Добро пожаловать! Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шор, штат Мэрилэнд!
Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21). На календаре август 2018 года.
Температура воздуха в этом месяце: +24°...+35°.
Путеводитель по городам / Бюро информаторов / Справочное бюро: семейное!

sample70

Лидия ждет Алекса
брата

sample70

Орсоны ждут сестру

sample70

Колин ждет друзей

sample70

ДэмиенНАША ГОРДОСТЬ

sample70

МоллиНАША ГОРДОСТЬ

sample70

ДжошНАША ГОРДОСТЬ

sample70

МаргоНАША ГОРДОСТЬ

О, счастливчик!

Сайд = страдашки? Ох, товарищи, помню я другие времена, хотя прошло всего-ничего… лет х) Сайд – это же любовь, развратик и лёгкое, приятное амбре винишка в течение дня. Сколько бы ни было печальных тем и грустнявых «утрооо», я в своём сердце навсегда сохраню тот самый образ из давних времён, когда была «молодухой» х) Но все мы растём, меняемся и развиваемся, как делает это наш форум, и всё же я желаю ему оставаться во всех ситуациях и на долгие годы собой, сохранять «нашу» атмосферу и не ударяться в хандру даже с наступлением дождливой осени. И помните – Торндайки всегда только за самое накроватное, голенькое и позитивное, а Хелен ещё и за свадебки. Так что порадуйте уже кто-нибудь мою любимую сестрёнку х) Всем пламенный лейтенантский привет и смачные поцелуи.

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » столовая » like a magnet


like a magnet

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

http://sh.uploads.ru/GOp1X.gif http://sd.uploads.ru/0sKvh.gif
--
http://s8.uploads.ru/kVTSO.gif

Like a Magnets
начало августа  |  стрип-клуб  |  Christian Salander, Lauren Marshall

boy, let's not talk too much
Grab on my waist and put that body on me
Come on now, follow my lead
Come, come on now, follow my lead

+2

2

Сегодня Лорен ушла на работу раньше обычного. Днем у девочек должна была быть тренировка, поэтому взяв каблуки и шорты с топом, Лорен тоже поскакала скакать на шесте. У нее уже получалось намного лучше, а прогибы казались естественнее и женственнее, она перестала походить на бревно на шесте и девочки уже так не смеялись, как прежде. Да и вообще, Лорен многое открыла для себя за то время, что начала работать в стрип клубе. Девчонки, что танцуют по вечерам не такие уж и развязные или глупые и оказались в большинстве своем, вполне отличными девчонками: смышлеными, смешными, саркастичными, в силу сложившихся обстоятельств, но без какого-либо злого умысла. Сама Маршалл у них тоже многому училась, глядя на них, общаясь с ними. Помимо того, что они были неплохими приятельницами, но и наставницами по поведению с мужчинами. Как только какой-то из клиентов начинал позволять себе больше, чем имел право, девочки ловко обводили подобного хама вокруг пальца, не поднимая скандала, так как это было запрещено. Клиенты - залог прибыли и конфликты были нежелательны. От них страдали только девочки, но никак не клиент. Может, отчасти еще и поэтому Маркус не торопился выпускать Лорен на панель.
Но сегодня звезды сошлись особым образом, и у мужчины не было другого выбора. А у Лорен появился шанс проверить, насколько она преуспела в своих занятиях и в развитии навыков обольщения. С Кристианом это было довольно сложно проверить, ведь... Разница между обычными мужчина и Крисом была в том, что он был особенным для Лорен, он нравился Лорен очень, очень сильно. И Маршалл не хотела делать из парня подопытного кролика, она хотела сделать ему приятно, Крис был для девушки той самой единственной целью, ценность которой не подвергалась сомнению и все остальное, проходящее, не имело значения.
- Лорен, как у тебя с движениями? - Маркус только что перехватил Лорен у барной стойки и теперь вталкивает ее в гримерку. - Марта, как у нее с движениями?
- Ну ничего такие.
- Ее можно выпускать?
- На главную сцену? - у Марты лезут глаза на лоб, но не так сильно, как у Лорен.
- Нет. На главную я поставлю Цецилию, а ты заменишь ее у приватных комнат, на разогреве.
На разогреве девочки не раздевались, но служили этаким статичным эскортом, который провожал клиентов в приватные комнаты, вместе с девочками, которых они выбрали. Танцовщиц с разогрева тоже можно было заказать, но как правило, клиент предпочитал звезд шоу, на одетых девчонок практически никто не смотрел.
- Давай, детка, - Маркус шлепает молчаливую от шока Лорен по заднице, - готовься и выходи.
Просто сегодня одна из танцовщиц внезапно слегла перед самым шоу и замена потребовалась очень срочно. Поскольку из всех официанток, Лорен была единственной танцующей, благодаря Джине, то выбора у Маркуса не оставалось вообще.
- О, нет. О-о-о, нет, нет, нет. Я не могу!
Лорен паникует, быстро дыша и чуть не рыдая. Слезы и правда наворачиваются на ее глаза, потому как совсем не так она планировала выйти на танец. Она, как минимум, хотела знать заранее, но сейчас ей не оставили выбора и времени. Марта, действуя под руководством Маркуса, ловил мечущуюся Лорен, усаживает ее напротив зеркала и начинает красить. Выделят глаза темным карандашом и яркими тенями, розовыми ресницами. Тонкие губы подводит розовым блеском, заостряет скулы, затемняет брови. Когда Лорен смотрит на себя в зеркало, то совсем себя не узнает. Она не привыкла к такому яркому макияжу и к такому акценту на глазах. От девочки не осталось и следа, потому что макияж обличил, если не женщину, то молодую женщину, с острым взглядом.
Одеваться долго не приходится, потому что из одежды только кислотно розовый лифчик, сверху такой же кислотный, но желтого цвета, топ, из под которого выглядывают чашки лифа, выразительно подчеркивая пышную грудь. Расклешенная короткая юбка, как у школьницы, обнажающая подтянутые ягодицы, скорее напоминала пояс, стилизованный под юбку, и высокая шпилька босоножек. Для самой Лорен все это мало похоже на одежду, но таков дресс код. Она практически уже привыкла к своей форме официантки, но теперь даже она казалась более закрытой, чем тот наряд, что сейчас был на Лорен.
К счастью, на каблуках Лорен держалась уже очень умело, так что известного казуса с падением с ней не случилось, но ноги дрожали конкретно. Ее ладони потели от нервов и скользя по шесту, она все боялась навернуться и сломать шею, но может быть, это спасло ее от позора. Ее движения были пластичными, гибкими, изящными, но не передать словами, как не комфортно себя чувствовала девушка. Пока не заметила, как внимательно за ней наблюдает один из клиентов. Его взгляд был полон заинтересованного ожидания. Лорен не знала, что данный клиент - завсегдатай клуба и он имел сейчас вполне обоснованный интерес к новенькой девочке, поэтому Лорен сразу приковала его взгляд. А вот в девушке от внимания мужчины переключилось что-то такое, от чего она перестала думать о том, как двигается и сосредоточилась на данном когда-то совете Джины.
Девушка завела ногу за шест, сделав оборот, тряхнув волосами, затем забралась на шест, сцепив его между ног и опрокидываясь вниз головой, стараясь даже не задумываться о том, в каком рисковом сейчас положении ее грудь. Лорен занимала мысль о том, как она должна выглядеть со стороны и в большей степени, она настраивала себя на то, что выглядеть она должна чертовски соблазнительно. Девушка украдкой следила за клиентом, который не просто не отрывал от нее глаз, но повернулся на диване в сторону Лорен и девушка не могла не ликовать внутри. Она интересна! Она может привлечь внимание мужчины! Она научилась быть соблазнительной. Пусть это только первый шаг, но она уже может! И от этого Лорен загоралась еще больше, отдаваясь танцу, музыке, движениям и шесту. Если прежде каждый жест, каждый взгляд был выверенным и запланированным, то теперь все было по интуиции, по наитию, импровизированно и с наслаждением собственным телом и тем, какую реакцию оно может вызывать.
Следующим шагом для Лорен стал бы приват для кого-то из клиентов. И она даже не догадывалась, что этот шанс выпадет ей так скоро. Потому что тот самый клиент, внимание которого Лорен привлекала с таким усилием, закажет девушку себе уже через каких-то 5-10 минут.

Отредактировано Lauren Marshall (Пт, 10 Авг 2018 19:08:16)

+2

3

То, что Лорен устроилась официанткой не куда-нибудь, а в стрип-клуб, стало для Саландера сенсационной новостью, несмотря на то, что он отреагировал вроде бы прохладно. Лорен Маршал и стрип-клуб? В самом деле? Это же как Годзилла в Токио — должно было обернуться разрушениями. Однако, стоило подумать, и ничего действительно вопиющего в этом не было. В отличие от многих других, более приличных и привычных мест, там можно было рассчитывать на очень солидные чаевые. Туда ходит вполне определенная публика, которая не прочь посорить деньгами или, если уж кто пришёл не с самым толстым кошельком, то отдать последнее. В Лейк-Шор серьезной конкуренции среди таких заведений нет, так что выяснить, где именно осела Лорен, и так не составило бы большого труда. Однако выяснять ничего и не потребовалось: однажды она перетряхивала в прихожей свою сумку в поисках затерявшихся ключей, и среди прочего оттуда выпал спичечный коробок с фирменным логотипом. Ну а дальше нужно было только выбрать время и оказаться выходным тогда как, как у Лорен наметилась смена. С подработкой в больнице это просто, с подработкой на кладбище труднее. Желающих рыть могилы было немного, хотя, по мнению Саландера, это куда как менее обременительно, чем драить коридоры и палаты. Чем драить, скажем, морг. О нет, дело не в трупах. Уж кого, а мертвецов он не боится. Дело в том, что все должно было быть санитарно чисто и стерильно в итоге. Выжимать швабру для него было намного более изнурительно, чем махать лопатой, вырывая яму полтора на два метра. Ну что же, а Лорен нашла себя в том, что разносит выпивку в стрип-клубе.
Конечно, Кристиан бывал по месту ее новой работы, но, пожалуй, всего несколько раз. Особую прелесть этому месту придаёт алкоголь, но Саландер не пьет. Вот и сейчас он усаживается за свободный столик и заказывает содовую. Сочная брюнетка удивлённо переспрашивает, с чем ему принести содовую. Просто содовую. Здесь чертовски шумно и людно, ночь в самом разгаре. Разноцветные огни мажут по лицу, обещая эпилептический удар. Кристиан засучивает рукава чёрной рубашки, задумчиво чешет затылок. Может, дурацкая все же идея? Ну зачем он пришёл? Посмотреть на Лорен и убедиться, что такое возможно? Пожалуй. Однако он озирается и не видит ее. Зато сочная брюнетка возвращается и ставит берет ним ледяной стакан с содовой, прижимает поднос к груди, ещё явнее выталкивая ее из выреза своей майчонки, и спрашивает, не придумал ли он что-то покрепче. Видимо, в разноцветном полумраке его морда не такая отталкивающая?
— Подскажи, а Лорен в зале? — спрашивает Саландер вместо заказа.
Девчонка задумывается. Что, у них десяток Лорен? Затем вспоминает. Оказывается, Лорен не в зале, она сегодня танцует на разогреве. Лорен? Танцует? На разогреве? Кристиан вытягивает шею, глядя на сцену, но девица стучит его по плечу и указывает в другую сторону. Видимо, наслаждается выражением его лица, когда он действительно видит и узнает Лорен, идущую к столику по диагонали от того, за которым сидит он. Идёт к сидящему к нему в пол-оборота мужику. На ее груди какие-то розово-желтые обрывки ткани и такой же обрывок юбки. Светлые волосы вспыхивают разноцветными огнями. Световые лучи разрисовывают ее плоский живот, крутые бёдра и, блядь, какие-то невъебенно длинные ноги. Это точно Лорен? Это она склоняется над клиентом, скрывая его плешивую макушку за занавесом своих волос? Саландер откидывается на спинку стула, скрещивает на груди руки, скрещивает ноги, вытягиваясь и не сводя с Лорен взгляд. Она же рано или поздно заметит его? Заметит. Вот только какую реакцию он ждёт? Он не имеет понятия. Он, если честно, и расчёт собственной реакции сейчас не уверен, потому что Лорен Маршалл, которую он знает, это не та Лорен, которую он видит. И все же это одна и та же девушка. Совершенно точно.

Отредактировано Christian Salander (Сб, 11 Авг 2018 19:14:24)

+1

4

Маркус подзывает Лорен к себе, отвлекая от танца и девушка с готовностью сходит с подиума, спускаясь к хозяину.
- Тебя заказали. – сквозь зубы цедит Маркус на ухо девушке. И прежде чем она успевает что-то возразить или ужаснуться, Маркус подхватывает Лорен под локоть и несильно сжимает, встряхивая и фокусируя на своих словах. – Не ори. За девочками ты наблюдала, правила знаешь. Он – постоянный клиент, он тоже знает правила и шалить не будет. Станцуй для него и разойдетесь по-хорошему: ты получишь отличные чаевые, а он – удовольствие. Поняла? Кивни, если поняла.
Лорен сглатывает и трясучка в ногха появляется заново. Если прежде ей было страшно, то сейчас она просто в ужасе, потому что танцевать абстрактно для всех и танцевать для одного, это совершенно разные вещи, разная степень ответственности… Лорен поверить не может, что она сейчас думает об ответственности, а не о том, как она будет танцевать эротический танец для чужого незнакомого мужчины. Но Лорен всегда была исполнительна в работе и профессиональные навыки срабатывают прежде всего.
И все же, она кивает. Кивает и на деревянных ногах двигается к столику, где на полукруглом диване, ее ожидает клиент, интерес которого подогрела не столько внешность девушки, сколько ее свежесть. В клуб редко пускали «не своих» девочек и состав был известен тем, кто считался завсегдатаями. Лорен, конечно, привлекала взгляд, а клиент желал быть первым, кто распакует конфетку, чтобы понять, стоит ли пробовать ее на вкус. Но впрочем, Маркус был прав, никаких криминальных намерений клиент не имел на счет Лорен. Она была интересна ему, как новая игрушка интересна ребенку – только и всего. Как говорится, ничего личного.
Лорен на деревянных ногах движется к заказчику и даже представить не может, что она будет с ним делать и как она будет танцевать. Без шеста – гораздо сложнее и совсем другой уровень, у Лорен все еще были некоторые проблемы с руками и по крайней мере, с шестом, она знала куда их деть, а теперь…
Она двигается плавно, покачивает бедрами, рисуя восьмерку в воздухе кислотным цветом резинки стринг, выглядывающих над поясом юбки. Ее руки забираются в длинные волосы, скользя по шее, сжимая грудь и стекая по животу. Лорен закрывает глаза, вспоминая собственные ощущения, когда она однажды ласкала себя в постели, и это помогает ей забыться, расслабиться и отпустить ситуацию. И даже встреча с горящим взглядом клиента не надорвала в Лорен этот хрупкий дзен. Очень даже наоборот. Надумала ли или действительно так было, но несмотря на бесстрастное лицо клиента, Лорен показалось, что он слишком внимательно следит за ее пальцами, исследующими собственное тело, за ее бедрами, за ее губами, которые она изредка распахивая, глотая воздух. Возможно, эта заинтересованность и правда показалась Лорен, но возможность влечения мужчины к ней не могла ее не зажечь и подстегнуть. Что еще она может? Как далеко она может зайти?
Первая банкнота номиналом в пять долларов отправляется за резинку трусиков и Лорен одобрительно улыбается, наклоняясь над мужчиной и демонстрируя ему пышную грудь, жар которой обжигает его лицо, так близко Лорен к нему приближается. Ее ладони несмело исследуют плечи мужчины, спускаются к галстуку и девушка натягивает его как поводок, притягивая мужчину за собой, когда поднимается. Наблюдая такую смелость со стороны танцовщицы, смелеет и мужчина, пытаясь коснуться бедер девушки, но Лорен уворачивается, ловко, плавно, как кошка, поворачиваясь к мужчине спиной и прогибаясь в спине, открывая взору гладкую кожу упругих ягодиц и тонкую линию белья, скрывающую ровно столько, сколько нужно скрыть. Лорен дает мужчине несколько секунд для любования, а затем снова поворачивается к нему, мельком охватывая взглядом зал.
И в этот момент мир ярких неоновых иллюзий рушится. Лорен узнает Криса сразу. Вот так, сразу, даже несмотря на темное помещение, озаряемое вспышками света. Она не смогла бы объяснить, как именно она его узнала, по позе ли, в которой мужчина сидел сейчас за столом, по прическе, обрисовывающейся общим планом издалека, а может, по одежде, она не смогла бы это объяснить. Она просто узнала Криса и мир, в котором она пребывала, вдруг разрушился. Просто сердце внутри замирает, а потом начинает биться чаще, сильнее. От страха, от волнения, от ужаса, от стыда, от паники. Щеки горят, а ноги вот-вот унесут Лорен из помещения. Если она и ожидала прихода Кристиана в клуб, то уж точно никак не планировала, чтобы он застал ее в подобном положении. Ведь она сказала, что она просто официантка и, черт возьми, она и была простой официанткой, пока Маркус не сделал перестановку.
- Эй, детка, не останавливайся.
Еще одна купюра номиналом уже в десять долларов щекочет кожу в районе груди. Клиент отправляет банкноту не просто между чашек лифа, а аккурат в саму чашку, чтобы коснуться пальцами затвердевшего от нахлынувшего ужаса и прежнего возбуждения, соска.
Лорен сглатывает этот ужас и опускает голову к клиенту, что улыбается с вызовом, ждет новых открытый и движений. Девушка мешкает всего пару секунд, не возвращая взгляда Крису, но думая только о нем. Она ведь не просто его увидела, они встретились глазами и в этот момент по коже Лорен побежали мурашки. Она представала перед мужчиной в разных образах, но в подобном, еще никогда. Никогда прежде она не была так вульгарна, как сейчас и никогда прежде, Крис не видел ее с другим мужчиной. Лорен и сама не представляла себя в подобном положении, потому что мысли ее всегда были направлены на Криса и способы понравиться ему. Но он воспринимает ее как назойливую болтливую девчонку, которая очень сильно ошибается в своем желании быть с Саландером. Крис просто не верит в искренность ее чувств. Она пока не знает, как заставить его поверить, кроме как быть рядом и не отказываться от своей цели. Но она точно понимает, что нынешняя ситуация может сыграть ей на руку ровно так же, как и навсегда изменить мнение Криса о ней в худшую сторону. Это равный выбор, который так или иначе, но сулит что-то новое.
И Лорен рискует.
Она вновь начинает плавные покачивания, забираясь ладони клиента в свои и опуская их на свою талию. Мужчина не мешкает, пользуясь этим разрешением прикасаться, но за рамки допустимого руки не распускает.
- Неплохо. Ты интересная. Присядь.
Клиент перехватывает руку Лорен очень осторожно и мягко и убеждает взглядом Лорен присесть к нему на колени. Девушка соглашается, устраиваясь удобнее и бросая взгляд в ту сторону, где находится столик Криса, чтобы понять, смотрит он или нет. Он смотрит. Какое-то неизвестное до этого момента, чувство торжества кипит в девушке и подстегивает ее. Она забирается пальцами в волосы клиента и наклоняется к его уху.
- Вам понравился танец? – спрашивает она, улыбаясь и кокетливо наклоняя голову, болтая ногами, как маленькая девочка.
- Очень даже, малышка. Ты здесь новенькая? Что ты еще умеешь?
Лорен снова наклоняется к уху мужчины и смотрит ровно на Кристиана. Все ее мысли сейчас о нем, об этом мужчине, что сидит за другим столом. Это для него она должна танцевать, для него она должна быть такой. Только в его спальне, только в его постели, только он должен видеть ее тело таким обнаженным. Но теперь ему придется смотреть на это со стороны.
Лорен почти касается губами уха клиента.
- Кто знает.

+1

5

Момент, когда Лорен наконец замечает его, для Саландера бесценен. Она узнает его сразу, и он это понимает. Если у нее и были какие-то сомнения, то, пожалуй, только несколько секунд. Максимум два взмаха ресницами на ярко выкрашенных глазах. Лорен замирает, но ничего другого не происходит. Музыка продолжает играть, свет продолжает играть. Ее клиент продолжает играть с нею. Отвратительный тип. Саландер его, конечно, не знает, но в своем впечатлении уверен. Мужик бессовестно лапает Лорен за грудь, за задницу, и не всегда впустую - несколько раз луч прожектора выхватывает банкноты в его пальцах. Достоинство купюр не рассмотреть. Десятки? Двадцатки? Лорен их, вероятно стоит. Впрочем, почему Кристиан заводится и думает, что этот тип ее непременно лапает? Они, в конце концов, не в переполненном лифте, не в очереди в супермаркете. Не в полутемногом зале кинотеатра. Это ее работа, она ее выбрала. Кристиану эта работа не по душе.
Это не Лорен. Лорен не одевается так. Лорен так не раздевается. Лорен не ведет себя так. Лорен ведет себя не так. Лорен не позволяет каким-то говнюкам трогать ее. Лорен не садится на колени к незнакомым мужчинам. Лорен не прижимает их руки к своему животу. Лорен не укладывает их ладони на свои бедра. Лорен не трогает себя так. Впрочем, Кристиан не знает, как Лорен себя трогает. Трогает ли себя Лорен? Саландер прикусывает губу, отвлекаясь на официантку, которая снова возникает рядом и спрашивает про заказ. Он просит еще содовую. Он трезв. Он трезв, а это Лорен. Может, по такому случаю ему пора напиться? Просто в его представлении это почти равноценно.
Саландер перекладывает ногу на ногу, кладет руки за голову и закрывает глаза. Блядь, это Лорен. Это действительно Лорен. Осознание этого требует времени, так что он может думать сперва только об этом, и лишь затем, о том, Лорен действительно делает это. Танцует. Дразнит. Провоцирует. Черт подери, это ей нравится. И еще одна мысль - яркая как световой луч прямо в глаза. Она танцует на этом олухе, но совершенно точно дразнит и провоцирует его, Саландера. Официантка приносит содовую, Кристиан манит ее пальцем. Она наклоняется к нему, чтобы расслышать, но он все равно кладет ладонь на ее задницу. Он делает заказ.
Лорен Маршалл сегодня чрезвычайно востребована. Она только-только вернется к своему шесту, как ей скажут, что на нее поступила еще одна заявка. Мужчина с обожженным лицом за дальним столиком. Хорошенький, жаль его уродство. Так скажет девчонка, которая донесет его, Саландера, пожелание.
Почему он это сделал? Он уверен, что от скверного настроения. Скверное настроение происходит от скверного характера: он почему-то очень зол на Лорен за то, что она решилась пойти работать в стрип-клуб. И Саландер думает о том, что ему следовало предложить ей деньги в помощь, а не думать о том, что делать этого не стоит, потому что она заведомо отказалась бы. Блядь, почему так сложно? А сейчас может стать еще сложнее. Может, ему стоит сказать Лорен, что она очень красива? Что она отлично танцует? Это было бы правдой. Тогда для этого не стоило "покупать" ее. Как она расценит эту его выходку? За издевку? Самую малость да. Скверный характер, что поделать. А еще он уверен, что если это не сделает он, то тот скот захочет продлить. Или кто-то другой - попробовать. Ревность свойственна скверному характеру, но Саландер упорно отказывается признавать эту ревность.

+1

6

Сидя на коленях незнакомого мужчины, Лорен не испытывает ни малейшего удовольствия. Не стоит думать, что она так легко приняла свое положение товара и так легко открылась в первую очередь. В тот момент, когда глазами она поймала, как Кристиан положил руку на задницу подошедшей к нему официантки, в тот самый миг, Лорен вдруг поняла, в какой ситуации и с кем рядом она оказалась. Рядом с нелюбимым, посторонним человеком, дыхание которого отвратительно пропахло выпивкой и сигаретами, руки которого грубо исследовали его тело, пока ему было это позволено. Лорен вдруг поняла, что чужие прикосновения ей отвратительны и некомфортны, что ее касаются не так, не там и, самое главное, не тот. Все это, конечно, идет в разрез с ее пониманием интима, любви, отношений, она никогда не хотела быть товаром и не приемлет этого. Однако до этого самого момента понимания, ее азарт, ее хладнокровие были продиктованы мотивацией впечатлить Криса. Хотя она попалась на вранье, она не оставляла надежду использовать ситуацию в свою сторону. Она пошла на риск и, кажется, проиграла. И дело было не в том, какого рода девушек предпочитает Саландер, блондинок ли или брюнеток, раздетых или одетых, вульгарных или скромных, Саландер предпочитает не Лорен. И это ранило больше всего. Сейчас – очень ранило.
Лорен сползает с колен клиента, подавленная, стараясь все же держать лицо.
- Уже уходишь?
- Время вышло.
- Очень жаль.
Мужчина окидывает Лорен с ног до головы многозначительным взглядом и девушка даже не сомневается, какого рода мысли крутят в его голове. Она бы все отдала, чтобы подобные мысли, крутились в голове Криса. Но есть вещи, которые от нее просто не зависят, да и насильно мил не будешь.
Девушка машет рукой клиенту и возвращается к своему рабочему месту, у которого спустя несколько минут возникает официантка, что обслуживала Криса и Маркус. Девушка говорит такие вещи от которых не только у Лорен, но даже у Маркуса волосы встают дыбом. Лорем Маршалл снова кто-то заказал. И все же, ужас,ч то накрывает Маркуса и Лорен совершенно разного характера. Сутенер пытается подсчитать, в какие проблемы может вылиться очередной заказ на неумелую девчонку, а Лорен бледнеет, затем краснеет и затем снова бледнеет, когда слышит, что заказал ее именно Крис.
- Я не пойду.
Девушка сжимает ладонью шест и не собирается сдвигаться с места. Она не знает, по каким причинам Кристиан ее заказал. Простор вариантов может быть так велик, начиная от банального выговора за ее ложь и заканчивая издевкой. Впрочем, и совместимость этих вещей в одном разговоре, тоже не следует исключать. Лорен предполагала, рассчитывала и мечтала о многих реакциях Криса. В конце концов на задворках ее детской романтической фантазии, что подпитывалась такими же романтическими книгами, пестрела мысль о том, что вот он, ее рыцарь в сияющих доспехах, сейчас подойдет и врежет этому непонятному чужому мужчине, что позарился на чужую женщину, затем Крис бы взял Лорен за руку и увел бы ее домой, где любил бы горячо и страстно до самого рассвета. Во всяком случае, в книгах бы, подобно которым читала Лорен, написали бы именно так. Но реалии таковы, что чем дальше Лорен сталкивается с жизнью, чем дальше Лорен узнает Криса, тем больше ее дестких фантазии о рыцарях и любви рушится. Ее рыцарь боится света, предпочитая тьму, а любовь… Любовь – это вообще такая вещь, которая не обязательно предполагает взаимность.
- Я не знаю, как ты это делаешь, но раз тебя заказали, ты должна идти. Ты знаешь правила, Лорен.
- Да ему все равно, какая задница перед ним крутится! – восклицает Лорен с полными ужаса и осуждения глазами.
Ей обидно. Ей вдруг становится обидно, потому что она понимает, что Крис, тот Крис, который защищал ее от Винса, который просил открыть глаза на этот мир и думать о себе, он не стал бы так гадко пользоваться положением и показательно заказывать Лорен, как товар. Тот Крис, что шел с ней за руку, подошел бы к ней, возможно отвесил бы щелчок по заднице или подзатыльник, как младшей провинившейся сестре и молча увел бы ее из помещения, больше никогда не позволив ей сюда приходить. А может, он сам бы ушел. Это даже вероятнее. Но вот так подло, он никогда бы не поступил.
- Это все из-за его уродства? – спрашивает Маркус, все еще не теряя профессионального хладнокровия.
- Он не урод! – выпаливает Лорен. И какая бы ни была ее обида на Саландера, но другим она не позволит его оскорблять. И этим выдает себя.
- Мне плевать, друг он твой или парень или еще кто. Он тебя заказал и ты пойдешь танцевать. Иначе, даже Джина не поможет тебе здесь удержаться, я тебе обещаю.
Спорить бесполезно и Лорен только поджимает губы, провожая работодателя взглядом.
- Хочешь выпить? Вообще, девочкам запрещено пить, но в честь дебюта одну рюмку можно, мне кажется. – бармен, отличный парень, проявляет сочувствие.
- Нет. – Лорен качает головой. Крис не любит пьяных. Даже выпивших. Если от нее будет нести алкоголем, что он о ней подумает?
Девушка просто выдыхает и огибает зал так, чтобы в итоге оказаться за спиной Криса. Ей просто необходимо немного преимущества в сложившемся положении, немного времени, чтобы набраться смелости и подойти к нему, немного храбрости, чтобы нацепить улыбку на губы и веселость – на лицо, а потом подойти к нему со спины, закрывая его глаза ладонями и наклоняясь к его уху, нашептать:
- Угадай – кто. Твоя новая эротическая фантазия.
Когда-то они шутили на эту тему и Лорен даже смеялась. Смеялась и смущалась, пока Кристиан намеренно заставлял ее смущаться всякими пошлыми фразочками. Сейчас она тоже смеется, но только ей уже совсем не смешно, потому что, кажется, только на роль фантазии она и может претендовать.
Девушка огибает диван, появляясь перед Крисом с самой лучезарной и самой милой своей улыбкой, делая вид, будто они встретились не в стрип-клубе, а где-то на улице. Она такой же улыбкой встречала его, если они случайно сталкиваелись перед подъездом, после ночной смены или днем, она так же счастливо улыбалась этому забавному совпадению. Она улыбается и сейчас, пусть это совсем не совпадение.
- Черт, Крис, ты должен был предупредить, что придешь. – говорит Лорен, подходя ближе к мужчине и наклоняясь к нему, опираясь одной рукой на спинку дивана за его головой, а второй поправляя свой наряд. – Я бы попросила занять для тебя стол получше. Отсюда плохо видно девочек.
Маршалл чуть наклоняет голову, а потом поднимается и начинает вырисовывать в воздухе бедрами знак бесконечности. Она трогает себя и ласкает, так же бесстыдно, как она делала это перед прошлым клиентом. Ведь Крис – всего лишь клиент? И вести она себя будет так же, а держать лицо она научилась еще на прошлых работах. Разница в том, что здесь нельзя стоять на месте, нужно постоянно двигаться. Лорен присаживается на корточки, разводя ноги, а затем поднимается, глядя Крису в глаза и испытывая просто нереальное желание ударить его по лицу. За то, что он смотрит на нее и ничего не делает, за то, что заказал ее и теперь, словно, на прочность проверяет, как долго она выдержит, за то что так хладнокровен к ней. И пусть она и понимает, что ее иллюзии – только ее проблемы, но ударить от этого Саландера меньше не хочется. Даже пальцы немного сводит судорогой и чтобы спрятать это ощущение от мужских глаз, девушка проводит ладонями вдоль своего живота, опускаясь к юбке и забираясь под нее, чтобы провести по линии между своих ног, что закрыта тканью стринг. Лорен закрывает глаза, облизывает губы, а затем подходит еще ближе к Крису, снова улыбаясь. У нее болят скулы от этой улыбки.
- Можешь трогать. – громко говорит она, вновь наклоняясь к парню и укладывая свои руки на его колени, поднимаясь ладонями выше, к его бедрам. – Все так делают.
Так быть не должно.

+2

7

Признаться, Кристиан ожидал, что в конце концов та же жопастая официантка вернется к нему и вежливо сообщит о том, что его заказ на Лорен Маршалл не может быть выполнен. Скажем, по внезапно ухудшившемуся состоянию здоровья Лорен Маршалл. Внезапно. Необратимо. Именно сегодня и именно сейчас. Как бы то ни было время идет, но никто вообще не появляется. Саландер допивает содовую и собирается уже было оставить расчет, как знакомые ладони ложатся на его глаза и знакомый голос на самое ухо приветствует его.
- Не представляю, кто бы это мог быть, - отзывается он, дожидаясь, пока она уберет руки и обойдет его столик так, чтобы он мог ее видеть. Не собирается же она прятаться от него, в самом деле? Не собирается. Собирается разве что духом, поэтому и говорит про то, что он должен был предупредить, ведь тогда она могла бы устроить ему лучшее место. Кристиан качает головой, глядя на нее: - Ты бы придумала, почему ты не смогла бы выйти на работу, - и, блядь, затыкается, потому что Лорен начинает танцевать. Про каких, к черту, девочек она говорила? Здесь есть кто-то еще? Ах, ну да. Кажется, ей удается отделить их личное знакомство от деловых отношений, в которых они оба сейчас оказались. Или она создает очень уверенное впечатление. Саландер старается смотреть только на ее лицо, только в глаза, и никак не ниже, потому что… Блядь, это же Лорен. Лорен Маршалл. Лори. А если забыть, что это она? Если смотреть на эту грудь, на этот живот и на эти бедра так, как он смотрел бы, скажем, на грудь, живот и бедра любой другой шлюшки, танцующей здесь? Тогда он бы уже думал о том, чтобы смять их покрепче. И Лорен словно читает мысли. Говорит, что можно трогать. Он – клиент. Кристиан переводит взгляд куда-то поверх ее плеча, усмехается, качая головой, и снова скрещивает руки на груди. – Черт, Лорен. Извини, мне не нужно было приходить, - снова на нее. Это правда. К чему это? Хотел посмотреть и убедиться, что она отважилась на такую работу? Что же, посмотрел и убедился. Покупать ее было ни к чему. Ни к чему было становиться как все. Теперь он злится на себя. И на нее. На кого больше – не понятно. Лорен, кажется, тоже злится. Ее движения неуловимо выдают ее. Становятся резче, короче. Кажется, еще немного, и она его ударит. Было бы смешно. Или не было бы. Кристиан усмехается этой мысли, а потом протягивает руку и кладет на ее бедро, буквально придвигает ее к себе, рывком усаживает к себе на колени лицом к лицу. – Нравится? – спрашивает он, запуская ладонь под ее псевдо-юбку и накрывая скудный треугольник ткани на лобке. – Здесь так, наверное, нельзя, да? – тянет губы в улыбке, а потом так же быстро убирает руку. – Идем домой, Лорен. Поиграла и хватит, - говорит совершенно спокойно, с расстановкой. – За расчетом придешь потом.
В его спокойствии – раздражение. В основе его раздражения – возбуждение. Слишком мало ткани на теле Лорен, слишком много оголенной… чувственности? У всех на виду. Для Лорен это уже все равно что выйти на панель. Но Саландер думает сейчас не об этом. До мыслей о грехопадении ему, на самом деле, очень далеко. Ему самому падать некуда, а Лорен… Кажется, он не заметил, когда это произошло. Интересно, с кем? Интересно, кто это был? Кто-то из местных завсегдатаем? Или кто-то из смотрящих? Кто из них больше похож на тех рисованных альфа с обложек ее романов?

Отредактировано Christian Salander (Пн, 13 Авг 2018 23:14:26)

+1

8

Лорен плохо понимает, когда Крис внезапно извиняется, за то, что пришел. Мужчина как будто выглядит побежденным, если бы все происходящее было игрой. Но Лорен не играет. Никогда не играла, потому что когда она пыталась это делать, заигрывая с Крисом и изображая из себя обольстительницу, то у нее получалась неловкая, неуклюжая ерунда. А во всем остальном, Лорен не играла с Крисом: ни когда брала его за руку по пути домой, ни когда просила его обращаться к ней за помощью, вместо того, чтобы истекать кровью, ни даже тогда, когда она тесно прижималась к нему и просила заняться с ней сексом. Все это было искренне, от сердца, и да, от похоти – тоже, но искренне. Плести интриги и играть с людьми в игры, она никогда не умела, она слишком импульсивна для этого. Поэтому, мотивы, с которыми Крис говорит об извинениях, ей сейчас непонятны.
И более того они становятся дл Лорен непонятны, когда сразу после извинений, Крис вдруг притягивает девушку к себе, утягивая на свои колени и с горящим огнем то ли азарта, то ли вызова, запускает свою руку под юбку девушки, проводя по тонкой ткани белья. Лорен вытягивается под его рукой, закрывая глаза и шипя, словно бы к ней приложили раскаленную кочергу, но эти ощущения приятнее во сто крат. Ее тело отзывается мгновенно и между ног болезненно тянет. От нахлынувших бесконтрольных ощущений, Лорен перехватывает запястье Криса, боясь, что он может сделать еще что-то подобное и девушка не сможет контролировать свое желание к нему, а именно контроль ей сейчас так нужен.
Но Крис больше ничего не предпринимает. Только его глаза внезапно темнеют, даже по меркам слабого освещения в клубе, и мужчина спокойно и тихо велит Лорен перестать играться и собрать свои вещи, как можно быстрее, чтобы они смогли пойти домой. Если бы только Крис знал, как много отзывается в девушке в тот момент, когда он говорит о доме, как сильно ей хочется бросить это место, взять Криса за руку и пойти вместе, домой. Потому что те ночи, которыми они гуляли вдвоем, были самыми счастливыми в жизни девушки за последние несколько лет. Она бы бросила все, под этим взглядом мужчины, в котором кроется то, что Лорен сейчас не разгадать, но есть одно небольшое «но».
- Мои чувства к тебе ты тоже считаешь игрой?
Лорен тоже спрашивает спокойно и без дрожи в голосе и улыбка на какое-то время сползает с ее губ, ведь в вопросе гораздо больше серьезного, чем Лорен даже хочет показать. Игра? Все это кажется Крису игрой, да? Игрой с ее, Лорен, стороны. А он, значит, не играет? Он заказал ее с очень серьезными намерениями, да?
Девушка смотрит на Криса и понимает, что боится услышать ответ, каким бы он ни был. Даже если он не считает ее чувства игрой, то считает их несерьезными, детскими, учитывая ее представления о любви. А даже если и знает, насколько все серьезно… Какая разница, если он сам не видит в Лорен женщины, что способна разжечь в нем огонь?
Маршалл опускает глаза и выдыхает, чтобы тихо рассмеяться, а потом вернуться к Крису. Она отпускает запястье мужчины и вдруг меняет напряжение на такую мягкость, такую гибкость, которой могли бы позавидовать самые искусные обольстительницы. Это сделать легко, когда сама бежишь от ответов на вопросы. Лорен поднимается своими ладонями по груди Саландера, перебираясь пальчиками по его шее и забираясь в волосы.
- Ты же знаешь, Крис, я очень ответственная. – улыбается она снова, как будто ничего не случилось. Ее пальчики перебирают короткие пряди, забираются в челку, зачесывая ее назад и открывая глаза Криса. Снова девушка спускается по его груди и не тормозит на животе, добираясь до ремня джинс. – У меня целая ночная смена. Я не могу уйти.
Лорен минует ремень, опуская руку ниже и заводит ее к паху мужчины, как бы невзначай потирая ткань в том месте, где под одеждой скрывается член. А вслед за своей рукой, Лорен подается вперед телом, оседая и прижимаясь к паху мужчины своими распахнутыми бедрами, закрывая глаза и откидывая голову назад. Трудно отрицать, что она не испытывает собственного удовольствия от своих действий, но все это обусловлено в большей степени тем, что она делает это с Крисом. Она знает, что это неправильно, то, в какой они ситуации, то, как она пользуется этой ситуацией, чтобы оправдать свои прикосновения к нему, но… Но только так она может безнаказанно к нему прикасаться, прикрываясь работой. Лорен сходит с ума.
Поворачивая чуть голову и открывая глаза, Лорен видит вдалеке, у барной стойки, Маркуса. Он наблюдает за залом, но девушка использует это, как средство защиты, возвращаясь к Крису и беря его ладони в свои, чтобы положить их себе на бедра.
- Черт, мой босс смотрит. – она выглядит несколько виновато и совсем невинно. – Прости, тебе придется либо продлить, либо отпустить меня. – она смотрит на Криса, пытаясь прочесть его эмоции, его мысли, но он всегда был для нее закрытой книгой, на нескольких замках, запечатанной в непроницаем сейфе. – Другие клиенты тоже ждут.
Сможет ли она когда-нибудь подобрать к нему ключ?

+1

9

Ее чувства к нему он тоже считает игрой? Саландер чуть поводит шеей, словно он вдруг обнаружил, что у него зажало нерв. Он считает ее чувства к нему блажью. Искренней, но все-таки блажью. Следствием увлечения романами про героев-любовников, следствием впечатлений от кино про вампиров, ну и ещё кино про большую любовь к бесчувственным извращенцам, которые в финале истории все же преображаются под воздействием любви. Может быть, в детстве ее любимым мультфильмом был диснеевский «Красавица и чудовище». Может быть, до сих пор. Саландер ничего не отвечает на ее вопрос.
— Ответственная, я понимаю, — произносит он, по-прежнему глядя на неё, сидящую на его коленях. Только теперь Лорен даёт волю своим рукам, и он чуть  запрокидывает голову под ними, когда она забирает его волосы назад. Ответственность — отличное слово. Оно означает, что ты отвечаешь за свой выбор, каким бы он ни был. Ответственностью можно прикрыть любой свой поступок. Я сделал это, потому что я ответственный. Лорен сейчас трогает его, потому что она ответственная. Он заказал ее, она отрабатывает заказ. Очевидно, из неё получается очень ответственный работник. Работница. На языке отпечатался привкус содовой. Кажется, он употребил сегодня годовую норму этого напитка. Саландер сглатывает. Мысли о содовой, надо сказать, никчемное средство отвлечения от ощущения того, как Лорен прикасается к его члену и прижимает его своими бедрами. Крис смотрит мимо ее плеча, но, едва она закрывает глаза и откидывается назад, жадно ловит момент, кусая взглядом линию между ее грудей и выше плавный, подсвеченный красным и желтым лучами переход к шее и дальше к подбородку. Однако едва Лорен снова смотрит на него, его взгляд вновь становится беспристрастным. Ровно как взгляд ее начальника, ястребом он осматривающего зал. Кристиан чуть приподнимается, отрывая зад от дивана вместе с Лорен на его коленях, достаёт бумажник и извлекает из него сотню. Осторожно отправляет за линию ее бюстгальтера. Отвратительный, к слову, цвет. — Увидимся дома, ответственная Лорен, — как будто совершенно спокойно произносит он, обнимая ее за талию и крепко прижимая. Никакого подтекста — просто так он встаёт вместе с нею и ставит ее на ноги. — Другие клиенты ждут. Я жду дома, — чуть склоняется к ее уху, произносит отчётливо. Не он играет с нею. Она с ним. Это сводит с ума. Впрочем, может быть, хватит думать, что Лорен девчонка, которая не понимает, чего на самом деле хочет? Он проморгал выбор ею новой работы, так может проморгал в целом то, что она вдруг выросла? И, может быть, пора снять с себя ответственность за неё как за младшую сестренку и наконец перестать бить себя по рукам? Потому что чем дальше, тем чаще приходится. Проще вовсе их отрезать. Однако это никуда не годится.
Может, проще дать то, чего она так хочет, чем объяснять, почему нет?

+1

10

Первый тревожный звоночек от происходящего звенит в голове Лорен, когда она, глядя в глаза Криса, не видит в них ничего, кроме беспристрастности. Он смотрит на нее безразлично, выделяя ее среди других, но и определяя в серую массу таких же разрисованных фигуристых кукол. Это взгляд сквозь Лорен, отвергающий само существование девушки, ее тела, ее движений, ее чувств. Хотя, Лорен уже не уверена, можно ли вообще говорить о чувствах в столь грязной и мерзкой ситуации. Она не винит Криса в том, что она оказалась в стрип клубе, танцуя перед чужими мужчинами, она сделала этот выбор сознательно, пусть и спусковым крючком было желание понравиться Крису больше, чем как подруга. Она винит себя, что никак не может найти ключ к мужчине, который вызывает в ней так много эмоций и чувств. Но если есть чувство, которое больше чувства вины, так это сожаление. Сожаление, что Лорен не способна ни телом, ни поступками своими, ни словами, ни клятвами, убедить Криса, что он ей действительно нравится и дело вовсе не в преувеличенном чувстве благодарности.
Вторым тревожным звоночком, резонирующим в грудной клетке, становится жест, с которым Крис вкладывает банкноту номиналом в сто долларов в белье Лорен. Сам парень как будто даже не смотрит туда. Брезгует? Это все и правда отвратительно, он платит ей за то, что она готова дарить ему по собственному желанию, не говоря уже о том, что она хотела бы больше всего, чтобы он принял ее ласки и отзывался на них.
Девушка поднимается под действиями мужчины и замирает на месте, когда он на ухо шепчет, что будет ждать ее дома. Фраза, которая одним только содержанием могла бы лишить Лорен рассудка и заставить ее броситься вон из заведения, чтобы уже этой ночью быть с Крисом и делать то, что ему нравится и то, чего он хочет. Но Саландер сравнивает себя с клиентами клуба, ставит себя в один ряд с ними, а Лорен утверждает в статусе ночной бабочки. И это и подло и мерзко и обидно, но с этого все началось. Он заказал ее, он изначально определил ее как товар, а себя – купцом и теперь он в соответствующей манере и завершает этот эпизод, расставляя точки, после реплик актеров.
Лорен ничего не отвечает, провожая Криса взглядом и кусаю губы. Она дышит тяжело и плечи ее слишком подвижны, словно легкие разрастаются в несколько раз. Хотя, ощущение, что, напротив, воздуха стало меньше. Лорен не может вдохнуть и не может выдохнуть. Она сбегает, отворачиваясь от клиентов, от Маркуса, и забегая в гримерку, с грохотом закрывает дверь, чтобы осесть на пол и дать волю слезам. Она больше не сможет танцевать в этот вечер, Маркус заберет все чаевые, выплатив Лорен самый минимум за сорванную ночь. Но ее это мало будет волновать.
Она не хочет, чтобы Крис ждал ее, как другие клиенты. Она вообще не хочет, чтобы были другие, кроме Криса. Но если с образом сестры можно было побороться, то как бороться с безразличием?
Девушка уходит с работы, раньше обычного и тащится домой так медленно, как только возможно. Она могла бы остаться на ночь у Теа, она знает, что женщина приняла бы ее, но сбегать глупо, да и совершенно нет сил. Лорен теперь совсем не знает, что ей делать и как еще убедить Кристиана, что для нее не существует других мужчин, кроме него и что ее желание и чувства к нему серьезны. Раньше ей казалось, что внимание и забота решают очень много во взаимоотношении людей. Потом, с появлением Кристиана, она испытала желание попробовать более взрослые отношения, она поняла, что ее тело и ее сексуальность, ощущения себя не девочкой, но женщиной, очень много решают в тех же самых взаимоотношениях между людьми. Но вот, как совместить это так, чтобы дорогому человеку стать небезразличной, это искусство, пожалуй, пока остается для Лорен загадкой.
Она заходит в квартиру, как в воду опущенная. Стоит ли говорить, что настроения нет совсем, глаза чуть покрасневшие и немного опухшие, болят и слезятся то ли от пережитого разочарования, то ли от вспышек света и искусственного тумана, который иногда пускают девочкам на сцену. Лорен чувствует себя выхолощенной и пустой, ни на что неспособной и это, пожалуй, впервые такое происходит с ней в жизни. Даже когда Винс отобрал у нее деньги, Лорен бредила какими-то идеями, то ли мести, то ли новым заработком, то ли истерикой. А сейчас она пустая и совершенно не представляет, что делать дальше.
Разве что, можно погладить Гуфи, который прибежал встречать девушку.
- Привет, дружок.
Лорен треплет пса по холке и чешет подбородок, не пытаясь увернуться от длинного и мокрого языка зверя. А потом девушка поднимается, идет в ванную, чтобы помыть руки. В квартире тихо и ей хочется верить, что Крис либо спит, либо ушел на работу или… О том «или» при котором Крис сейчас с какой-нибудь девушкой, даже думать не хочется. Но все же, к лучшему, что его нет. Лорен так чувствует себя в безопасности, она понятия не имеет, что можно было бы сказать сейчас Крису, встреть она его. Но об этом очень придется подумать, потому что Крис сидит на кухне и снова курит в окно. Мужчина оборачивается, глядя на Лорен и Маршалл в этот момент с каким-то отдаленным и безумным восторгом ловит взгляд, наконец, направленный на нее, а не сквозь.
- Приветик. – после небольшой паузы и растягивая губы в слабой улыбке, произносит Лорен. – Ну как тебе моя новая работа? – Лорен забирается в холодильник в поисках еды. Она жутко голодна. И делает вид, будто разговор самый обычный и ничего не произошло. – Знаю, мне еще многому предстоит научиться, но зато уже неплохо платят. С повышением, чаевых станет больше. – девушка бездумно пялится в холодильник, даже не замечая, что там внутри. – Крис, не приходи больше в клуб, пожалуйста. Мне не приятно, когда ты трогаешь других девушек, в то время, как на меня даже не смотришь.
Прямо как она сейчас не смотрит на него.

0

11

Саландер возвращается домой. Ответственная Лорен вернётся домой после окончания смены, как водится. Он возвращается домой пешком — это довольно далеко, но у него быстрый шаг, пачка сигарет и энергии как в крольчих батарейках из рекламы. Он мог бы освещать иные улицы, которые попадаются ему совершенно тёмными и пустыми. Квартира тоже встречает темнотой, но она не так пуста, потому что навстречу вырывается Гуф, и не остаётся ничего, как, даже не переступив порог, пойти с ним на прогулку. Впрочем, Кристиан уходит недалеко — останавливается в самом начале сквера напротив и садится на скамейку, закуривая. Гуфи в поле видимости. Лорен вне поля зрения, разве что он бы обладал телепатической чуткостью. Она не идёт у него из головы, и, закрывая глаза, Саландер всякий раз клянёт себя за то, что вздумал явиться. Это была провокация, но в результате он спровоцировал сам себя. Спровоцировал на мысли, которые теперь не выходят из головы, свербят между рёбер и подсасывают под ложечкой. Он сплевывает горькую табачную слюну и коротким свистом подзывает пса. Он хочет в душ. Спать — нет. Поэтому, когда Лорен возвращается, то находит его у распахнутого настежь окна. Сегодня снова очень тёплая ночь, но с загривка не течёт. Это приятно.
Кристиан оборачивает к Лорен на ее «приветик». Она старается вести себя как ни в чем ни бывало, но как бы ей ни хотелось обойти стороной его сегодняшний визит, это невозможно.
— Привет.
Она спрашивает его мнение о ее работе, но при этом не даёт вставить ни слова, продолжая говорить и завершая свою речь, обращённую в холодильник, просьбой больше не приходить. Не приходить не потому, что она не хочет его видеть там или чтобы он там видел ее, а чтобы она не видела, как он трогает других девушек. Эти слова, произнесённые сдержанным тихим голосом, не раздражённым, а как будто обиженным, действуют как спусковой механизм. Саландер медленно тушит сигарету, выплевывая за окно остатки дыма, и идёт к ней. Закрывает холодильник, и в кухне становится темно. Только светодиоды над столом у плиты слабо горят. Кристиан разворачивает Лорен к себе лицом, чтобы она посмотрела на него, и оттесняет к обеденному столу, подхватывая за бёдра и усаживая на столешницу. В полумраке рассматривает ее, чуть заметно слепо повергнув голову. На ней одно из ее лёгких летних платьев. Он кладёт ладони на ее колени и ведёт вверх по бёдрам. Сумасшедшим бёдрам. Лорен не из числа худосочных девиц, у неё спортивная, но очень женская фигура. По-женски широкие открытые плечи, не по-спортивному пышная грудь, тонкая и крепкая талия. Кристиану нравятся эти сочетания. Они вызывают интерес, они вызывают желание. Только ведь это все он думает о Лори Маршалл... Он не говорит ни слова, целуя ее, расстегивая пуговицы спереди на платье. Возбуждение, копившееся весь этот чертов вечер, набегает горячей волной.

+1

12

На какой-то момент Лорен даже кажется, что в комнате никого нет и Крис покинул кухню, оставив девушку в одиночестве с ее словами и ее домыслами. Куда Крис мог деться, уже другой вопрос, но было бы совсем плохо, если бы он вдруг решил, что проще выпрыгнуть из окна, чем слушать претензии Маршалл, которая уже может составлять целый список того, что ей не приятно со стороны Криса. В принципе, идти с этим списком Лорен тоже может в окно, потому что по факту она не имеет никакого права предъявлять мужчине какие-то претензии и никак уж не может обижаться на него, что она ему не нравится. И все же, обидно, что даже, когда она сидит у него на коленях полуобнаженная, он выбирает не ее.
Лорен собирается обернуться и пожелать Крису спокойной ночи, раз он не хочет отвечать на ее вопросы или как-то комментировать ее слова и совсем не ожидает, что Крис сделает нечто большее, чем даст ответы на ее незаданные вопросы. Гораздо больше того, что она вообще ожидала от него этой ночью. Только она не сразу понимает его намерения. Блеск в глазах мужчины ослепляет Лорен, подавляя ее волю, подавляя чувство самосохранения, подавляя тревогу. Она идет, она следует за этим блеском, как корабли на свет маяка, которым суждено разбиться о скалы. Ей суждено найти пристанище в теплых ладонях Криса, либо разбиться вдребезги о холод его глаз. Сердце выбивает чечетку, грозясь раскрошить грудную клетку на мелкие осколки, по которым продолжит топтаться и выплясывать. Это странное ощущение, это страшное ощущение.
- Крис...
Это страшное ощущение - быть во власти человека и отдаваться ему полностью и без остатка, доверять ему так, как себе бы никогда не доверился. Млеть под его руками, отказывать рассудку под его взглядом, занавешивать окна в голове, запирать двери, чтобы остаться в кромешной тьме, но только с этим человеком. С ним наедине. И больше никого не надо. Это страшное ощущение. Не то, при котором падаешь в кромешную густую тьму, которая манит теплом и тишиной. Это страшное ощущение. Каждым нервом, каждой клеткой стремиться к человеку, чтобы добровольно у нем умереть.
Лорен не может вымолвить ни слова, она только шумно выдыхает, когда ее бедра опускаются на столешницу под давлением Криса. Ее руки, сперва несмелые, опускаются на шею мужчины и он не запрещает ей, а Лорен смелеет. Она забирается в его волосы, подобно тому, как уже делала это в клубе, но только сейчас чувство ее желания переполняет чашу терпения, которое было в ней столь велико все это время, что Крис отвергал ее. Лорен с каким-то болезненным ощущением в пальцах, как грубнем проводит между темными прядями, пытаясь накрутить их на пальцы и натянуть. Больно должно быть именно Крису, но стонет почему-то Лорен и из-за этого первые секунды поцелуя выходят смазанными, рваными, как будто девушка пытается укусить губы мужчины, закусать до крови, лишь бы он не останавливался. И ее бедра распахиваются навстречу мужскому телу, так широко, так соблазнительно, словно капкан, который захлопнется, стоит только жертве попасть в ловушку. Если бы только она смогла забрать Криса в свои руки полностью, она бы никогда его больше не отпустила. Возбуждение поднимается чертовски быстро, перехватывая горло. Но они сейчас не идет ни в какое сравнение с тем ощущение оглушительного, сумасшедшего счастья, которое испытывает Лорен.
Она смеется сквозь поцелуй, ее пальцы сжимаются в кулак, натягивая ткань футболки Саландера, желая разорвать ткань. Ей невыносимо больно во всем теле от того, как сильно она хочет быть с этим мужчиной. Но она смеется.
- Крис? Крис, я правда все-таки тебе нравлюсь? - шепчет она, сквозь тихий счастливый смех, отрываясь от губ мужчины и целуя его лицо. - Ты все-таки передумал? Ты правда хочешь быть со мной? На самом деле? - ее лихорадочные поцелуи спускаются к шее мужчины, но Лорен отклоняется, быстро проводя ладонями по лицу и как будто стирая смелые фантазии, которым вот-вот суждено сбыться. Крис передумал. Он больше не считает ее маленькой девочкой. Он испытывает к ней больше, чем просто симпатию к младшей сестре. Неужели она смогла переступить через этот барьер? - Мы правда будем вместе?
В тех книжных романах, которые читала Лорен, все самые сокровенные и тайные речи о любви, велись уже после свершившегося полового акта. Но Лорен не в книге и никогда не была в подобных ситуациях. Ей еще никогда не приходилось испытывать такие чувства к мужчине и как их выражать правильно, она совсем не знает. Просто чувство восторга и счастья переполняют ее так, что эмоции переливаются через край, выражаясь словами.
- Крис, я так хочу быть с тобой. Так давно хочу. - улыбаясь шепчет девушка, заглядывая в глаза мужчины. - Крис, милый, - она гладит его по волосам, оставляя на мгновение горячее и влажное возбуждение между ног. Зачем торопиться, если у них впереди целая ночь? И даже больше, чем одна ночь! - Я готова обойти с тобой за руку хоть весь мир. - она так любит эти воспоминания о ночных прогулках, возрождая их сейчас, когда перехватывает ладонь Криса на своем бедре и сплетает свои пальцы с пальцами Криса. - Я готова обойти с тобой весь мир. Только бы ты был рядом.
Она готова ради него на все.

+1

13

Лорен отзывается мгновенно, и Саландер ловит себя на мысли, что улыбается в изгиб ее шеи. Это какое-то давно забытое им состояние опьянения, когда алкоголь шумел в ушах, утяжелял голову, путал мысли. Или это ощущение от выкуренного косяка, некрепкого, баловства ради. Неважно. Она пахнет незнакомым ароматом. Видимо, какой-то тамошний их гель для душа, с ее работы, из клуба, и казенный цветочный шампунь. Сладкий до приторности. Дома таких нет, он знает. Но этот запах сейчас щекочет ноздри, дразнит. Чужое на родном. Незнакомое на знакомом. Кристиан расправляется с пуговицами на ее платье, распахивает, забираясь ладонями под ткань. Разочарованно стонет, потому что ее бюстгальтер расстегивается сзади. Он едва слышит, что она говорит, ей приходится позвать его по имени несколько раз, взять его лицо в ладони. Один его глаз мутен навсегда, другой - мутен сейчас. Лорен смеется, захлебываясь поцелуями, и шепчет о том, что теперь они будет вместе. При иных обстоятельствах это подействовало бы на него как ушат холодной воды, но он не соображает, о чем она говорит. Ему жарко, ему нестерпимо горячо. Она сейчас сведет его с ума, если не замолчит. Ее голос щекочет уши, раздражает все без исключения рецепторы.
- Подними руки, - он приподнимает ее над столом и выдергивает из-под нее подол, тянет платье вверх. Золотые волосы водопадом падают на плечи. Он убирает их, затем пропускает руки ей под подмышки, находит чертову застежку лифчика и расстегивает. Целует ее груди по очереди. Весь мир сейчас не нужен, достаточно пройти несколько метров до спальни. До его спальни. Он подхватывет Лорен под бедра и несет на руках. Опрокидывает на кровать. В его спальне горит одна только лампа в изголовье кровати. Теплый желтый ложится на кожу Лорен причудливым оттенком. Он склоняется над нею, целуя под горлом, едва ощутимо прикусывая нежную кожу. Спускается поцелуями к груди, на живот. Чувствует ее пальцы в своих волосах. Улыбается. Они судорожно путаются, тянут его за запутанные пряди.
Лорен спрашивала, правда ли она ему нравится. Лорен спрашивала, правда ли он хочет быть с нею. Правда, нравится. Правда, хочет. Буду ли они вместе? Хотел бы он знать. Он хочет узнать. Но сперва - узнать ее. Убедиться, что эта Лорен - его Лорен. Что эта Лорен - его Лори. Та Лорен, которая всегда казалась ему слишком невинной, слишком чистой для этой дерьмовой жизни. Та Лорен, которая признавалась ему в симпатии, и он чувствовал себя неловко, не представляя, как он может принять ее чувства. Та Лорен, которая зачитывается любовными романами и верит, что они возможны наяву. Теперь эта Лорен вдруг оказалась в стрип-клубе, бессовестная, дерзкая. Она танцевала для какого-то олуха и ей, кажется, нравилось. Да что за чертовщина с нею произошла?
- Ты болтушка, Лорен, - шепчет он. - Мне нравится. Мне хочется, - улыбается, поднимаясь над нею на руках. Восхитительная.

+1

14

Лорен никогда не напивалась, но отчего-то уверена, что опьянение выглядит именно так. Она чувствует себя шальной, всемогущей, уверенной, сильной, обольстительной и самой красивой на свете. Она чувствует себя так, как никогда прежде не чувствовала и это все из-за него, из-за мужчины, что уводит ее во тьму. Будучи когда-то абсолютно уверовавшей в собственное предназначение в судьбе Кристиана, будучи уверенной, что именно она должна повести его к свету, которого в нем так много, но он сам не верит в него, Лорен так поверила в свою собственную миссию, что и не заметила, как поддалась сладким речам Змея Искусителя. И дело не в плотском грехе, что манит горячим наслаждением и едва уловимым запахом яблоневого дерева и мускуса. Дело в отречении от себя самой, от своих убеждений, от своей веры. Кристиан, чье имя воспето в самых светлых песнях, стал для Лорен самым большим грехом.
Она смеется и не узнает свой смех, он какой-то низкий, глубокий, по-женски уверенный, и по-девичьи нетерпеливый. Ее пальцы исследуют мужские плечи, требуя больше и смелее, но тут же сдаются под натиском подвижного мужского тела. Сознание Лорен меркнет, ей больше не нужны ответы на вопросы, которых она и не помнит. Крис смотрит на нее слепо, в белой пелене, которая закрывает теперь не только ослепший глаз. Лорен смотрит на него пьяно, ее зрачки расширены, она мажет взглядом по лицу Криса, но выхватывает только губы, которые хочет поцеловать, шею, которую хочется обнять. Кристиан сейчас не целый, ничуть не целый в пьяных глазах Лорен, Кристиан сейчас не человек, а - эрогенная зона: где ни коснись, прикосновение отзовется женским стоном. Сплошная мистическая и легендарная точка G - вот то, что сейчас Лорен: стоит лишь сильнее надавить и она лопнет, как переспелый фрукт.
Существование времени подвергается сомнению, как и само пространство. Лорен не понимает и не помнит, как оказалась на постели, обнаженная, распахнувшаяся, накрытая, словно куполом, телом Криса. Она стонет и всхлипывает, закрывая глаза и откидывая голову назад. Каждый нерв, каждая мышца звенит от напряжения, натянутая до предела своих возможностей, и даже если порвется, Лорен почувствует только сладкую боль, сводящую с ума. Она извивается под поцелуями руками мужчины, она не отличает одно от другого, захлебываясь в этом ощущении тотального сумасшествия. Еще немного и она навсегда потеряет себя. Еще немного, если Крис продолжит так быстро и горячо шептать о своих чувствах, о своем желании, еще немного и она погибнет от этой змеиной улыбки, что растягивается на губах Криса. Ее путь во тьму, ее новая вера, ее запретная религия. Ее самый страшный грех.
- Крис...
Ее молитва.
Она слепо и торопливо глотает его плечи ладонями, каждый шрам, каждый дюйм кожи жадно съедается дрожанием пальцев, неумелых, непорочных. Она не успевает за темпом мужских ласк, она не успевает проследить дорожку его поцелуев, скольжение языка, укусы, что оставляют клеймо на нетронутом чужими руками, женском теле. Лорен вздрагивает под этими ощущениями, выстреливает, словно бьется под непрекращающимися ударами молнии. Ощущений так много, все происходит так стремительно. Когда она хотела этого и жаждала, когда фантазировала о том, как у них будет с Крисом, все было совсем иначе, все было... осознаннее, даже несмотря на то, что это была чистейшая фантазия. Основа ее представлений о сексе была основана во многом перечитанными не раз женскими романами. И сейчас Лорен тонет в этой схоластике, как в зыбучем песке.
- Крис...
Тремор мышц, судорога между ног, сводящая с ума от боли и желания, вдруг обращаются в тревогу в районе груди, поднимаясь и возвращая Лорен речь и зрение.
- Крис...
Все, что она может - шептать его имя, звать его, привлекать его внимание к себе. Ее тело тоже кричит его, тоже зовет и именно этот зов Кристиан преимущественно, должно быть, слышит. Лорен сводит ноги, когда губы мужчины опасно и так нестерпимо желанно приближаются к кромке белья девушки. Лорен готова кричать, разрываемая двойственным ощущение страха и похоти. Это похоже на изгнание Дьявола из человеческого тела, но Дьявол сейчас больше, чем сосуд, принявший Лукавого, Дьявол сейчас смотрит на Лорен  с пьяной улыбкой на губах.
Кристиан тянет руками за резинку белья, которое скользит по сведенным ногам девушки и Лорен подбрасывает на постели, мертвой хваткой впиваясь в руки Криса и останавливая его.
- Не надо!
Молчание, что прежде нарушалось стонами и неразборчивой мольбой, теперь трещит, как сломанный радиоприемник, поймавший глухую волну. Лорен смотрит на мужчину так, словно она только что выбежала из лесу и нарвалась на огромного медведя, готового проглотить ее одним укусом. Ее губы дрожат в немом шепоте, глаза блестят, плечи постепенно горбятся, а ноги сводятся еще сильнее, но уже не от боли.
- Извини... - одними губами шепчет она, все так же тяжело дыша, но как будто боясь собственного голоса. - Извини, Крис, я так не могу. Я думала, неважно, как, только бы это был ты, но я... - Лорен сглатывает, глядя на Криса и чувствуя себя самой несчастной на свете. Стыд тоже ковыряет стенки сердца, но первое, что Лорен сейчас чувствует, от чего ей сейчас противно и горько - страх. - ... я ошиблась. Извини, я так не могу. Не хочу... так. Извини.
Девушка опускает глаза. Ей лучше уйти. Ей лучше уйти прямо сейчас и даже не в свою комнату, а из этой квартиры. Из этого города. Она сама не понимает, чего хочет. Ей казалось, что получить Криса, получить его взаимность - это самое главное, самое потрясающее, что с ней может случиться. Но даже сейчас она отступает. Почему? Выходит, мало раскрыть в себе женское начало... Что же, значит, работа в клубе была напрасной? Но она все еще хочет быть с Крисом и все еще готова сделать многое, ради этого. Тогда почему сейчас остановила его? Неужели за всей этой торопливостью и всепоглощающей страстью, она все же испугалась первого раза? Или все дело в том, что для нее ночь с Крисом значит совсем не то, что для Криса - ночь с Лорен?

+1

15

Все могло случиться очень быстро. Спонтанно. С выключенными предохранителями. Саландер отпустил от себя всякие мысли, снял все ограничения и ответственность. Блядь, с первой минуты их знакомства он чувствовал за Лорен непонятную ответственность. Со своей безграничной доверчивостью и открытостью всем и вся, она сперва прицепилась к нему как репей, а затем проросла каким-то сладко пахнущим комнатным цветком. Комнатным — буквально. Сладко пахнущим — тоже буквально. Он перестал бороться с ее привязанностью к нему, когда решил, что ей просто напросто нужно наиграться в заботу, в опеку. Когда Лорен заговорила о чувствах, он посчитал, что ей просто нужно наиграться в любовный роман. Однако она, кажется, заигралась, а ему не следует оберегать ее от реальности, в которой все гораздо прозаичнее и совсем не так, как она себе это представляет. Она действительно нравится ему, он действительно хочет ее, но это не история из книжки. Никакого ебаного трепета в этом нет. Есть желание, оголенное как провод. Оно искрит, когда Саландер касается ее молочно белой кожи, когда тянет ее трусы вниз. Голос Лорен бьет его током. Сквозь шум в ушах Кристиан слышит не своё имя, а просьбу остановиться. Он поднимает к ней лицо, слепо всматриваясь в неё.
— В чем дело? — в пересохшем горле голос становится сиплым. Она держит его за руки, крепко сжимает его запястья, ее пальцы сомкнуты разве что не до бела. Что он сделал не так, если она не хочет «так»? У неё испуганные глаза, она смотрит на него, широко их распахнув. Она извиняется, блядь, она снова извиняется, но Саландер не понимает, за что. За то, что прервала его? Это чертовски неприятно, верно. Причиняет гребаный дискомфорт в затянутом в джинсы паху. — Я понял тебя, ты можешь отпустить, — тянет руки на себя и высвобождается из ее хватки. Лорен тут же подбирается на кровати, подтягивая ноги к груди, обнимая их и закрываясь. Смотрит на него поверх сцепленных рук, словно из-за крепостной стены. Кристиан садится напротив. Умывает лицо ладонями, трёт щеки. Приводит в беспорядок волосы. Нужно перевести дыхание. Все происходит слишком быстро. Сначала в одну сторону, теперь вот в другую. — Разве ты не этого хотела? — спрашивает он, прочистив горло. В его голосе ни упрёка, ни претензии. Он спрашивает тихо, не отводя от неё взгляда. — И как ты хотела, Лорен? Объясни мне. Пожалуйста, объясни, — произносит он терпеливо. Догадка приходит запоздало. Неважно как, лишь бы это был он? Она, что, все ещё девочка? Дьявол... Какой же он идиот. Тупая скотина. Саландер закрывает глаза, качая головой. Блядь. Ебаный в рот. Эта девчонка сумасшедшая. Устроилась в стрип-клуб, в то время как ей в пору было бы помогать при церкви! — Лорен, прости меня, — он пересаживается к ней и вдруг обнимает ее за плечи, целуя в растрепанную макушку. — Прости.

+1

16

Бездна. Лорен чувствует, как расстояние между ею и Крисом, которое она так стремилась преодолеть, превращается в бездну, которую девушке уже, возможно, никогда больше не сократить до расстояния протянутой руки, чтобы заключить Криса в объятия. Если и был шанс у Маршалл, завоевать сердце Кристиана, то теперь она потеряла его окончательно, испуганно глядя в глаза мужчины и наблюдая, как огонь, горящий в его глазах, тускнеет до мощности одинокой лампочки на забытой богом ночной улице. Это не угольки, это потерянный интерес, это разочарованное непонимание, это вынужденная остановка и подавление собственных желаний. Это упущенная возможность Лорен быть с Крисом этой ночью и, кто знает, может и следующими другими.
Но как бы ни корила себя за эту безумную выходку девушка, как бы ни была разочарована в себе самой и какой бы стыд ни испытывала, Лорен четко понимала, как она виновата перед Крисом, дав ему зеленый свет и не рассчитав собственных сил. Ей казалось, что она уже достигла и узнала все, что ей нужно, что страх нивелируется сам собой, благодаря ее чувства к Крису. И в сущности, даже если бы в итоге оказалось, что Крис не намерен был бы создавать с Лорен отношения, девушка не отступилась бы ни за что, свято веря, как в светлое сердце мужчины, так и в то, что после произошедшего, Крис не смог бы смотреть на Лорен, как прежде. А там ведь и до взаимных чувств недалеко! Лорен бы не отступилась! Она бы показала Крису, что он ошибается в своих убеждениях, что ему не нужны отношения. Просто он еще не встретил «ту самую», с которой бы этих отношений захотел. Точнее, уже встретил, просто еще не понял. Вот она – Лорен Маршалл, девочка, которую он спас и с которой был рядом, когда ей это так остро было необходимо, ее герой!
Самое смешное, что даже, если бы Лорен однажды пришлось бы раздеться перед полным клубом мужчин, даже если бы ей пришлось отрабатывать на коленях у чужаков целую ночь, в голове этой девчонки, все равно бы плясали единороги на радуге от одной только мысли, как бы могло быть у нее с Крисом, и как бы она могла сделать его счастливым, если бы он только понял, что Лорен именно та, что ему нужна.
И все же, даже эти фантазии и планы не смогли раскрыть Лорен до той степени, чтобы отдаться Крису в порыве горячки и спешности. Да, она сгорала от страсти, да, она сходила с ума, от одного только взгляда мужчины, но, увы, ощущение неправильности происходящего это не отменило. Теперь Лорен чувствовала себя дурой и меньше всего хотела, чтобы Крис посчитал ее динамщицей или вроде того. Потому что подобное мнение осторожно звучит, когда мужчина спрашивает, как же именно хотела Лорен. И пусть Крис звучит терпеливо и тихо, Лорен кажется, будто в нем поднимается гнев. В ней он тоже поднимался тогда, после их сцены в ванной, в которой Крис в очередной раз попытался «образумить» Лорен и убедить, что ее влечение к нему – ошибочное и нездоровое.
Девушка смотрит на Саландера виновато и напугано и опускает голову совсем, не зная, что ответить, она замыкается, словно потревоженная извне раковина, готовая сомкнуться так сильно, лишь бы только сохранить драгоценную жемчужину, хранящуюся внутри. Лорен глупо верит, что если смолчит, то обида Криса на нее будет не такой сильной.
Но как же часто она ошибалась на счет этого мужчины и ошибается уже в который раз. Она едва ли верила, что Крис теперь когда-нибудь к ней прикоснется, но вот об объятиях, в которые мужчина сейчас заключает девушку, она не могла и мечтать. Она чуть вздрагивает от неожиданности и не верит собственным ушам, когда Крис просит у нее прощения. Не верит собственным ощущениям, когда Крис целует ее в макушку. На какое-то время девушка застывает, поджимая губы и так и сидя, сгорбившись, сомкнув колени, опустив голову. На ее шее и груди все еще горят следы поцелуев, но куда волнующим стал именно этот невинный поцелуй в голову.
- Я думала…
Лорен может рассказать Крису о том, зачем она решила пойти в клуб, но она боится. Боится, что Крис не услышит главного и решит, что всё происходящее с девушкой его вина. Как бы он ни играл с ней этой ночью в клубе, но Лорен точно знает, что ее Крису подобная работа бы не понравилась. Тому самому Крису, который когда-то убеждал ее подумать о себе и уйти от тетки и Винса.
- Я хотела, чтобы для тебя это тоже что-то значило. – шепчет Лорен и наконец набирается смелости, чтобы поднять голову. Ее губы плотно сжаты и она пытается унять слезы, скопившиеся в глазах, ноне может. Она не ревет, не кричит, это тихая скорбь по упущенной возможности быть с мужчиной, который нравится так, что Лорен отрекается от себя. Это слезы обиды за собственную трусость перед тем, что принесло бы девушке удовольствие и наслаждение – быть с дорогим ей человеком и отдаться ему, доверить себя ему. – Я хотела стать для тебя особенной. Не такой, как другие.
Лорен утыкается в шею Криса сперва несмело, но закрывая глаза и немного расслабляясь, опуская напряженные плечи. Когда она произнесла свое признание, которое и для нее наконец обрело целостную форму – стало легче. Чтобы узнать, как жить дальше, на самом деле, тоже, многого не нужно.
- Крис, скажи, у меня есть хоть небольшой шанс, что когда-нибудь, - Лорен поднимает взгляд на мужчину и заглядывает в его глаза, вытирая слезы и стараясь выглядеть как можно более серьезной, а не жалкой. Лорен помнит – Крис не любит слез, - ты захочешь меня больше, чем на одну ночь и без обязательств?

+1

17

Лорен вздрагивает от неожиданности, когда Кристиан обнимает ее. Его руки резонируют. Он ожидает, что она вырвется и убежит, сгорая от стыда, но сегодня они оба удивляют друг друга. Так что если Лорен и горит, то здесь, рядом. Правда, она все ещё прячется, и голос, когда она его подаёт, звучит глухо. Она признается в своих мыслях, своих фантазиях, и Саландер сжимает зубы, запрокидывая голову. Вдох и выдох. Нет, это не проявление нетерпения, это не раздражение. Это тупая, давящая на грудь растерянность. Он совершенно точно не понимает, что в такой ситуации следует сделать, потому что прежде не сталкивался ни с чем подобным. Так что в этом отношении Лорен совершенно точно особенная. Только она ведь о другом. И что Кристиан может ответить на это? Ждёт ли она вообще какого-то ответа конкретно на это своё признание? Какой-то реакции? Забавно, что ее не-вопрос рождает именно вопросы. Почему он для неё такой особенный?
Кристиан не убирает своих рук с ее плеч, и Лорен наконец смелеет, поднимает к нему голову. Ее лицо, конечно, заплакано. Он коротко выдыхает. Он не знает, что делать со слезами тоже. Он бессилен против них. Он не понимает их странного свойства литься ещё сильнее, когда берёшься утешать. Тем более что теперь Лорен совершенно точно задаёт вопрос и совершенно точно ждёт ответ. Саландер смотрит на неё внимательно. На самом деле, ему не нужно время на обдумывание, оно ему нужно для того, чтобы произнести. Она должна принять его ответ за утешительный приз, потому что это не так. Он действительно отвечает так, как думает. Как ни за что и ни при каких других обстоятельствах бы не признал. — Почему у тебя его не может быть? — спрашивает он совершенно честно. Он спокоен. Убирает прядь волос за ее ухо, хотя в этом нет необходимости. Она зациклена на его отношении к отношениям — вот такая тавтология. Он об этом очень давно не задумывался — не было необходимости. Рядом не было никого, с кем эти отношения могли сложиться. Даже с Оливией. Тем более с Оливией. Она вспоминается неожиданно. Не к месту. Впрочем, эта постель как раз то самое место, где о ней и можно вспоминать, если у мест действительно есть память. — Ты говорила о цирке, — вдруг вспоминает Саландер. — Он ещё в городе? Может быть, сходим? Я зайду за тобой, — улыбается. Улыбается немного криво, немного устало. Но говорит не вымученно. Его кривизна и его усталость — следствие этого непонятного вымотавшего его вечера. Слишком много событий за раз. Слишком много особенного. Слишком много личного. Слишком много отношений.

+1

18

Лорен задерживает дыхание и если в мире и существует ответ, от которого могла бы зависеть, если не вся жизнь девушки, то очень важный период ее жизни, который повлияет на дальнейшую ее судьбу, то этот ответ звучит прямо сейчас. Сейчас во Вселенной девушки действительно не существует более важного ответа, чем тот, который произносит Кристиан, нет ничего более важного в собственной Вселенной Криса, чем сам мужчина, ставший для нее за столь небольшое время целым миром, открывшим так много! Раствориться. Раствориться в человеке легко и так же просто - в нем погаснуть, потеряв себя, отдавшись в жертву собственным чувствам. Но уже от самого этого человека зависит, вспыхнешь ли ты с новой силой, переродившись во что-то незнакомое, чужеродное для себя, но такое родное для дорогого тебе человека.
С Лорен происходили невероятные перемены за последние месяцы и никогда она не чувствовала себя такой сильной и такой слабой одновременно. Никогда прежде это ощущение близости к кому-то не было для нее таким всепоглощающим, никогда прежде она так сильно не хотела быть с человеком, даже в ущерб собственным убеждениям. Прежняя Лорен Маршалл никогда бы не ступила на порог стриптиз-клуба и уж совершенно точно, никогда не стала бы там работать, терпеть сальные шуточки, многозначительные взгляды и прикосновение чужих рук к собственному телу. Кто-то скажет, что ни одна порядочная девушка не пойдет на подобное, ради мужчина, потому что ни один порядочный мужчина не заслуживает подобного шага от девушки. Эти люди не любили, они не влюблялись столь ошеломительно, как это произошло с Лорен. Да, Крис стал для нее принцем из сказок, пусть и он сам бы пошутил, что это, должно быть, очень страшные сказки, которые нельзя читать детям. Но какая разница кто и что думал, если только Лорен выбирать свою судьбу и жить ее? Каждый жертвует чем-то во имя отношений. Кто-то - принципами, кто-то - свободой, кто-то - закрывает глаза на измены, иные же, поглощены своей любовью настолько, что прощают холодность и отрешенность. Лорен Маршалл пошла работать в стриптиз клуб и как бы смешно это ни звучало для тех девчонок, что лишились чести на заднем сидении машины, но для нее это - большой подвиг. И все же, она не требует от Криса за этот подвиг платы. Она просто честно хочет знать, есть ли у нее шансы завоевать взаимность Криса, как девушки, а не просто женского тела.
И ответ Кристиана, который мог бы прозвучать коротко и холодно, внезапно звучит вопросом риторическим и вопросом конкретным. У Лорен есть шанс. И Лорен может его использовать.
Глаза Лорен становятся блестящими, но не от слез, а от загорающихся внутри гирлянд, которыми девушка когда-то себе освещала путь домой темной ночью с ночной смены на работе и верила, что все у нее будет хорошо. Этого света сторонились, этого света не понимали и называли его наивным. Крис тоже его таким называл и Лорен даже уверена, что он до сих пор так считает. Но все это действительно неважно, пока он дает ей шанс убедить его в том, что в ней есть нечто большее, чем детская наивность. Улыбка ползет на вспухшие от поцелуев губы и девушка в искреннем порыве обвивает шею Криса, целуя его в губы, совершенно неожиданно для себя, смелея на глазах и заваливая от этого порыва, мужчину на спину. Лорен словно забывает о своей наготе, о том, как сжималась еще некоторое время назад, чувствуя такой стыд, как никогда прежде. Она зыбавает о своих переживаниях, о страхе, который так внезапно накрыл ее, ведь нет ничего важнее, чем такой теплый и такой вселяющий надежду ответ Саландера. Лорен прижимается к нему обнаженным телом, все еще обвивая его шею и целуя так, словно они не виделись целую вечность, после трудной и долгой разлуки.
- Давай сходим! Это... Это было бы так здорово, Крис! Я очень хочу с тобой куда-нибудь сходить, даже если бы это был не цирк, а просто парк или улица или кино. Правда, в кино я уже не работаю...- наконец сбивчивым шепотом выговаривает Лорен прерывая поцелуй. Она смотрит на Криса с непередаваемым чувством счастья и сердце ее сейчас бьется даже сильнее, чем от жарких поцелуев и смелых действий мужчины, которые он позволял себе минутами ранее. - Ой! - как будто спохватывается Лорен, глядя на то, как тесно ее грудь прижимается к груди Криса. Она смотрит сначала туда, а потом в глаза мужчины. Может показаться, что как будто огонек проскальзывает в ее глазах, а может, это румянец пылающих щек отдается искорками в глазах. Лорен улыбается. - Я могу... - Лорен облизывает губы, словно подбирая слова, - Я могла бы сделать это иначе. - осторожно предлагает Лорен, стреляя глазами на Криса и чуть поводит обнаженным бедром по паху мужчины. - Если ты хочешь.

0


Вы здесь » inside » столовая » like a magnet


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC