Добро пожаловать!

Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шоре! На календаре май 2018 года. Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21).


INSIDE: путеводитель!
БЮРО ИНФОРМАТОРОВ
Справочное бюро: семейное!

О, счастливчик!

Сайд - это место, по которому я успел соскучиться всего лишь за неделю отсутствия. Это милая моя Ромашка, дорогая сердце бывшая женушка, трепетная и везде успевающая Грейс, а так же нечто, что храниться глубже. Это и атмосфера, которая присутствует здесь круглосуточно. Заходи в любое время, прекрасное утро от первой леди, на пары и учебу с Лили, а вечером успевай только в темы флуда заглядывать. И даже если опоздал, обязательно найдётся кто-нибудь блукающий, как и ты, ночью у холодильника или игровой. Потому что Сайде - это дом. Сайд - это семья. Спасибо вам!

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » столовая » Сказка на ночь


Сказка на ночь

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://i.pinimg.com/564x/1c/f4/74/1cf474518159ac7a31e22706c142a131.jpg
Сказка на ночь
22  января |  Лейк Шор,  дом Люка |  Люк, Джеф

Говорят, что все беды от женщин. Ерунда. Все беды от того, что кто-то подумал и сказал: "Любопытно. А что если..." И размер беды, обычно, прямо пропорционален количеству любопытствующих.

0

2

День выдался на удивление простым и где-то даже приятным. После такого дня можно было с чистой совестью плеснуть вина, устроиться в кресле, вытянуть ноги к огню, открыть давно откладываемую книгу и на час-другой погрузиться в совсем иной мир. К этому, обычно, еще прилагалась хорошая музыка и выключенный телефон. Кстати. Люк отправился на прогулку по всему дому, собирая на ходу все то, что нужно зарядить. Когда-то студенты подарили ему универсальную зарядку, и по мере продвижения по комнатам, она начинала напоминать космическую станцию. Что поделать, даже плееров у него было четыре штуки. В надежде, что с утра хоть один окажется рабочим. А еще были наушники, планшетка. В общем, футуристический еж, присосавшийся к розетке. К тому же, расслабляться было еще рано. Он ждал гостя, который предупредил, что может припоздниться.
Утренняя встреча оставила что-то вроде привкуса охотничьего азарта. Когда ты учуял добычу, подманил, и теперь ждешь, что она вот-вот попадется в сети. Главное тут было не спугнуть. Для встречи что-то готовить специально было не нужно, студия всегда была доступна для использования. Аппаратуру ребята налаживали и калибровали регулярно, программа записи запущена и проверена. Люк даже заготовил на всякий случай бутылку вина и виски, в зависимости от того, что предпочтет гость для расслабления. Если предпочтет. Белое вино исключалось, потому что холодно могло сильно повлиять на связки. а в остальном, он готов был предоставить гостю чай, кофе, хоть кока-колу, но сильно сомневался, что Лэндон вдруг ее попросит.
Старый дом, оставшийся от бабки, он перестроил не так сильно, разве что расширив ванную и добавив техники на кухню. В этой части города народ жил относительно зажиточно, но не так, чтобы богато. Болотистая почва делала невозможным капитальное строительство, а потому земля был относительно дешева. Невысокие одноэтажные домики стояли вольно, чтобы поговорить с соседом требовалось изрядно повышать голос.  Что изрядно удешевило создание комнаты для звукозаписи - не пришлось сильно тратиться на звукоизоляцию. Главное, после десяти не врубать аппаратуру на всю мощь. К тому же, тут, в основном, жили люди интеллигентные: медики, профессура из университета, слегка разбогатевшие менеджеры среднего звена. Поэтому к тому, что в доме поселился сумасшедший ученый, относились даже с юмором, как к местной достопримечательности. Жизнь, по сути, так скучна, а тут хоть какое-то развлечение.
Сейчас в округ было уже тихо, народ неспешно разошелся по домам, смотреть вечерние новости и ужинать в семейном кругу. Люк поправил несколько фотографий, стоявших на крышке рояля. Родители, устроившиеся в гамаке у себя на террасе. Брат в обнимку с обожаемой виолончелью после выступления на конкурсе. Старая фотография бабушки с вручения диплома почетной медсестры. Смеющаяся Пейшенс. Изрядная часть жизни в десятке картинок.  И сел за инструмент. Пальцы машинально перебирали аккорды. А он обдумывал прошедший день. Нужно было написать рецензию на работу, чего он бы по ряду причин предпочел бы не делать. Нужно было отредактировать автореферат для группы и отправить его организаторам конференции. Нужно было позвонить родителям и узнать, как там мать. Фортепиано отзывалось перекатами нот, негодовало вместе с ним, сложным стаккато вторило мыслям, неуверенно добавляло диез, а потом уносило мысли прочь, отвлекало, коварно нашептывало, что об этом можно подумать потом.  Потому что сидя за инструментом, думать можно только о музыке.

Отредактировано Luke Fresson (Пн, 14 Май 2018 01:58:56)

+1

3

День второй. Следовало бы сказать – «день третий», но на самом деле – второй. Самый первый день, день приезда – он как порог, на который ступаешь в раздумьях пойти ли вперед или вернуться, не тревожить покой тех, кто за этим порогом. И – свой собственный. И вот порог пройден, ботинки мягко ступают по полу, а ты начинаешь прислушиваться – не скрипнет ли где пол, не распахнет ли дверь, не стукнет ли створка окна. именно тогда и начинается настоящая, кропотливая работа. Безусловно, в «горячее» время, когда на счету каждая минута, все строится по-другому – и взаимодействия, и оценки, и выводы. Даже движения, тем более – мысли, и те становятся другими. Но – только когда идет своеобразная игра на выживание между правоохранительными органами и преступником. То есть – не в нынешней ситуации.
Итак, день второй. Звучит либо слишком приземленно, напоминая дневниковые записи о каких-либо поездках или приключениях или подростковые, скорее даже девчачьи записки о «крайне важных событиях в жизни». Либо – пафосно, отбрасывая флер намеков о Церкви, Творении и пропитываясь тонким сладковатым запахом ладана и свечного воска.
Какими бы ни были ассоциации – возможно, совсем третьими, но – день второй всегда являлся не самым простым. Если в первые дни происходило приглядывание друг к другу, попытки присмотреться, осознать, как именно лучше всего строить работу, то – день второй выявлял все противоречия, возникшие из-за явления «сверху». Безусловно, если из центра приезжали по призыву местных, отношение почти всегда было если не прекрасным, зачастую – как к спасителям, то самостоятельное явление с кучей проблем в папках вызывало зачастую далеко не дружеские чувства. И – безусловно – попытки прощупать нежданного гостя и показать, кто тут главный кулик в болоте.
Так что день второй Джефф предпочитал проводить в «поле», в максимальной узкой компании.
Первое место преступления, разделенные на двоих так кстати заказанные в «Солонке» блинчики, второе место преступление, их тщательное изучение, попытки прислушаться к себе и ко всему вокруг и найти ту струну, что отзовется мелодичным звоном и обозначит – вот оно. Вот то, что ищется. Чувствуется, нащупывается.
Звучит довольно сомнительно. Даже претенциозно. Но – Джефф без этого не мог. Не сказать, что не умел, но – не мог. Чтобы представить себе другого человека, необходимо видеть его глазами, дышать тем же воздухом, чувствовать те же запахи. Касаться тех же вещей.
Видеть его глазами.
Присесть около пропитавшейся кровью земли, пусть даже за прошедшее время все смыло дождями, и – почувствовать, понять, важно ли было, что старушка умерла в процессе или нет. Остановило или подхлестнуло? Добился, получил то, что требовалось? Или нет?
Касаясь влажной почвы, почувствовать, как под пальцами перекатывается сухая земля – в тот день не было дождя, представить, как все происходило. Выла ли подыхающая собака? Или безмолвно окончила свои дни? Что сказала старушка? Почему она пришла сюда? Сама? Или нет?
Пройтись несколько раз по дому, вокруг него, по улице…
Подобный осмотр занимал всегда немало времени, так что – неудивительно, что завершился уже далеко после ланча. После – занести все заметки, пообщаться, выслушать все, что смогли найти с учетом привезенной им информации и рассматривая дела с новой точки зрения.
Неудивительно, что рано освободиться не удалось. Джефф и не рассчитывал.
Хлопнула дверца такси, и машина умчалась, оставляя его в полутьме расцветающего теплого вечера, забирая с собой звуки города – вечный шум машин, толпы, техники и суеты, и – оставляя в необычной тишине. В которую вплетались звуки мелодии, стремящейся что-то донести миру. Остановившись на крыльце, Джефф замер, невольно прислушиваясь к переливам, точно волны неспокойного моря, льющимся из фортепьяно.
После подобного дня следовало бы вернуться к себе, все еще раз систематизировать, разложить по полочкам, навесить бирки и ярлыки – словом, сделать все то, о чем так прекрасно и многогранно вещают многочисленные сериалы о работе копов и ФБР-ровцев. Только – у Джеффа подобное не работало. Ему не требовалось бессмысленно в очередной раз долбиться в ворох собранных фактов. Скорее – наоборот. Следовало оставить их в покое, отлежаться, чтобы после – вытащить как фокусник кролика из шляпы – в виде готовой теории, появившейся якобы из ниоткуда.
Так что – вечер, позволящий забыть о текущем расследовании, он являлся именно тем, что требовалось. И – Джефф не сомневался, что по-настоящему сможет отвлечься, абстрагироваться на один вечер и – желательно ¬– на ночь от веера фотографий, почти никогда не оставляющих его, пока расследование не будет закрыто.
Странно, но – Джефф не узнавал мелодию. О нет, он никогда не числил себя знатоком музыки, всего лишь – ценителем. Однако образование почти всегда позволяло вычленять хотя бы смутные ассоциации. Теперь же – он словно окунулся во владеющие кем-то чувства, зачастую называемые сиюминутными. Джеффу никогда не импонировало подобное название, даже скорее пренебрежительный ярлык, ведь все, даже мгновенная вспышка радости или злости, любви или ненависти, ласковости или брезгливости – все они и формировали состояние человека. Так что – не существует никаких сиюминутных или «настоящих» чувств и желаний. Они либо есть – либо нет.
Здесь – были.
И стук в дверь раздался только после того, как мелодия стихла.

+1

4

В его семье владеть каким-либо инструментом считалось так же естественно и обязательно, как и умение говорить. Нет, даже дышать. Потому что играть можно было и молча. Поэтому, Люк умел. Не любил, но умел. Впрочем, "не любил" несколько не соответствовало действительности. Как ни странно, ему нравились гаммы, но играть по нотам он терпеть не мог. Поэтому его обучение сопровождалось извечным взаимным раздражением, обидами со стороны матери, недоуменным молчанием отца и легким злорадством со стороны брата. Люк предпочитал то, что все прочие называли импровизацией. То, что для него было просто переложением мыслей в некую иную форму. Впрочем, он никогда и не играл никому. Это касалось только его, и никого более. Даже Пейшенс... Нет, это было прошлое, давно отжитое, обдуманное и озвученное. Но такая игра принадлежала лично ему. И обычно Люк садился за инструмент только тогда, когда оставался в одиночестве. Впрочем, для аудитории мог и сыграть что-нибудь из классики.
Он провел пальцами по прохладному глянцу клавиш, прежде чем встать и пойти открывать гостю. Невольно бросив взгляд на часы, удивился тому, что и не заметил, как пролетело время. И мягко беззвучно опустил крышку, закрывая инструмент.
- Добрый вечер, - Люк кивнул, приветствуя гостя, - проходите.
Особо разбежаться в его доме было некуда, от входа, практически, можно было обозреть весь дом целиком. Так что он просто посторонился, фактически отступив на кухню и предоставляя гостю право располагаться в гостиной так, как ему будет удобно.
- Для записи все, конечно, готово, но полагаю, что вы не откажитесь чуть передохнуть? Или - дело - в первую очередь?
Лэндон вполне мог предпочесть как можно быстрее закончить визит, только приняв участие в эксперименте. К тому же, был еще обещанный ужин. Люди иногда бывали непредсказуемы.

0

5

– Добрый вечер, – улыбнулся Джефф, переступая через порог гостеприимно распахнутой двери.
От дома оставалось теплое ощущение. Бывает, заходишь в какое-нибудь помещение и – словно окутывает мертвой пустотой. Подобное встречается в офисных зданиях, особенно – в огромных муравейниках, где люди низведены до состояния винтиков в огромной машине, не вызывающие ни единого желания хоть как-то убрать обезличивание и нивелирование личности, и – в старых, пустых домах. Особенно, если в них произошло преступление.
Дом Люка Фрессона чувствовался совершенно другим. Он не был наполнен запахами вкусной еды, детскими голосами и прочими якобы необходимыми атрибутами счастливых семей. Да и семьей профессор не был обременен – Джефф выкроил время не только изучить договор, отличавшийся типовыми стандартными фразами всех официальных документов, вязнущими на зубах и оставляющими оскомину, но и заглянул на сайт университета. Ознакомиться с краткой выжимкой биографии одного из преподавателей. Даже если учитывать особенность подобных статей, долженствующих оставлять ощущение "Приходите к нам учиться", достижения впечатляли.
Однако дом был живым и обитаемым, хоть и чувствовался жилищем холостяка.
– Все зависит от состояния, в котором я Вам требуюсь. Для записи, – небольшая заминка лишь подчеркнула улыбку и благоприятное состояние Джеффа, подвернувшегося через пару шагов к хозяину дома и замершего, заложив руки в карманы.
Убийства остались за порогом дома терпеливо дожидаться того, кто раскроет их загадку.

+1

6

Люк улыбнулся и кивнул. Как-то так он и предполагал. День его гостя был долгим и явно многотрудным. К восьми вечера освобождались только трудоголики и те, у кого были очень срочные дела. Впрочем, одно другому, обычно не мешало, мирно уживаясь в одном человеке.   Так что было вполне естественно, что Лэндон едет не столько работать, сколько отдыхать. Для большинства участие в таких записях было именно что развлечением. Люка это нисколько не задевало. Наоборот. Все равно проще было взаимодействовать с человеком, прибывающем в состоянии покоя. Так что спиртное он заранее готовил не зря. Не еду, потому что он обещал поход за ужином. Но мелкой закуской озаботился.
- Мне довольно, чтобы речь была более-менее внятной, а там... - он неопределенно взмахнул рукой и безмятежно пожал плечами, - У меня есть очень удобное кресло, так что можете даже не стоять на ногах.
Он махнул рукой в сторону камина, перед которым и расположилось упомянутое кресло. Это не было шуткой, записывающую аппаратуру в крайнем случае можно было принести и сюда, в этом не было ничего особо сложного. Да, потом придется почистить запись, но это было не особенно сложно.
- Есть вино, есть виски. Я не очень разбираюсь в спиртном, но меня заверили, что это - лучшие образцы калифорнийских виноделен и вискикурен, - в голосе Люка явно звучало сомнение. Сам он ничего крепче вина, обычно, не пил, но поддержать компанию был способен.
- Проходите, не стойте.
А сам отправился на кухню. Нехитрый ритуал гостеприимства не требовал сил, но обычно помогал установить более расслабленную атмосферу. Обычно, он выбирал одну из нейтральных тем, вроде: понравился ли город, был ли утомительным день, погода, спорт, что угодно, лишь бы разговор состоялся. Но не с этим гостем.
- Была ли в вашем дне определенность, достаточная для того, чтобы посрамить определенно теорию вероятности?

+1

7

Последовавший за хозяином дома Джефф невольно улыбнулся. Определенно, он не прогадал, придя в этот теплый дом сегодня вечером, так что…
– День принес множество неопределенностей, каковые, несомненно, придется привести к состоянию определенности посредством множества манипуляций, однако, я чрезвычайно рад, что среди всего веера многообразий вариантности происхождения будущего оказалась выбрана именно та, что привела меня сюда.
Могло показаться, что потребовалось масса сил, дабы на одном дыхании произнести эту фразу, с серьезным выражением лица, лишь чуть разбавленным прячущейся в уголках губ улыбкой. Но – нет. Привычка к словесным экзерсисам давала о себе знать, в том числе умением строить необычные и ненормальные конструкции, несущие, тем не менее, в себе вполне определенный смысл и логику.
– И – если у Вас есть, – я бы предпочел бокал красного вина.
Несколько глотков на голодный желудок приведут к расслаблению, но – не отобьют желание заниматься чем-нибудь конструктивным. Либо – интересным.

0

8

Вина, так вина. Люк согласно кивнул. Его не очень волновало, действительно ли гость хотел чего-нибудь не столь крепкого, или просто проявил вежливость. Он искренне полагал, что они оба - люди взрослые, а потому способны выбирать и соответственно реагировать на свой выбор.
Игра словами была интересна, но, скорее, теоретически. В самом начале работ по анализу речи они, помниться, даже устроили тотализатор на предмет того, кто точнее угадает какую-то характеристику тестируемого. Ставили на возраст, социальную группу, место рождения, профессию. Постепенно, по мере приобретения опыта, азарт угас. Хотя первоначально выигрывали только филологи и психологи, затесавшиеся в проект. Но потом число выигрышеи/проигрышей сровнялось. Сейчас Люку делать ставки было не с кем, но он чисто машинально прислушивался к построению предложений, к используемой лексике. Привычка - вторая натура.
- То есть, теория вероятности все же победила.
Пластиковая пробка подалась совершенно бесшумно. Бокалы тихо звякнули, подхваченные с полки рукой.
- Но, надеюсь, блинчики скрасили вам день, хоть сколько-нибудь выровняв дисперсию, - и тут же хмыкнул, - Прошу прощения, получив возможность посмеяться об относительности, грех такое упускать. Профессиональный юмор. Присаживайтесь, где больше нравится.

0


Вы здесь » inside » столовая » Сказка на ночь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC