонов, номер и адрес гостиницы. И даже краткое руководство, как пользоваться больничным телефоном. Вытащив из кармана пачку сигарет, Наоторо оставил несколько купюр под целлофановой оболочкой. Забрав у Сайюри небольшой пакет, в котором были нетронутые Элем онигири и несколько банок с кофе, улыбнулся ей и зашел в палату.
В палате царили тишина и полумрак. Шторки, разделяющие койки пациентов, были задернуты. Мужчина направился к дальней кровати у окна, на которой лежал его сын, и тихо убрав шторку в сторону, чуть улыбнулся обернувшемуся на этот звук Элю.
- Мы с Сайюри отъедем в гостиницу до утра. Тебе предлагать сделать тоже самое, я так понимаю, бесполезно? – вопрос был, в общем-то, риторический. – Здесь – наши мобильные номера и номер и адрес гостиницы. – передал бумажку Элю, пачку сигарет с запрятанными в нее деньгами тоже всучил парню в руки. И, раскрыв плед, накинул его на плечи мальчишки. – Если что – звони. Как пользоваться аппаратом в холле, я расписал. Я пока не знаю номера нашего номера, но персонал гостиницы говорит на английском. Если позвонишь на ресепшн, тебя соединят. Мы вернемся завтра утром. - наклонился над все еще пребывающим без сознания сыном, и погладил его по голове. – До завтра, Мий. – колебался всего секунду, но все же решил не обращать внимание на присутствие Эля в палате и мягко коснулся губами его, сына, виска. – вновь обернувшись к Элю, улыбнулся ему. - Позаботься о нашем сыне. И о себе не забывай, пожалуйста. – легко потрепал мальчишку по волосам, передал ему пакет с онигири и кофе и покинул палату.

[nick]Yokoyama Naotoro[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c849424/v849424019/b2f7a/WC3yTmjU44o.jpg[/icon][status]50 y.o.[/status][zvan]Папа Мии[/zvan]

+1

59

Просветление наступило не сразу. Далеко не сразу. И, пожалуй, Мий впервые бродил по своему подсознанию, словно перемещаясь по разнообразным параллельным мирам. Последнее, что он запомнил перед тем, как его накрыла темнота – затопленная темнота и новый подземный толчок. Крепкое плечо Эля под рукой и так и никуда не девшийся страх. Не за себя. За того, кто находился сейчас рядом. Поэтому все блуждание в подсознании сводилось к одному и тому же итогу – у него не получилось вытащить Эля. Хотя, стоит отметить, что это самое подсознание обладало довольно специфическим юмором, черным. И просто потрясающей фантазией. Там, в этих параллельных мирах, что расплодились в его едва не проломленной голове, его друг и вокалист умирал тысячью и одним способом. И варианты «Эль утонул» или «Элю проломило голову бетонной глыбой» были далеко не самые оригинальные. А еще на протяжении всех странствий Мия преследовало чувство вины. Это он затащил Эля в Японию. Он убедил его, что им совершенно необходимо покататься на серфинге. Он привез парня на Окинаву. И он ничего не смог сделать, когда на земле разверзся ад. Не помог. Не защитил. И ко всему прочему еще и бросил, свалив в полнейшую бессознанку. И это кровавое пятно, расплывшееся по элевской футболке, пока он пытался поднять бетонную плиту и освободить его, Миятору, преследовало парня почти в каждом из его параллельных миров.
Наконец наступившее просветление, оно же пробуждение, наступило резко и… болезненно. И Мий  бы подскочил на кровати, если бы не тут же обрушившаяся на него головная боль, стоило только сознанию вернуться в тело.
Первые несколько секунд парень пытался отдышаться и проморгаться. Второй десяток секунд – понять, где он находится. За коном постепенно начинало светать. Лучи просыпающегося солнца проникали в палату сквозь опущенные жалюзи, окрашивая стены и потолок в бледно-оранжевый цвет. И, по всей вероятности, именно эта цветовая гамма и не давала Миятору не малейшего шанса определить его местопребывания, как больницу. И лишь когда парень чуть повернул голову, ловя взглядом знакомую черную макушку, он смог наконец-то выдохнуть. Похоже, он в больнице. Но это не точно. Зато с Элем – точно все в порядке. Миятору показалось, что он даже слышит его тихое дыхание. Тихо выдохнув и облизнув пересохшие губы, Мий поднял руку, мягко погладив своего вокалиста по волосам. И улыбнулся, когда тот вдруг резко поднял голову, и Миятору поймал сонный взгляд своим.
- Привет. – произнес тихо, улыбнувшись, и вновь провел ладонью по волосам мальчишки, пытаясь уложить топорщащиеся пряди. – Выглядишь забавно. Но вот Джесс бы не оценила.

+1

60

Эль слушал Наотору внимательно, чуть нахмурив брови и искренне пытаясь понять, чем могли быть вызваны подобные, на его взгляд, довольно бредовые выводы. Своего сына ангелом он не считал - уже хорошо, но в остальном...открывался какой-то бескрайний темный лес. Отец его ритм-гитариста вдруг стал извиняться. Это было понятно Элю только отчасти: рассказывая о своей культуре, Мий упоминал, что японца свойственно в любом косяке в первую очередь повесить вину на себя. Даже без вины как таковой. Вот только Йокояма-старший сейчас делал это, не подозревая, что у него просто не было шансов столкнуться с адекватным восприятием его вопросов со стороны переломанной психики Рейнса. Откуда мужчине было знать, что его собеседнику были недоступны понятия романтических чувств, привязанностей и эмоций, да и взаимоотношений в общепринятом понимании как таковые? Для Этаниэла по большому счету не существовало полутонов или нюансов. Для него было всего три возможных варианта межличностных отношений: секс, готовность драться до крови за тех, кто ему дорог, и с кем он куда реже занимался сексом, и появившееся не так давно, и все еще наименее понятное парню чувство спокойствия и защищенности, какого-то ментального взаимопонимания понимания без слов, которое он испытывал, находясь рядом с Миятору. Определение "встречаетесь" не подходило ни к одному из трех. Любовь у Эля была равнозначна отличным страстным потрахушкам - это же так все называют, так с хрена ли выдумывать что-то еще? Если Мию нравилась телка, у них обычно, и логично, был страстный и возможно даже не однократный секс. Так что...нет. Снова выходило, что телочкой для Мии он быть никак не может.
Молча утвердительно кивнув отцу Миятору, Эль сделал очередную глубокую затяжку. Движения парня и его поза в целом, на языке жестов давали понять, что вспыхнувшее искрой раздражение, как это обычно с ним и бывало, так же быстро сошло на нет.
- Еще неизвестно, чей дурдом круче! - усмехнулся в ответ Эль; в темное зубы парня казались неестественно белоснежными, музыкант в очередной раз поднес к губам сигарету - руки и пальцы дрожали, татуировки на них выделялись сейчас темными отчетливыми пятнами и изгибами узоров - даже те из них, что были цветными.
- Когда-нибудь мы выпустим туровый видеодневник, и у вас с миссис Йокояма будет возможность увидеть весь треш!
Эль и сам пока что не знал, что именно испытывал, услышав о том, что, по мнению, отца своего ритмиста, он точно входил в их семью. Скорее, что-то странное и незнакомое, но напоминающее ощущение, когда заходишь с холода в отапливаемую комнату, и становится как-то...лучше.
Рядом с Элем была его группа, и эти парни успели стать для него семьей. Выходит, ему повезло.
- Да все ок...холод для меня не вновинку. - отозвался Рейнс, впрочем, тут же поймав себя на мысли, что не стоило: пробивающий его тремор действительно стоило списать на холод: это бы выглядело довольно логично. Тем более, что подойти к той же Харуми со словами: "Эй, у тебя случайно не завалялось чего-нибудь из того, чем пичкают нариков на реабилитации?" в ближайшие несколько часов он точно не сможет. Таблетки были в отеле. Вопрос, был ли еще на месте их отель. Они остановились не так далеко от береговой линии, и если здание располагалось с той стороны, откуда шла волна...то он был в конкретной жопе. Впрочем, парень предпочел сейчас об этом не думать.
Поднявшись следом за отцом Йокояма, Рейнс молча кивнул ему, когда мужчина был вынужден ответить на звонок, и продолжил свой путь в палату. туда же, впрочем, несколькими минутами позже вошел и сам Йокояма-старший, передав...кучу всего, и номер для связи, что называется, до кучи.
Этаниэл растерянно смотрел на переданные продукты и...откровенно говоря, не знал, как реагировать. В голове парня сейчас роилась тысяча и одна мысль о том, как будет "правильно".
- Спа...спасибо. Я...верну. - невольно отведя взгляд, юноша кивнул головой на сигареты и прочее, правда, заметив свернутые купюры, когда спина мужчины уже скрылась в дверном проеме. Тратить их, впрочем, парень в любом случае не собирался. Спросить, точно ли в норме, что он торчит здесь, а они - родная семья Мии - собираются уехать, парень попросту не успел. Но, наверное, супругам и правда нужно было передохнуть после перелета и стресса. Наверняка, они переживали все это совсем иначе, нежели он. Так, как переживает только семья.
Эль сложил пакет с провизией в угол, натянув плед повыше на плечи. Было странно: она был никем для этих, казавшихся ему раньше, ужасно строгими и  авторитарными, людей, но они относились к нему...как к своему. Ничего не требуя взамен. Просто потому что он был другом их сына. Им было не важно все остальное, даже не смотря на то, что отец Мии теперь знал, что у Этаниэла не было ни достойного образования, ни особых талантов. Не смотря на то, что ему по сути, нечем было ответиьт на их заботу. Все это пока еще с трудом укладывалось в восприятие Рейнса.
Эль проследил за тем, как отец чмокнул Мию, с нескрываемым любопытством и неосознанно ответил ему неуверенной, сдержанной улыбкой. Почему-то где-то внутри проскользнуло какое-то странное ощущение, похожее на то, когда ты, кажется, вроде бы слышал эту мелодию где-то, но никак не можешь вспомнить, ни точных нот, ни слов...А еще почему-то казалось, что если он вспомнит, случится что-то плохое. И от этого где-то глубоко внутри на мгновение стало страшно. Так же страшно, как когда ему снится эта гребаная незнакомка с мертвыми бледными глазами  - какого дьявола он вообще сейчас о ней вспомнил?! Скорее всего, все эти бредовые ощущения были вызваны банальной усталостью...
- Ты просто обязан проснуться до того, ка кони приедут снова - усек? - обратился Рейнс к все еще неподвижно лежащем на кровати другу - Потому что я не найду что им сказать! И почти уверен, что твоя мама принесет кофе. Черт!...Знаешь, как это дохрена неловко, когда она каждый раз приносит мне кофе?! - вздохнув и поправив небрежным жестом упавшую на лоб Мии прядь волос, Этаниэл закутался в одеяло получше, прислонившись спиной к стене и прикрывая глаза. Как ему показалось, всего на мгновение...
Внезапное прикосновение к волосам вызвало в сознании первым образ симпатичной японской мед-сестры. Скорее всего, она добралась по его душу за то, что он так и не явился на перевязку, но...Завершить и оформить эту мысль в собственном сознании Эль просто не успел, столкнувшись взглядом с...Миятору.
- Черт тебя  дери!... - выдохнул фронт-мен, не смотря на содержание фразы, с нескрываемым облегчением и искренней улыбкой - Наконец-то!... - парень ткнулся лбом в плечо друга, крепко сжав его руку и отпуская даже несколько неохотно.
- Как ты? Нужно твоему врачу сказать...И твоим предкам! Они прилетели сюда еще ночью, но пока отъехали в отель. 

0


Вы здесь » inside » кинозал » Там, где восходит солнце


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC