Добро пожаловать! Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шор, штат Мэрилэнд!
Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21). На календаре август 2018 года.
Температура воздуха в этом месяце: +24°...+35°.
Путеводитель по городам / Бюро информаторов / Справочное бюро: семейное!

sample70

Лидия ждет Алекса
брата

sample70

Орсоны ждут сестру

sample70

Колин ждет друзей

sample70

ДэмиенНАША ГОРДОСТЬ

sample70

МоллиНАША ГОРДОСТЬ

sample70

ДжошНАША ГОРДОСТЬ

sample70

МаргоНАША ГОРДОСТЬ

О, счастливчик!

Сайд = страдашки? Ох, товарищи, помню я другие времена, хотя прошло всего-ничего… лет х) Сайд – это же любовь, развратик и лёгкое, приятное амбре винишка в течение дня. Сколько бы ни было печальных тем и грустнявых «утрооо», я в своём сердце навсегда сохраню тот самый образ из давних времён, когда была «молодухой» х) Но все мы растём, меняемся и развиваемся, как делает это наш форум, и всё же я желаю ему оставаться во всех ситуациях и на долгие годы собой, сохранять «нашу» атмосферу и не ударяться в хандру даже с наступлением дождливой осени. И помните – Торндайки всегда только за самое накроватное, голенькое и позитивное, а Хелен ещё и за свадебки. Так что порадуйте уже кто-нибудь мою любимую сестрёнку х) Всем пламенный лейтенантский привет и смачные поцелуи.

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » столовая » Lie still, lie silent, utter no cries


Lie still, lie silent, utter no cries

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://s5.uploads.ru/KkqD1.gif http://s3.uploads.ru/FfR7k.gif

Lie still, lie silent, utter no cries

21.08.2018  |  один из спальных районов Лейк Шора  |  Cheryl Shepard, Amanda Faulkner

Шепарды переезжают в новый дом. И, как то часто бывает в фильмах ужасов, в первый же вечер начинается какое-то мракобесие. Сможет ли малышка Шерил спокойно пережить всё это? Или на её рыжей головке появятся первые седые волоски?

+5

2

внешний вид

https://i.pinimg.com/originals/1f/04/7c/1f047c3c552637030481de38bbda9f93.jpg

Один большой чемодан темно-синего цвета и три коробки среднего размера, которые можно обхватить только двумя руками, – ровно столько понадобилось Шерил, чтобы вместить всю свою жизнь и перевезти ее из Балтимора в Лейк-Шор. Хотя отец и предлагал оставить половину вещей из коробок в ее старой комнате, младшая Шепард все равно забрала все, что только смогла, оставив за собой лишь пустые полки. Она не собирается возвращаться в дом, где провела свое детство, хотя оно и было счастливым. Ключевое слово здесь «было», и оно означает «прошло». Ее детство закончилось ровно тогда, когда она увидела перед собой лишенное жизни лицо Нейтана. Она не знает, что за период наступил сейчас, времени словно и нет вовсе: она просыпается по утрам, проживает день, как самый обычный человек, а потом погружается в сон. В первые дни после гибели Нейта Шерил ожидала увидеть его во сне, но он так и не появлялся. Ни через неделю, ни через месяц и даже ни разу по сегодняшний день. Он словно ждал, пока она исполнит то, что должна, он был обижен на нее за то, что она так медлит. И Шерил говорила себе каждый день, что она что-нибудь придумает, что она наконец докопается до всей правды и принесет благоговейную справедливость в этот мир. К сожалению, сейчас удача была все еще не на стороне девушки, но она знала, что делает большой шаг навстречу правде, практически решающий. «Еще немного, Нейтан, – она прекрасно знает, что парень слышит ее, даже когда она не произносит свои слова вслух. – Потерпи, и мы все узнаем».

Такси, вызванное мистером Шепардом, приехало в Лейк Шор ровно в полдень. Сам Генри ехать к бывшей жене отказался, а Шерил и не привыкла просить ничьей помощи. Как только машина остановилась у одного из нескольких десятков домов, что стоят так близко друг к другу, словно принадлежат одной семье, девушка вышла из нее и направилась к багажнику, хранившему ее вещи в течение всей дороги. Водитель так и не вышел из салона с предложением помощи и, дождавшись, когда последняя из коробок окажется на асфальте, а его бывшая пассажирка закроет багажник, уехал, напоследок газонув прямо перед Шерил. «Приятное начало дня», – младшая Шепард закатила глаза, откашливая едкий воздух. Обернувшись в сторону домов, она поняла, что понятия не имеет, какой из них является ее новым жилищем. Оставив вещи на тротуаре, ибо поблизости не было ни единой живой души и можно было не опасаться за их сохранность, девушка достала телефон и стала искать сообщение от матери с полным адресом. Найдя номер на экране, нужно было найти его и в реальной жизни, и как же хотелось верить, что ее родительница не сошла с ума и выбрала себе аккуратный и не так давно отремонтированный домик, поэтому к нему первым делом Шерил и отправилась. Побродив около крыльца и наконец-то найдя табличку, девушка была разочарована. «Это не тот». Оставался соседний наполовину разваленный дом, который, как по велению злого Рока, полностью совпадал по номеру с тем адресом, который был у нее в телефоне. Тяжело вздохнув и надеясь, что внутри он выглядит лучше, Шерил позвонила в дверь. Вернее, она нажала на кнопку, но по ту сторону стены ничего не произошло. Нисколько не удивившись, она постучала в дверь несколько раз, достаточно громко, чтобы ее услышали. На этот раз стук повторился и внутри дома, но, видимо, на мать это достаточного впечатления не произвело. Негромко чертыхнувшись, девушка набрала нужный номер и прождала еще минуту, чтобы услышать, что абонент не отвечает. Одно сообщение. И еще одно. Решив, что десяток гневных сообщений родительницу не убедит, Шерил пришлось полагаться на себя и наивность своей матери. К счастью, обе составляющих сработали донельзя хорошо, и девушка нашла ключи под грязным дверным ковриком, который постелили еще, наверное, первые хозяева дома. Несмотря на то, что замок открылся практически сразу, своенравная дверь еще долго надоедала посетительнице своим капризным скрипом и полным нежеланием отворяться.

Внутри дом оказался ничем не лучше, чем снаружи, наоборот даже более жутким из-за недостатка освещения. Не желая бродить по скрипучим полам, норовящим провалиться под землю, в полутьме, первым делом девушка включила везде свет. Короткая исследовательская экспедиция показала отсутствие самой матери, зато следы ее недавнего пребывания  в доме были весьма очевидны. Также Шерил едва ли нашла свою новую комнату, ибо та была завалена хламом, оставшимся от предыдущих хозяев. «Почему они оставили все это здесь? – она с удивлением рассматривала дорогой посудный сервиз и лежащие на нем лыжи. – Разве что они умерли, и забирать свои вещи им было просто некуда». Решив, что сначала нужно принести в дом собственные вещи, а потом уже разбирать чужие (она все еще надеялась, что в этом ей поможет мать, когда очень кстати появится у себя же дома), Шерил стала таскать коробки, пытаясь отбросить падающие на лицо рыжие кудри, что мешали ее обзору и стали причиной нескольких столкновений то с лестницей, то со шкафом. Наконец все вещи оказались в коридоре у двери в ее спальню, а сама девушка расположилась на старом диване в гостиной, отдыхая и в то же время дожидаясь прихода матери.

***

Бывшая миссис Шепард явно не торопилась сегодня домой. Шерил прождала ее до шести вечера, переоделась в домашнее и решила, что пора что-то сделать, потому что августовское солнце уже начало клониться к горизонту. Скрипя половицами, девушка добралась до заваленного хламом помещения и, убрав рыжие волосы в хвост, приступила к очистке своей новой комнаты. Ей потребовалось около двух часов, чтобы перенести все вещи на чердак, который оказался на удивление пустым. Руки и спина изрядно болели, а ноги почти не слушались, но девушку ждало вознаграждение, да еще и небывалой щедрости: комната, которую ее мать использовала как кладовку все это время, оказалась второй спальней с большим окном, шкафом, письменным столом и даже кроватью (до этого Шерил уже приготовилась спать на диване в гостиной). Радость от осознания, что ее новая комната не так уж и плоха, если не считать, что всей мебели было как минимум лет 50, подарила девушке силы, чтобы заправить кровать взятым из дома постельным бельем и дойти до кухни. В отличие от предыдущих хозяев, ее собственная мать никакого подарка для дочери не оставила, поэтому на ужин у девушки была яичница из последнего яйца и кофе с парой капель молока, которые смогли вылезти из бутылки. Уставшая, она поднималась по лестнице, одновременно пытаясь держаться за перила так, чтобы схватиться и повиснуть в случае, если ступени провалятся, и в то же время не получить занозы, пока просто поднимаешься. Внезапно в тишину пустого дома ворвался стук. Не повторяющийся раз за разом стук в дверь, а единичный, причем явно ударяющий не о дерево, а обо что-то стеклянное. И еще один. И еще. Показаться такое явно не могло. Шерил обернулась назад, проверить, закрыла ли она дверь, но та была заперта на ключ с того времени, как девушка пришла в этот дом. Совершенно не зная, что делать, и чувствуя, как ком встал поперек горла от страха, рыжая застыла на лестнице, боясь пошевелиться. Если бы это была мать, то она бы постучала в дверь, ну или бы позвонила на телефон, в конце концов. Решив, что спуститься на кухню за средством самообороны будет лучшим решением, девушка стала максимально бесшумно переставлять ноги на ступеньках, кусая пухлые губы и от напряжения, и чтобы не произвести какой-либо звук в ненужный момент. Ей впервые было так страшно после смерти Нейта. Нет, она впервые чувствовала что-то так остро после его смерти, не только страх. Добравшись до кухонного ящика, она достала нож и теперь еще сильнее боялась, что кто-то придет. Она не хотела убивать невинного человека, даже если он залез в ее дом и пытался их ограбить. Хотя как кому-то может прийти в голову ограбить эту рухлядь? Сжимая нож дрожащей рукой, Шерил вновь стала подниматься по лестнице, чуть не умирая каждый раз, когда прогнившее дерево издавало протяжный скрип. Еще одна ступенька. И еще. Вдруг послышался вой, словно раздосадованный дух ворвался в помещение. Кровь застыла в жилах, и девушка поняла, что готова упасть замертво прямо сейчас. К сожалению, она была сильнее этого сиюминутного порыва и, произведя быстрый анализ ситуации, поняла, что ее телефон остался в комнате, и нет ни единой возможности позвать на помощь, поэтому придется действовать самой. Как всегда, в принципе. Еще ступенька. И еще одна. Ей оставалась одна последняя ступень, когда где-то совсем близко раздался грохот. Что-то большое упало на пол. Впервые ноги среагировали быстрее, чем голова, и вот уже Шерил стоит у двери своей комнаты, слушая шаги по ту сторону, сопровождающиеся мистическими завываниями. Она никогда не верила в истории о призраках, никогда не боялась мертвых людей, но сейчас задумалась, а что если бывшим хозяевам не понравилось, что она так избавилась от их вещей, отправив на чердак? «Я же не выкинула их», - подумала девушка. Как только эта мысль пронеслась у нее в голове, лампочка в люстре, что висит под потолком в холле и освещает лестницу, заморгала, и рыжая рывком открыла дверь и проскользнула в свою комнату, вытянув вперед руку с ножом, быстрее, чем вся лестница погрузилась во мрак. Ей показалось, что остаться наедине с призраком, но при свете, будет гораздо лучше, чем слушать завывания и шаги из потустороннего мира в кромешной темноте и медленно седеть в неполные семнадцать лет.

Отредактировано Cheryl Shepard (Пт, 10 Авг 2018 00:04:51)

+7

3

- Хорошо, пап, я приготовлю ужин. Чмоки-чмоки, - Аманда тыкает на красную кнопочку на экране смартфона, а после откладывает его в сторону. Но исполнять просьбу родителя она не спешит. До его прихода осталось часа 4, не меньше. А, значит, можно больше времени посвятить себе, своей фантазии и прекрасному. Если каракули от вождения пером по графическому планшету можно так назвать. Почему каракули? Ну, у каждого творца рано или поздно наступает творческий кризис. Явление это довольно частое, если не практически постоянное. Но в этот раз что-то пошло не так. То ли виной «эти» дни, то ли ещё что, но вчера девушка расплакалась от чувства собственной беспомощности. Хорошо, что этого никто не видел. Целыми днями она сидела на этом стуле, где, похоже, уже остались вдавления от её задницы, и, издавая звуки умирающего кита, пыталась вытянуть из себя хоть что-то похожее на рисунок. Но все потуги были четны. Кажется, ещё несколько минут, и она опять расплачется.
О чудо! Буквально за минуту до того, как Аманда планировала броситься на кровать со слезами и криками типа «Ну почему я такая бездарь?», в голове начала вырисовываться картинка. Да не просто картинка, а настоящий шедевр. Ну или так казалось самой Фолкнер. Конечно же, когда работа будет завершена, она взглянет на всё это со стороны и, скривив мордашку в недовольном выражении, навсегда удалит файл со своего компьютера. Но сейчас не нужно об этом думать. Нужно как можно быстрее зарисовать набросок, чтобы ничего не забыть. Она резко отсовывается вместе со стулом назад, так же резко срывается со своего места и стремиться к небольшому столику, где хранятся все нужные для рисования принадлежности. Хоть и во всей комнате всегда было более-менее чисто и убрано, то на этом столе всегда творился полнейший хаос. Хотя, тут всё довольно логично. Если Аманда контактирует с кроватью от силы раза четыре за день, то с этой доской на деревянных ножках – чуть ли не каждые пять минут. Все карандаши, маркеры, краски, кисточки, лайнеры и прочая дребедень всегда лежали в понятном только девушке порядке. И не дай боже кто-то что-то куда-то переложит. Она же потом три года эту вещицу искать будет.
Не буду томить и скажу, что на эскизе всё и закончилось. Дальше всё пошло по более реалистичному и привычному сценарию. И да, Аманда таки расплакалась. Правда, потом быстро взяла себя в руки, вытерла слёзки и, наконец вспомнив о просьбе отца, спустилась вниз на кухню.
Конечно, гораздо легче было бы заказать еду по телефону, но батя бы сразу заподозрил подставу. Да и всё равно нужно было отвлечься от своего горя. В общем, девушка была серьёзно настроена на приготовление шикарного ужина для любимого папочки. Ровно до тех пор, пока не заглянула в холодильник. Не знаю, то ли старший Фолкнер решил пошутить (очень скверно, кстати), то ли он давно не открывал дверцу холодильника, но там практически не осталось продуктов. Две сосиски, майонез и кетчуп. Благо, хоть крупы какие-то остались. Не думаю, что он после долгого рабочего дня будет привередничать по поводу еды. Ну, Аманда на это рассчитывала.
Гречка уже как раз была погружена в кипящую воду, как вдруг за окном раздался какой-то непонятный звук, похожий на рычание мотора. Любопытство взял верх, и девушка тут же ринулась к окну в прихожей, ведь оттуда открывался прекрасный вид на улицу. «Неужели так быстро приехал?» Но нет, это оказался не папочка. Какая-то доселе незнакомая девушка стояла на дороге неподалёку её дома и что-то высматривала в своём телефоне. А затем она пошла в сторону жилища Фолкнеров. Черт его знает, что так испугало Мэнди в этой незнакомке, но она поспешила спрятаться за стенкой. Но, ещё раз осторожно выглянув в окно, она никого там не увидела, лишь парочка коробок лежали неподалёку. «Мне что, показалось?» - на секунду задумалась девушка, но звук убегающей воды заставил забыть обо всём на свете и резко рвануть обратно на кухню.
И вот, когда ужин готов, и отец накормлен, можно возвращаться к своим страданиям. Ничего нового. Всё те же потуги нарисовать хоть что-то, всё то же нытье, правда уже немного громче, всё та же боль в заднице.
Но дальше случилось то, чего не ожидал никто в этом доме. Да что уж там. Никто на этой улице. В одной комнате на втором этаже Шепардов зажегся свет. Что в этом такого? Да проблема в том, что за всё время, сколько себя помнит Аманда, там свет зажигался только один раз. И из комнаты доносились какие-то стоны. Девушка их прекрасно слышала, ведь окно, что связывало это помещение с миром, находилось как раз напротив окна в комнате Фолкнер. Да и расстояние между домами было от силы полтора метра. Так что эти жуткие звуки ещё долго снились девчушке в кошмарах. И вот опять. Вообще, сначала оттуда доносился звук какой-то возни. Но девушка не придала тому значения. Ну мало ли, кто там на дворе чем занимается. Да и вдруг послышалось? Но свет – это другое. Да ещё и мелькающая тень. Госпожа Шепард, кажется, ещё не вернулась. Кажется, теперь просмотр фильмов ужаса перед сном не казался таким забавным. Сначала она просто наблюдала за двигающейся туда-сюда тенью. Но, когда фигура исчезла, Фолкнер ещё какое-то время просидела молча вглядываясь в желтоватое свечение, что еле-еле пробивалось сквозь ткань шторок, а затем аккуратно высунулась из окна и постучала карандашиком по стеклу. Ничего. Наверное, это не самая лучшая идея – вот так вот высовываться из окна, да ещё и пытаться достучаться до существа из преисподней, но тогда она явно об этом не думала. Существо не откликалось, а это значит, что нужно было попробовать ещё раз. А что, если оно просто не расслышало? И так несколько раз подряд. Но нет, никакой реакции. Что же, настало время лично посмотреть, кто там лазает. Думаю, миссис Шепард не будет против, если Аманда проберётся в её дом. Более того, если окажется, что то был вор, она ещё и спасибо скажет. Но не идти же на вора с карандашом в руках? Не, глаз, конечно, выколоть можно было бы. Но канцелярский нож казался каким-то более надёжным. Через двери проходить нельзя. Если то вор, то он вряд ли откроет. Так что открытое для проветривания окно оказалось как раз в тему.
И вот Аманда уже разгуливает по той самой злосчастной комнате. Вроде, никого. Да и в комнате ничего сверх страшного не было. Да, старая мебель. Но, глядя на состояние самого дома, это вообще не вызывало никаких подозрений. Даже наоборот. Кровать выглядела прекрасно, хоть и немного скрипела (да, Аманда проверила). Но кто же тогда мелькал всё это время в окне? Ответ не заставил себя долго ждать. За дверью послышались шаги. Аккуратные шаги. Кажется, грабитель знал, что здесь кто-то есть. А это значило, что без ножика тут явно не обойдется. Шаги остановились возле двери. Что же делать? Казалось, бешенное биение сердца выдавало её больше, нежели скрипящий под давлением веса тела пол. Будто какая-то хищная кошка на охоте, она тихонько, насколько это было возможно, подошла впритык к двери и прислонилась к ней ухом. Ничего не слышно. Конечно, более разумно было бы броситься отсюда домой. Но о какой разуме может идти речь? Где вы видели, чтобы герои в фильмах ужасов действовали разумно? Верно, нигде. Так что Фолкнер решилась взглянуть в глаза незваному гостю. Она аккуратно провернула дверную ручку и легонько толкнула дверь кончиками пальцев, от чего те со скрипом медленно отворились. Перед ней стояла та самая рыжая девушка, которую она видела ранее возле своего дома. С ножом в руках. Вы уже представили себе, что дальше произойдет, да? Ладно, вы точно не угадаете. Аманда улыбнулась ей и помахала ручкой с ножом. Почему? Да она ещё несколько минут назад вспомнила, как однажды разговаривала с госпожой Шепард, и та что-то упоминала о том, что к ней должна приехать дочь. Так что Аманда решила «встретить» её. Тому способствовал образ. Пока девушка пробиралась в чужой дом, а после нагибалась, дабы проверить всякие закутки в этой комнате, волосы её страшно взъерошились, а поправить их она не успела. Да и её белая длинная футболка, которую она какое-то время назад забрала у своего братца, слишком сильно напоминала платье. А растёкшаяся тушь, которую Фолкнер забыла смыть, как раз дополняла образ.
- Ты, - тихо прохрипела она, указывая своим худощавым пальцем на судя по виду ошарашенную девушку. – Что ты тут забыла?
Аманда подалась вперёд и легонько тронулась кончиком пальца щеки рыжеволосой. Кажется, сейчас она в обморок грохнется. Но Аманду это только подзадоривало. Легонькое касание превратилось в сильное давление.
- Это мой дом. Убирайся отсюда.
И после этого она с грохотом закрыла дверь прямо перед лицом девчушки, а сама еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Быстро, пока та не отошла от шока, Фолкнер выпрыгнула в окно и уже через мгновение оказалась в своей комнате. Она присела на пол возле окна и, когда только рыжеволосая соседка наконец вошла в комнату, громко заорала: «Я СКАЗАЛА ТЕБЕ УБИРАТЬСЯ ОСТЮДА».

+4

4

Папа всегда говорил ей, что большие девочки не плачут и не визжат, когда им страшно, даже если им очень хочется. Но когда перед тобой в нескольких сантиметрах оказывается та самая девочка из «Звонка» и машет ножом, безумно улыбаясь, то все уроки отца вмиг забываются. «Это что: тушь или ее демонические глаза, вытекающие из глазниц?» Шерил не просто страшно, она в ужасе и старается не закричать, кусая губы. Это дите из ада, которое непонятно как оказалось в ее комнате, начинает с ней говорить. «Что я тут забыла? Я тут живу», - хочет сказать рыжая, но понимает, что сейчас не способна произнести ничего членораздельного. Кажется, вместо тромбоцитов в ее крови сейчас плавают маленькие льдинки и сворачиваются, превращая ее кожу в лед. Демоническая незнакомка приближается к ней и касается ее щеки, Шерил шумно вдыхает и совершенно забывает выдохнуть, пялясь на девушку. «Это точно тушь». Вдруг легкое прикосновение переходит в давление, и становится больно. Шерил повинуется своему инстинкту выживания и делает шаг назад, чем, видимо, сильно злит гостью. «Это мой дом, убирайся отсюда», - голос разрушает прежнюю тишину, а хлопок двери и вовсе ее убивает на несколько секунд. Шерил оказывается в коридоре, который освещается одной единственной лампочкой и то, видимо, ненадолго, учитывая, что холл уже покоится во тьме. «Черт, черт, что же делать», - девушка старается не смотреть назад, где жутко темнеет лестница. Оставаться в коридоре не вариант, в комнате матери нет телефона. Выхода нет, придется возвращаться. Собрав в себе смелость, рыжая вновь открывает дверь своей спальни, которая, кажется, уже никогда не станет ее безопасным местом, как это было в прошлом доме. Внутри никого не оказывается, девочка, вышедшая из фильма ужасов, туда и отправилась.

«Я СКАЗАЛА ТЕБЕ УБИРАТЬСЯ ОТСЮДА».

Или нет. Мельком осмотревшись и найдя на самом верху коробки соль для ванны, Шерил залезает в шкаф. Если бы она сразу вспомнила фильмы про Бугимена, то вряд ли стала бы прятаться в таком месте, но с другой стороны, после всех этих фильмов ужасов, у нее особо-то и нет выбора, не лезть же под кровать. В блаженной тишине шкафа кажется безопаснее, и только теперь Шерил понимает, насколько нереалистично все то, что с ней происходит. Если эта незнакомка и есть призрак, то почему она материальна настолько, что может дотрагиваться до людей? И ее рука была вовсе не холодной… Нет, девчонка однозначно была живой, по крайней мере, когда стояла перед Шерил. Вспоминая, что увидела при быстром осмотре комнаты, девушке приходит на ум открытое окно, в котором была видна чужая комната в соседнем доме. «Так вот откуда она пришла». Осознание глупости всей ситуации приходит ровно после того, как рыжая понимает, что ее разыграли, что это был просто жесткий пранк. И сейчас она постыдно сидит в чертовом шкафу, с ножом и ароматизированной солью для ванны в руках, а что может быть еще глупее?

Папа всегда говорил, что преимущество заключается в знании. В то время как пранкстерша ничего не подозревает и считает, что напугала Шерил, сама Шепард может переиначить ситуацию в свою пользу. Она дожидается, когда удивленная отсутствием предмета своего розыгрыша девушка снова появится в комнате и встанет спиной к шкафу, чтобы осмотреться, а затем осторожно протягивает руку с ножом и прикладывает лезвие обратной стороной к лопатке девушки, изображая, что в любой момент может перевести его к горлу. Конечно, через одежду совершенно невозможно понять, какой стороной приложен нож, а человеческий мозг в таких ситуациях ожидает худшего, поэтому Шерил не приходится долго ждать реакции. Незнакомка под ножом замерла от страха. В другой руке юной Шепард находится уже открытый в шкафу пакетик с солью, которая пахнет розами, и она делает шаг из шкафа, чтобы подобраться поближе. К счастью, напуганная девочка из кошмаров все еще боится пошевелиться, и это дает девушке шанс осуществить задуманное. После второго шага она оказывается прямо за спиной незнакомки и, не отнимая нож от ее спины, высыпает весь пакетик на голову девушки с темными взлохмаченными волосами с криками «Изыди, исчадие ада!»

Конечно, Шерил жаль соль, учитывая, что больше ее не осталось, но лицо девчонки определенно того стоит. Когда пакетик заканчивается, рыжая рывком поворачивает незнакомку на себя и убирает нож. Ей все еще неприятно держать в руках вещь, которой убили ее лучшего друга, а особенно угрожать ей, но выбора-то особо и не было. Смех сам вырывается с губ против ее воли, то ли от нервов, то ли от облегчения, то ли от вида гостьи. Действительно, пранкстерша получила по заслугам и теперь невозможно сказать, кто из них выглядит более глупо: та, что испугалась фальшивого призрака, или та, что стоит посреди комнаты вся в морской соли и благоухает розами.

- А теперь говори, кто ты и как тебя зовут? - Шерил складывает руки на груди и уверенно смотрит на девушку перед собой.

Отредактировано Cheryl Shepard (Пт, 10 Авг 2018 23:11:49)

+3

5

Казалось, ещё пару минут и её внутренний мешочек со смехом лопнет, Аманду увезут на скорой в отделение интенсивной терапии, и она больше никогда в своей жизни не сможет смеяться. Благо, этого не случилось. Вообще, она решила перепроверить состояние своей соседки, а то подозрительно долго из её комнаты не доносилось ни единого звука, ни единого шороха. А что, если она свалилась на землю в приступе эпилепсии, что проявилась у неё из-за страха? Или она вообще из окна выпрыгнула? Но, выглянув на лужайку в промежутке между двумя домами, Фолкнер не заметила никаких тел рыжеволосых девушек, только малюсенькую какашку Доллар, которую, вероятно, не убрал братец, когда выгуливал собачку. Стало быть, из окна соседка точно не выпрыгивала. Но куда она тогда делать? Может, спряталась под кровать и напрочь отказывается вылазить? По-доброму нужно было оставить её одну разбираться со своими проблемами самостоятельно. Но как же те высказывания типа «Все женщины должны держаться вместе в этом мужском мире»? Ну не позволяла совесть оставить бедняжку одну. Да и им, похоже, ещё часто придётся встречаться.
- Есть тут кто? – уже нормальным голосом тихонько спросила Аманда, как только её нога коснулась скрипучего пола в комнате соседнего дома. Сейчас она выглядела уже подобающе нормальному человеку: с расчёсанными волосами, вытертой тушью и без ножика в руке. Но, несмотря на все старания девушки привести себя в порядок, это никоим образом не приманило рыжеволосую обратно в комнату. Странно. Входная дверь, вроде, не скрипела. Аманда бы услышала такой громкий звук даже сквозь свой ор. Его точно не было. Следовательно, девчушка спряталась где-то тут. Остановившись возле шкафа, Фолкнер принялась оглядывать комнату. И сейчас она, кстати, казалась не такой уж стрёмной как несколько минут назад. Никаких призраков в зеркалах, подымающих предметы, никаких появляющихся из ниоткуда потёков крови на стенах, никаких скрипов. Фолкнер даже приуныть хотела. А ведь такая хорошая игра могла бы получиться.
Спины её коснулось что-то. Честно, девушка даже не поняла, что это за предмет. Но думать о подобном в такой момент было не очень к месту. Комната снова началась казаться до чёртиков жуткой, а тихое дыхание где-то позади только усиливала эффект. Жаль, она не знала хоть каких-то приёмов самообороны. Как бы уже давно могла вырубить это существо и убежать к себе в комнату читать молитвы и вызывать экзорциста. Хотя, наверное, призрака было бы не так просто уложить на лопатки.
- Изыди, исчадие ада! – крик буквально оглушил Мэнди на одно ухо, а после на голову посыпалось что-то. Что-то очень приятно пахнущее. И тут всё встало на свои места. Хоть Фолкнер ещё не слышала голоса своей новой соседки, она почему-то была уверенна, что это именно рыжеволосая бестия всё это подстроила. И от этого захотелось дико смеяться. Чем, в принципе, и занялась девушка. Да, это действительно была рыжая. Это Аманда поняла, когда повернулась к ней лицом и увидела перед собой недовольно скрестившую руки девчушку с ножиком в руках. И этот вид казался таким милым и эпичным, что только усиливал желание смеяться.
- Меня на мою же удочку! – кое-как она таки приостановила поток хиханек-хаханнек и, придерживаясь рукой за живот, с разбегу грохнулась на кровать соседки. Та предательски заскрипела. Да, всё-таки переоценила её Аманда раньше.
- Ты что-то спрашивала? – на удивление, в чужой комнате Фолкнер чувствовала себя довольно уверенно, что можно было понять лишь только с её расположения на кровати: сама она лежит на боку, одна рука подпирает голову, ну а вторая вольно болтается где-то внизу, дотрагиваясь кончиками пальцев до пола. – Ах да. Я – Аманда Фолкнер, живу в соседнем доме. А ты, стало быть, моя новая соседка.
Девушка протянула руку своей новой знакомой, однако на особое дружелюбие не рассчитывала. Это, в принципе, было логично. Никто бы не обрадовался незнакомцу в своей комнате
- Ну ладно. Я вижу этот вопрос в твоих глазах. Моя комната, - она указала большим пальцем свободной руки на окно, - прямо напротив твоей. И тут, знаешь ли, очень близко.
Но девушку, похоже, подобный ответ не очень устраивал. Аманда и сама бы в такое вряд ли поверила. Да и разозлилась бы, если бы кто-нибудь так нахально разлёгся на её кровати. Но девушка делала вид, что упрямо не замечает озлобленного взгляда рыжей. Какое-то время. Потом не выдержала и, приподнявшись, уселась на краешек кровати.
- Послушай, - начала она, скрестив пальцы в замок, - я честно не собиралась так жестоко с тобой поступать. Но ты выглядела такой заманчивой мишенью. Да и мне было очень скучно. Да и ты всё равно отомстила мне уже. Так что, мир? – Аманда улыбнулась так мило, как только улыбалась отцу, когда её нужно было что-то, и вытянула вперёд руку с отведённым мизинцем.

+3

6

Как часто в вашей комнате появляются незнакомцы, которые уже чувствуют себя как дома? А как часто они разыгрывают вас, а потом ведут себя как ни в чем не бывало и даже ложатся на вашу кровать? С Шерил еще никогда такого не происходило, и она даже не могла понять, что думает обо всем этом. С одной стороны, никто не смеет так себя вести, с другой стороны стоит вопрос «почему?». Потому что это нагло? Потому что кто-нибудь взрослый сказал бы, что это непозволительно? Да к черту все это, нужно иметь большую смелость или очень хорошее настроение, чтобы так вести себя на чужой территории. Шерил понимает, что начинает испытывать симпатию к девушке, потому что она делает то, о чем бы никто другой даже не подумал. И хотя в любой другой день вмешательство в ее личное пространство было бы наказуемо как минимум негодованием, сегодня ей одиноко и не слишком комфортно одной в доме со скрипучими полами и перегоревшими лампочками. К тому же, девушка настроена дружелюбно, и так уж получилось, что ничто не подкупает Шерил больше, чем доброжелательный настрой, разве что мороженое или молочный коктейль. Однако, когда незнакомка называет свое имя и протягивает руку, рыжая ничего с этим не делает, сопоставляя все детали в голове. Незнакомку зовут Аманда, и она живет в соседнем доме, так что у нее есть постоянный доступ к комнате Шерил, если та не придумает замок на окно и не поставит пуленепробиваемое стекло. Да, учитывая, что последнее встанет очень дорого, придется с ней подружиться.

- Так что, мир? – выслушав все, что сказала Аманда, рыжая решает согласиться на этот мирный договор. Ее новая соседка потихоньку начинает внушать доверие после всего этого ужаса, да и налаживать отношения нужно в любом случае. К тому же, может быть ее улыбка и правда достаточно милая, чтобы перестать сомневаться.

- Мир, - соглашается Шепард и соединяет их мизинцы, словно им обеим по двенадцать. Конечно, она не знает возраст Аманды, но та выглядит примерно как ее ровесница, да и смысла спрашивать сейчас нет, это только сделает всю ситуацию еще более детской. Единственное, что сейчас стоит сделать, так это ответить взаимностью на представление. – Я Шерил, Шерил Шепард, и мне очень интересно, как часто ты залезаешь в дом моей матери, пока ее нет дома? – она приподнимает брови и улыбается, окончательно разряжая обстановку.

Вспоминая о бывшей миссис Шепард, возникает банальный вопрос: где же ее черти носят в такое время и в такой день? С другой стороны, уж лучше пусть не приходит, потому что она совершенно точно начнет отчитывать младшую дочь за темноту в холле, словно Шерил могла заколдовать лампочки на больший срок службы, но не сделала этого. К слову о лампочках, поменять их придется даже не из-за матери, а просто потому что иначе можно вообще не выходить из комнаты. К счастью, теперь возвращаться в пугающую тьму девушке не придется, когда у нее так кстати появилась новая знакомая.

- У тебя есть дома запасные лампочки? – да, не самый типичный вопрос сразу после знакомства с новым человеком. Чтобы как-то прояснить ситуацию Шерил открывает дверь, ведущую в коридор, и щелкает выключателем, находящимся неподалеку, так что до него можно достать, не переступая порога комнаты. От щелчков ничего не меняется, и пространство за пределами спальни остается во тьме. – Или ты думала, что я вернулась в эту комнату, потому что фанатею от непонятно откуда взявшихся девочек с растекшейся тушью? – теперь она уже едва сдерживает смех, вспоминая образ Аманды.

Вскоре младшая Шепард замечает оставленный на прикроватной тумбочке телефон и подходит, чтобы проверить пропущенные. От матери нет ни одного звонка и даже сообщения с извинениями, хотя Шерил и писала ей не раз за сегодня. Может быть, что-то случилось? Да нет, она наверняка забыла про приезд дочери или же не придала этому особого значения и пошла напиваться в какой-нибудь бар, заботясь только о себе. Девушка ведь прекрасно знала, что так и будет, что матери на нее плевать и она не изменится только потому что Шерил снова будет с ней жить. Нет, будет уже очень хорошо, если ее не заставят работать после школы, чтобы оплачивать коммунальные услуги. Жизнь изменилась, и рыжая должна помнить, что она здесь, чтобы восстановить справедливость, и уже только потом можно будет начать жить для себя. Сейчас ей важно решить одну задачу и в то же время притворяться, что она уже живет нормальной жизнью. Это будет несложно, если завести такую подругу, как Аманда, которая будет отвлекать внимание от Шерил. Тем более, что и сама девушка вроде как не против.

0


Вы здесь » inside » столовая » Lie still, lie silent, utter no cries


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC