Добро пожаловать! Мы рады приветствовать Вас в Лейк Шор, штат Мэрилэнд! Тип игры - эпизодический. Рейтинг NC-17(NC-21).
На календаре ноябрь 2018 года. Температура воздуха
в этом месяце: +6°...+16°.
Путеводитель / Бюро информаторов / Справочное бюро: семейное!

СЛУШАТЬ

Lana Del Rey
Young and Beautiful

ПРИМИ УЧАСТИЕ

в музыкальном флешмобе

СЛУШАТЬ

Kavinsky
Nightcall

СЛУШАТЬ

KALEO
Way down we go

СЛУШАТЬ

Arctic Monkeys
Do I wanna know?
sample70

Белинда ждет почти брата

sample70

Эндрю в поисках проклятия

sample70

Диана ждет дочь

sample70

ДжеймсНАША ГОРДОСТЬ

sample70

РэйНАША ГОРДОСТЬ

sample70

СэтНАША ГОРДОСТЬ

sample70

РиверНАША ГОРДОСТЬ

О, счастливчик!

Удивили)) Честно, я не ожидала увидеть свою моську в счастливчике. Спасибо Геннадию. Всегда хотелось побыть на этом месте, и вот я здесь и почему то не могу найти подходящих слов, кроме как визжать от восторга) А теперь серьезно, я не мастер речей, конечно, надеюсь, вы поймете меня, что я хочу сказать) С-Семья. Такое и маленькое слово, но так много значит для всех нас. Это родство не только по крови, а по душе. Это говорит о многом, к примеру о том, что он в унисон думает, мыслит, как и другой инсайдовец по духу. У них и мировоззрение не различается, и интересы жизненные совпадают, им легко вместе общаться и такие люди с полуслова понимают друг друга. И дружба эта бывает независимо от возраста или пола. Одному может быть 18 лет, а второму 30 и они общаются на одной волне. И знаете это прекрасно. Весь этот форум наша большая семья. Бывает такое что иногда, и ругаемся, ссоримся, но потом же миримся. Сколько раз уходили и все же возвращаемся. От всей души хочу сказать спасибо, самым главным людям на нашем форуме - админам. Людям, которые это все придумали и продолжают фантазировать и осуществлять и удивлять нас своими идеями, сюрпризами, подарками. Спасибо вам наши любимые, наши родные и самые лучшие родители админы. Ну а так же пожелать терпения, как мне с алконафтами. Вы заботитесь о нас, как и я о них… а они это не понимают. Лэнг я про тебя имею ввиду, пьянь ты окаянная! Так же спасибо тем кто меня поддерживает и приободряет, милая моя солнышко лесное Элли))) Ну и всем остальным тоже огромное спасибо, целую обнимаю…и поменьше пейте! Берегите здоровье)))

inside

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » inside » кинозал » cold summer


cold summer

Сообщений 21 страница 40 из 46

21

Эйден ходит из угла в угол, словно загнанный зверь. Периодически что-то недовольно хмыкает себе под нос, затем берет в рот большой палец, грызет ноготь. Он ведь не может вернуть время вспять, да? Простым смертным это не подвластно. Как же отец Уорд жалел сейчас, что он всего лишь просто человек.
Собственная комнатушка давила на мозг. Он не мог толком соображать. В итоге, падре принял единственно верное решение – пойти на назначенную им же самим встречу. В мотеле. Боже. Какого хрена.
Закрыв церковь на ночь, падре максимально долго копошился с какими-то мелкими работами по уборке помещения, и только после, когда до назначенного времени оставался час с лишним, принялся собираться. Делал он это слегка нервозно, но с совершенно пустой головой. Казалось, он просто смирился с собственным решением, сделал выбор и был готов ко всему.
Рассудив так, что в мотеле в нем ни в коем случае не должны увидеть «святого отца», Эйден достал из шкафа запасную черную футболку, темно-синего цвета худи с капюшоном. После дождя на улице было довольно прохладно. Хотя, что-то ему подсказывало, холод – это последнее, о чем ему стоило бы беспокоиться. На ногах были обычные джинсы, да кеды. Пока Уорд просматривал свой гардероб, то с некоей иронией отметил, что в нем почти нет светлых оттенков.


Когда Эйден добрался на маршрутке до мотеля с рюкзаком на плече, то выглядел точь-в-точь, как обычный турист, приехавший повидать городок. Пройдя пешком еще минут десять, он, наконец вышел к мотелю. Стенли уже ждал у входа. Уорд замедлил шаг, откашлялся, подходя ближе. Нервно подтянул лямку рюкзака. Очевидно, что Шоу был удивлен увидеть его без колоратки и обычных черных одеяний католического священника…
- Давно ждешь? – коротко спросил он, пытаясь выдать за нервной гримасой теплую улыбку. – Идем, говорить буду я.
У падре все схвачено. Сейчас в нем говорил больше делец, нежели священник. И такой его стороны, темной и очень далекой от действительности стороны Стенли еще никогда не видел. Просто потому что Эйден никому ее и не показывал. Но вот тут решил сделать исключение. И теперь от этого все становилось безумно неправильным, безумно неловким.
«Ну заведешь ты его в номер…Дальше что?»
Эйден входит в здание мотеля, приветливо улыбается немолодой женщине за стойкой администратора. Здесь играет радио – передают какую-то женскую передачу с кучей никому не нужной болтовни. Она смотрит на Эйдена и Стенли, для нее они лишь двое странных путников. Не более того. Нервозность отца как рукой сняло. Он в своей тарелке…тарелке из лжи и уверток.
- Добрый вечер, мэм. Мы хотели бы снять два номера.
Взгляд женщины посветлел, она более радушно улыбнулась, после чего заученно выдала фразу, которой пользовалась, похоже, не малое количество лет, проведенных на этом посту.
- Конечно, у нас много свободных номеров. Кроме вас еще двое постояльцев. – Эйден кивнул, пока Стенли держится немного нервно, чуть позади. – Внесите залог в 50 $, зарегистрируйтесь в книге постояльцев. И можете отдыхать.
- Конечно, мэм, - Эйден берет ручку, заполняет их имена в пустых строчках.
«Итан Пирс, Закери Пирс». Женщина нарочно заглядывает в книгу, затем переводит на них взгляд, явно оценивая и оглядывая каждого в отдельности.
- Вы родственники?
- Да, это мой брат. Приехал устраиваться в местный колледж, я ему помогаю с переездом. Пока вот негде поселиться, на денек остановимся у вас, потом будет видно.
Уорд врет, как дышит. Женщина охотно покупается на ложь. Она уже было достает ключи из-под стойки, как вдруг осекается на полу действии.
- Ах, забыла. Ваши документы,… нужны для регистрации.
Эйден уже стоит с бумажником, отсчитывает деньги за залог, затем делает вид, что безумно изумлен ее просьбой. Шарится по карманам, проверяет в рюкзаке.
- Ох, черт… Закери, ты с собой документы не брал? Черт, мэм, кажется, остались в машине. Я сбегаю, если надо…
- Да, ладно. Не нужно. Вы, вроде, люди порядочные. Отдыхайте. Ваши номера – 22 и 23 на втором этаже.
- Благодарю, мэм, - с улыбкой кивает падре, берет ключи одной рукой, второй хватает «Закери» за руку и ведет за собой. Они идут быстро, молча, энергично перебирая ногами по ступеням. Когда доходят до места, Эйден, наконец, останавливается, поворачивается к Стенли. Хочет что-то сказать, но слова тут же застревают в горле, он открывает одну из дверей. Внутри полутора спальная кровать, отдельный туалет с маленькой душевой, тумбочка и один пуфик. Не сильно отличалось от кельи в церкви, надо признать. Зайдя внутрь комнаты, Уорд снова оборачивается к Шоу. У него меняется взгляд. И этот взгляд тут же выдает его волнение.
- Зайдешь? Или…, - он протягивает ему другой ключ, предлагая справедливый выбор.
«Ты мне ничего не обязан. Если боишься, не хочешь, не нужно. Я ничего не предлагаю, кроме того, что ты сам бы хотел.»

+3

22

Признаться честно, Стэнли потребовалось услышать голос, и еще немного переварить информацию, чтобы поверить, что перед ним действительно отец Уорд. Эйден Уорд. Сейчас он не был похож на священника. Толстовка, джинсы, кеды... Все это разительно отличалось от того настоятеля, к которому привык Стэнли. Он, даже когда работал, обычно был в рубашке, и редко позволял себе остаться в майке. А теперь это было как-то...
Уорд выглядит, как совершенно другой человек, и может быть поэтому Стэнли становится чуть проще. Потому что он легко себя представляет с каким-то красивым мужчиной в номере отеля, на одну ночь - чем с тем самым отцом Уордом, который... Который не то чтобы проявлял к нему особый интерес. В этом ключе, по крайней мере.
Только когда они уже идут к зданию, до Стэнли все-таки доходит, зачем это все... Черт, да, может быть, и ему стоит тоже как-то скрыть себя. Наверное. Все, что нужно Стэнли, чтобы его никто не узнал - распустить слишком неприлично отросшие волосы из хвоста. Ладно, он вообще даже не подумал о том, что ему надо себя как-то скрыть, засекретить. Он редко об этом думал. Лейк Шор итак уже прекрасно знал все его секреты.
Но, если Уорду так будет проще, то...
Когда Уорд начинает говорить с женщиной-администратором, у него даже голос меняется. Слышится акцент, происхождение которого Стэнли определить не может, но он говорит совершенно не как Эйден Уорд. И говорит так уверенно и натурально, что, кажется, никогда и не был Эйденом Уордом.
Это немного настораживает.
Стэнли стоит сбоку безмолвным подростком.
Сам для себя Стэнли решает, что это все часть обучения священников. Он должен звучать убедительно на проповедях. Даже если сам в Бога не верит. Наверное. Пусть это все будет просто частью обучения священников.
Уорд берет его за руку, берет его за руку, берет его за руку - и ведет за собой. Вау. Вау, это действительно происходит.
Но уже у номера мужчина в толстовке разворачивается, и в его лице снова угадывается отец Уорд. Только уверенности в нем чуть меньше, чем обычно.
- Зайдешь? Или…
Стэнли выдыхает и уверенно шагает в номер Уорда вперед него. Ну уж нет. Никаких или. Не для того он сегодня весь день волновался, чтобы теперь ничего от этого не получить. Он разворачивается лицом к Уорду, который закрывает дверь и включает свет.
Блять. Он с отцом Уордом... Эйденом Уордом в одном номере. В мотеле. Блять.
- Это все неожиданно... И поэтому я не буду задавать никаких вопросов, - твердо заявляет Стэнли, поднимая руки в жесте "сдаюсь".
Потому что вопросов слишком много.
Стэнли достает из кармана кофты фляжку и быстро делает еще глоток. Горький алкоголь мешается со свежестью ментола в абсолютно неперевариваемое сочитание. Гадость. Стэнли зажмуривает глаза и трясет головой с шумным вздохом.
- Никаких вопросов. Никаких, - это он уже говорит сам себе. Повторяет, чтобы не сорваться.
У него предательски подрагивают руки.
Он предполагает, что отец Уорд абсолютно так же запутан, как и он сам. Хотя с другой стороны он всегда выглядел таким уверенным и твердо стоящим на ногах, что в это сложно поверить. И Стэнли даже хочется надеяться, что у него действительно есть все ответы - но если вдруг нет... Лучше просто не рисковать.
Стэнли отставляет фляжку на подоконник, убирает волосы с лица, зачесывает их назад пальцами. Быстро собирает обратно в хвост, стягивая резинку с худого запястья. Так лучше. Волосы они... мешаются. Особенно когда... Да.
Парень возвращается к двери и щелкает выключателем. Теперь свет идет только из-под двери и через занавески от уличных фонарей. Так спокойнее.
- Давай лучше без света, - Стэнли выдыхает. - Люди ведь только за одним снимают мотель в своем же городе, - говорит он очень тихо и с легкой усмешкой, прежде чем повернуться обратно к Эйдену.
Странно, но на деле Стэнли... Стэнли почему-то отчаянно не хочет ощущать себя шлюхой. В мотеле. На одну ночь. Под выдуманными именами. Пусть он и пытается убедить себя, что это ничего такого. Было бы это "ничего такого", если бы это действительно был кто-то, кого он не знал. С кем бы не проводил так много времени. Про кого не думал бы столько, что это становилось подозрительным.
С Эйденом Уордом это было не "ничего такого".
Пытаясь, видимо, самого себя убедить в обратном, он берет инициативу. Алкоголь уже достаточно снял с него первичное напряжение. Стэнли берет запястье Уорда и тянет к своему лицу. Он приоткрывает рот и ведет по ним мокрым языком, прежде чем втянуть в себя указательный и средний, и ласкать их уже внутри. Прикрыв глаза, потому что так становится менее стыдно.
Ему говорили, что у него это неплохо получается. Говорили в перемешку с неприличными словами. Вряд ли Уорд позволит себе такие слова, надо полагать. Но действия - вполне может.
Вполне может позволить себе действия...
Блять, серьезно, они с ним вдвоем в номере мотеля ночью.
Вау. Блять.

+3

23

«Просто развернись. Поступи правильно. Беги!»
Эйден буквально кричит про себя, не осознавая, в какой внутренней мольбе смотрит на Стенли. Сам он просто запутался. Он не знает, зачем он здесь, почему хочет остаться наедине с этим мальчишкой. Но это не чувство вины. Это что-то другое. От чего по хребту бегут зловещие мурашки. От чего Эйден Уорд начинает испытывать чувство, которого не ощущал уже давно…И это был страх. Страх открыться кому-то, кто, кажется, стал близок. Страх иметь кого-то близкого. Страх… все его естество было окутано этим чувством, и, как на зло, Эйден сейчас был не при «исполнении», отчего все молитвы на успокоительной латыни выветрились из головы.
«Беги, как можно дальше, уходи…» - молит он мысленно, ключ в его руке чуть подрагивает. Вот-вот и Стенли возьмет его, потому что в глазах Шоу он видит столько же смущения, непонимания и страха, что и у него самого. Однако, этот котенок, напуганный, но такой отважный одновременно, делает шаг ему навстречу. И в эту секунду все внутри Уорда буквально замирает. Одновременно он испытывает величайшее волнение, страх, возбуждение и облегчение. Это слишком не сочетаемые эмоции в одно и то же время. Пульс учащается, когда парень проходит мимо него.
- Это все неожиданно... И поэтому я не буду задавать никаких вопросов, - голос Стенли звучит растеряно. Впрочем, падре не был вправе его винить за это. Он и сам сейчас находился в том же состоянии. Кинув лишний ключ на тумбочку у входа, Эйден бросил и полупустой рюкзак на пол, краем глаза наблюдая за парнем. Что ему сказать? Что сделать? Он уже переступил черту. Или нет?
«Нет, еще не до конца. Успокойся. У него еще есть шанс спастись.»
Внутренний голос был прав. Стенли Шоу пока не попал в опасный капкан, и когти демона, что сидел внутри Эйдена Уорда, еще не сомкнулись на его тонкой шее.
Стенли подходит к нему, выключает свет, и Уорд не успевает ничего сказать. Все тело становится нерешительно ватным, и от этого приходит еще одно чувство – раздражение. Падре Уорд вот, например, редко испытывал эту эмоцию. Но Эйден Уорд, настоящий Эйден, испытывал его почти постоянно… как и гнев, и страх, и другие эмоции…
Стенли хочет сделать это. Он даже выпил для храбрости. Глупый мальчишка…
В момент, когда он берет его ладонь и заставляет сначала ощутить пальцами его кожу, затем вбирает в горячий и влажный рот один из пальцев, мужчина тревожно вздыхает. Нет, погоди. Ты ведь еще ничего не знаешь…ничего.
Прежде чем парень успевает еще что-то сделать, падре осторожно отдергивает руку, вытирает пальцы о толстовку, делает резкий шаг назад и включает свет. Решительность вернулась к нему как нельзя вовремя.
- Нет. Не так. Стенли. Постой, пожалуйста.
Он берет его за руку, ведет к кровати и садится на край, заставляя и парня присесть рядом. Прохладную ладонь юноши он тут же отпускает, нервно растирая собственные пальцы, что еще приятно покалывает на самых кончиках…
- Я не хотел, чтобы ты делал это так. Я вообще не хотел, чтобы ты делал что-то, потому что тебе кажется, что ты это должен кому-то. Это касается не только … нас, - он с силой давит из себя слова, после чего, наконец, открыто смотрит на Стенли, повернувшись к нему в пол оборота. – Это касается тебя. Ты никому ничего не должен, понимаешь. Тебя никто ни к чему не принуждает. И… стоит ли тебе идти на это ради человека, которого ты едва знаешь?
Конечно, он намекал на себя. И намекал на Розу, за которой ему «приходилось» ухаживать. А Эйден просто хотел, чтобы ему было…проще. Он хотел дать ему чего-то большего, чем бездумный секс на ночь. Хотел быть ему опорой, заботиться о нем, помогать в нужде. Но боялся и страшился того себя, который выглядывал изнутри в моменты эмоционального забытья.
- Ты ведь меня совсем не знаешь, Стенли. Но я успел познакомиться с тобой, и, поверь, я не хочу причинить тебе боль…

+3

24

- Нет. Не так. Стенли. Постой, пожалуйста.
Стэнли ощущает, как к горлу подкатывает страх. Он напортачил? Он сделал что-то не так? Почему? А что надо было? Он испуганно открывает глаза, а затем щурит их от того, как неприятно колет свет. Вытирает рот рукавом от слюны. Он был так в себе уверен. В своих умениях. А теперь что-то не так и крупицы этой уверенности опять рассыпаются.
Стэнли замечает, как быстро Уорд отпускает его руку, усаживая на кровать. Будто... Будто и не хочет ее держать вовсе.
Стэнли чувствует себя грязным, неправильным и лишним. Он уже готов сорваться с места и просто уехать отсюда. Ему неуютно. Ему противно от самого себя.
А потом Уорд начинает говорить - и все становится еще сложнее. Он будто пытается прочитать кусок из своей проповеди, но Стэнли никогда не понимал его проповеди, поэтому сидит с лицом лица, уставившись куда-то в плинтус, под который вот-вот упадет его настроение и самооценка.
Он говорит, что Стэнли никому ничего не должен. "Кажется, кто-то забывает, что говорит с самым эгоистичным пиздюком на реке Маготи," - как-то очень горько звучит у него в голове. Стэнли ведь всегда считал себя эгоистом. Поступал как эгоист. Не задумывался о чувствах других. Этим в него тыкали постоянно.
Стэнли не думает про Розу, потому что хотел хотя бы сегодня ночью о ней не вспоминать. Просто. Банально. Не думать. И от того, что его будто пытаются вывести на какой-то глубокий разговор, Стэнли наполняется раздражением. Его бесит это все, он абсолютно не понимает, чего от него требуют.
Стэнли требуется пару вдохов прежде, чем хрипло начать:
- Вы... Вы шутите? Вы издеваетесь надо мной что ли? - он наконец поднимает взгляд на мужчину. И в глазах читается тупая обида. - Я сам пришел сюда. Никто меня не принуждает, что за бред. Я ничего вам не должен, блять, естественно! - голос от осторожно хриплого вдруг начинает резко набирать в громкости.
- Я сам этого хочу. Я хочу! - Стэнли бьет себя кулаком в грудь. Блять, почему этот концепт такой сложный? Почему если ему меньше лет, он не может сам захотеть, а обязательно должен быть под влиянием? - Или ты вообще слепой и не в курсе, что я на вас слюнки пускаю с первого дня? Да я же... Я же даже... Блять!
Стэнли не понимает, чего от него хотят. Абсолютно. Он настроил себя на нечто другое, и теперь теряется.
- Да о какой... О какой боли вы говорите, что за бред, блять. Сука! - Стэнли вскакивает с кровати, потому что сидеть уже не может. В теле бурлит негодование. - Причинить боль, бред, лубрикантом пользуйся и все нормально будет, нашелся, блять, герой-любовник... - раздраженно бурчит уже сам себе под нос Стэнли, кружась вокруг себя.
Как он может, как он может, зная, через что сейчас проходит Стэнли. Естественно, Стэнли не дурак, и понимает, что Эйден, скорее всего, имеет ввиду боль не физическую. Но о таком Стэнли тем более думать не хочет.
Это должен был быть милый перепихон на одну ночь. Стэнли думал, что может быть он смог бы достаточно расслабиться в руках Уорда, чтобы наконец отдаться кому-то полностью, а не как обычно ограничиться тем, что умеешь хорошо делать.
- Конечно, я совсем тебя не знаю! Вы сами не рассказываете ничего о себе! Единственное, что я знаю, что вашу, блять, мертвую бывшую звали Кристина. Все! - Стэнли машет руками. - Я даже не знал, что тебя и мужчины привлекают. Вот это сюрприз! Я-то считал, что вам омерзительна моя ориентация.
Стэнли трет себе шею, трет плечи и не может устоять на месте. Обхватывает себя, в тщетных попытках закрыться от всех этих слишком глубоких разговоров.
- Что вам вообще от меня нужно? - скорее с отчаянием, чем с раздражением, спрашивает Стэнли. Не смотря на то, что пообещал сам себе не задавать никаких вопросов. - Почему ты так рьяно каждый раз пытаешься меня оттолкнуть? Даже когда сам же-..
Это был не первый раз ведь, когда Уорд говорил что-то с намеком "я плохой человек, я тебе не подхожу" и прочую белиберду. Да он ведь священник, Боже правый. Из рекламных брошюр в больнице, а не из фильмов в кинотеатрах.
- А знаете что? Нахуй! Нахуй, если это доставляет столько неудобства вашему святейшеству, то... - Стэнли хватает ключи с тумбочки. - Пойду спать к себе. Братик, - с максимальным ядом кидает, выбегая из номера еще до того, как Уорд успевает что-то сказать.
"Может не надо было... Что бы он на такое ответил? Почему я всегда убегаю от его ответов?" - но Стэнли слишком рассержен всем, чтобы еще и свои действия пытаться обосновать. Захотелось - приехал трахаться с Уордом. Захотелось - убежал из его номера. Вот такой он взрослый и решительный.

Отредактировано Stanley Shaw (Вс, 28 Окт 2018 15:04:37)

+3

25

Чего он ожидал, когда решил попытаться поговорить со Стенли на чистоту? Чего? Понимания? Спокойной, взрослой реакции? Почему-то в своей грусти и страдании Стенли выглядел куда более внутренне зрелым, чем он был на самом деле. И сейчас Эйден прекрасно видел это. Внутри парня закипел котел с такими взрывными эмоциями, что перебивать его или пытаться заставить успокоиться не представлялось реальным.
Поэтому Эйден молчал. Он даже не смотрел на Шоу, пока тот плевался сначала слюной, потом ядом. От беспомощности, страха, разочарования и злости… Эйден посмотрел на дверь только тогда, когда она громко захлопнулась за спиной Стенли. Во взгляде была горечь и пустота.
«Правильно, беги. Ты все сделал верно.»
Но сделал ли верно сам Эйден? Верно ли, что решил зарубить на корню желание открыться кому-то?
«Конечно, черт подери… ты убийца. Ты – демон. Не смей трогать парня, иначе пожалеешь».
Уорд встал, отошел в ванную. Под ледяной водой быстро ополоснул лицо, предпочел тут же вытереться и не глядеть на свое отражение в мутноватом зеркале. Вытащив из рюкзака бережно сложенную и высушенную белую рубашку, которую Стенли сегодня забыл в церкви, мужчина выходит из номера, осторожно складывает рубашку под дверью номера Стенли, затем замирает на секунду. Дотрагивается до ручки, но тут же одергивает руку. Нет. Пусть отойдет. Лучше будет, если он просто побудет один и поспит, успокоится в конце концов.
Быстро спустившись вниз, Эйден выходит на улицу, чтобы подышать воздухом. У мотеля стоит автомат с батончиками и напитками. Тут же рядом курилка, где вальяжно расположился один из постояльцев. На запах сигареты были крепкими, а сам мужчина, кажется, был тут проездом.
Эйден проходит мимо, кидает пару монет в автомат, чтобы достать горячий кофе.
- Не советую. Дрянь редкостная… - хрипло говорит мужчина, выдыхая терпкий сигаретный дым из ноздрей.
- Я этой дряни не пил давно. Ломка, - немного не добродушно ответил Уорд. Банка с кофе падает вниз, и мужчина наклоняется за ней. Это был хороший повод согреть руки, потому что теперь они были просто ледяными, несмотря на лето.
- Ваше дело. А этой дрянью не балуетесь? – Мужчина ловко вытаскивает сигарету, предлагая ее священнику. Тот лишь коротко ухмыляется, смеряет взглядом и мужчину, и предлагаемую трубочку с никотином и табаком. «Плевать…».
- Завязал, - он делает паузу и выдыхает, пожимая плечами. – Но сегодня слишком тяжелый день. Огоньку не найдется?
Глаза незнакомого мужика точно подобрели. Он зажигает конец сигареты, отдает ее Уорду. Сначала Эйден просто вертит ее в двух пальцах, рассматривая, как тлеет огонек.
- Наши жизни слишком коротки, чтобы отказывать себе в удовольствиях, так?
- Хех, право говоришь, мужик. – Тявкает мужчина рядом, затягиваясь сигаретой и с интересом разглядывая Эйдена. Сам же падре, наконец, закуривает. Глубоко, с чувством нескрываемого удовольствия затягивается, впускает в легкие горький дым. На выдохе слегка закашливается, прочищая горло.
- Долго в завязке то был, видимо… Ну ладно, пойду я. Завтра до Вашингтона еще ехать и ехать. Бывай.
Кивнув незнакомцу, Эйден продолжил стоять на улице, медленно выкуривая сигарету, грея руки о банку кофе, которую держал в кармане худи. Интересно, что сейчас в номере делал Стенли? Рыдал, уткнувшись в подушку? Или может просто лег спать? Может, вымотался эмоционально и решил отдохнуть? Так было бы лучше для всех. Наверное.
- Я так запутался…, - шепчет Эйден себе под нос, выдыхая сигаретный дым и выкидывая бычок в урну.
Он вернулся в номер через полчаса. Уже без кофе, который успел выпить на улице. Мужик был прав, автомат продавал самую отборную дрянь. Впрочем, Эйдена это мало расстроило. Проходя мимо двери номера Стенли он понял, что тот не выходил, потому как рубашка все еще лежала не тронутой. Что ж, наверное, это действительно судьба. Вернее, не судьба. Не стоит бередить старые раны, прошлое и уж тем более посвящать кого-то в мир собственной Тьмы.
Падре принял долгий горячий душ, пытаясь согреться, после чего сразу же забрался в кровать. Белье пахло порошком и отбеливателем, и это даже как-то успокаивало. Ему казалось, что простыни в его постели в церкви все еще отдавали металлическим запахом крови.

Отредактировано Aiden Ward (Вс, 28 Окт 2018 18:58:03)

+3

26

Наверное, Стэнли стоило поехать домой. Он не знал, почему решил остаться в номере. Это глупо. Будто бы... будто бы у него была какая-то надежда. Что за ним кто-нибудь придет, кто-нибудь все-таки подарит ему хоть какую-нибудь ласку и любовь.
Определенный кто-нибудь.
Стэнли валяется на кровати и не включает свет. Он смотрит в неровный потолок, гуляет глазами по комнате. Без шума телевизора непривычно тихо. Стэнли достает телефон и впервые за долгое время решает глянуть личные соцсети. За этот месяц он едва ли заходил в те соцсети, где было его настоящее имя.
Он опять игнорирует кучу сообщений. Ему просто. Не хочется говорить ни с кем. Не отвечать на простые "привет-как-дела", не тем более читать "я-слышал". Они могут быть честные и от души, но. Но Стэнли это все нахер не сдалось. Он даже не до конца понимает, зачем вообще зашел в приложение Фейсбука, пока в итоге не заходит на профиль Рузвельта Ру Нортона.
Рузвельт Ру Нортон указал место обучения: Мичиганский университет. Ярко-желтая буква М на синем фоне. Его профиль завален фотографиями в университетской форме с университетской символикой. Сплошные ярко-желтые М на синем фоне. Синие М на ярко-желтом фоне.
"Футболист. Ты ходячее клише, Стэнли Шоу," - корит сам себя Стэнли. - "И он тоже."
Толстовка, в которую Стэнли хотел бы сейчас закутаться, осталась в машине. От нее давно уже не пахнет лавандовым кондиционером. В ней давно уже не уютно, и пора бы уже постирать или выкинуть, но Стэнли все никак не может. Ищет в ней последнее спасение.
Он листает фотографии в его Инстаграме и думает: "С каким из этих парней ты теперь целуешься? Трахаешься тайком, чтобы никто не узнал. Или уже знают?"
Стэнли думает: "А здесь ты бы открылся, если бы я тебе дал?"
"Нет ведь, конечно, нет. Кто я такой, чтобы ради меня рисковать репутацией, да?" Селфи с командой по футболу.
"Какой же ты консерватор." Фотография, как он спит на учебниках.
"Может быть у нас бы все получилось." Невнятная групповая фотография с какой-то вечеринки.
"Ты же любил меня, придурок, идиот, кретин." Огромная пицца. Он ведь не любил с ананасами, лицемер.
"Ты говорил мне, что любишь." Опять селфи с какими-то парнями.
"Я тебе верил, верил, что ты любишь, а ты..." Его лицо на фоне футбольного поля, взгляд куда-то в сторону. Позёр.
- Я ненавижу тебя, - шипит Стэнли в экран телефона. Резко убирает его в сторону, вновь утыкаясь взглядом в потолок.
Закрывает лицо ладонями и низко выстанывает что-то недоброе.
Он должен был лечь в комнате и успокоиться - но вместо этого начал загонять себя в еще более глубокую яму уныния. Напоминать себе, что он - недостоин. Ни внятного публичного признания своего существования, ни даже сраной ночи в мотеле с человеком, который не просто хочет Стэнли, но и с которым сам Стэнли готов ее провести.
Бесполезно. Не хватает только грустной музыки, чтобы окончательно утопить себя в этом потоке абсолютно непроглядной тоски.
Стэнли бы впору разрыдаться где-то на этом моменте. Но тут он вспоминает кое-что.
В тихой комнате раздается его обреченный смех.
- Я все равно сдохну раньше пятидесяти. Недолго страдать осталось, - говорит он себе, будто это лучшая шутка в мире.
Смеется негромко. А потом молчит. Все так же смотрит в потолок.


Стэнли сам не замечает, как его вырубает. Или не вырубает. Стэнли оказывается не здесь на какое-то время, а потом начинает падать, вздрагивает - и опять обнаруживает себя здесь. В мотеле Бриз-Пойнт на  Уитстром-роуд. Телефон у него под рукой, и он поднимает его к лицу.
00:23
Стэнли на автомате разблокирует экран, и приложение, которое было открыто, обновляется. Последнее фото на странице Рузвельта - селфи с родителями в их гостинной. Стэнли криво усмехается.
- Да пошел ты в жопу, - со смехом думает он и бездумно лайкает фотку.
Наверное, ему пора это уже пережить. Может быть, он это уже пережил.
Стэнли открывает дверь номера, чтобы выйти покурить. Но на пороге обнаруживает... пакет? Что это? Он опускается, и только потом распознает, что это рубашка. Белая аккуратно свернутая...
Неужели та самая, в которой он пришел в церковь сегодня.
О Боже, это было сегодня? Технически, конечно, еще вчера, но все же сегодня.
Не имея абсолютно никакого плана в голове, Стэнли берет рубашку с пола и подходит к соседней двери. Стучит коротко но уверенно, и только после думает:
"Какого хера я творю?!"

Отредактировано Stanley Shaw (Пн, 29 Окт 2018 00:14:19)

+2

27

Сначала он долго ворочается. Потом вспоминает, что не чистил зубы, хоть и нашел в туалете одноразовый набор. Решает, что привкус сигаретного дыма на зубах куда приятнее мятной пасты, и периодически облизывает зубы языком. Какие-то странные механические движения позволяют отвлечься от гнетущих мыслей, и он, наконец, удивительно для себя, проваливается в неспокойную дрему.
- Ты опять вернулся поздно…
Голос Кристины, мелодичный и тонкий, слышится каким-то совершенно потусторонним. Эйден наблюдает за собой со стороны. Как он стоит к ней спиной, снимая пиджак, пряча манжеты, испачканные капельками крови. Эти капельки он прекрасно помнит. Помнит, откуда они. Помнит, что ему пришлось участвовать в показательной «казни» для одного папиного недобросовестного коллеги. Помнит, как он визжал, точно свинья на бойне. Дуло было прямо промеж его глаз, поэтому то он и запачкал манжеты.
- Эйден! Что… что это?! – Она хватает его за запястья, трясет руки. Он потерял бдительность, не успел снять рубашку. Он не думал, что Кристина будет его ждать… так поздно.
А дальше злость. Пелена красного цвета, покрывающая глаза. И он толкает ее, бьет наотмашь открытой ладонью. Ладонь жжет так, будто она в огне. А в глазах Кристины страх, слезы…
- Господи, Эйден…что с тобой стало…

Внезапно сквозь неспокойный сон, наполненный отголосками прошлого, пробивается стук. Стук? Кто-то стучит в дверь? Эйден хочет обернуться, но во сне он этого не делает. Во сне он снова заносит руку для удара. И внезапно просыпается, подскакивая на кровати. Весь в поту…холодном и липком. «Черт…черт…Дьявол меня побери…» - думает он, трет лицо. Стук действительно был в его дверь. В одних трусах он идет открывать. От сна не осталось и следа, только его осунувшееся лицо выдавало неимоверную усталость после короткого и болезненного кошмара.
На пороге…Стенли. В руках у него рубашка. Темно, тихо, и слышно только дыхание обоих. Напряжение внезапно нарастает, когда Уорд понимает – ему все же нужен Стенли. Они нуждаются друг в друге. И связывает их не любовь. Их связывает страх.
Он берет Стенли за локоть, втягивает в номер, закрывает за ним дверь и вжимает его в нее, тут же затыкая рот поцелуем. Кажется, из рук Стенли падает рубашка, но Уорд сейчас сосредоточен на другом. Он внезапно быстро отстраняется, подхватывает Стенли на руки. Он почти ничего не весит, совсем отощал. Тащит его в кровать, и падает вместе с ним, на него. Движения при этом выверенные, мягкие, но никак не расслабленные. Каждая мышца подобна стали и напряжена до предела. Эйден оглядывает чуть растерянное и напуганное лицо парня под собой, заботливо убирает с его лица упавшие черные, как смоль, волосы.
- Зря ты вернулся…
Его горячий шепот обжигает, а дьявольски поблескивающие глаза рассматривают лицо парня. На его скулы красиво падает свет из окна, подчеркивает его худобу… Эйден целует его в скулу невольно, скорее автоматически, инстинктивно, затем опускается поцелуями ниже на шею. Это не тот священник Эйден Уорд, которого всегда знал Стенли. Это тот Эйден Уорд, который всегда скрывался в шкуре невинной овцы.

Отредактировано Aiden Ward (Пн, 29 Окт 2018 13:06:46)

+2

28

Что сказать? Что сказать?
"Спасибо за рубашку"? "Вот ключи - я поехал"?
Зачем он вообще постучал, может можно развернуться и уйти? Да, точно, надо отойти от двери и пойти к машине. Отойти и пойти к машине. Отойти...
Уорд открывает дверь и сонными глазами смотрит на Стэнли. Тот делает нервный вдох, судорожно пытаясь вспомнить как говорить. Он ловит на себе какой-то очень странный, почти опасный взгляд - и прежде, чем успевает что-то подумать по поводу того, что Уорд в одних трусах, его затягивают в номер и зажимают спиной к двери.
Целуют. Страстно, открыто и голодно.
В Стэнли отключаются примерно все системы, ответственные за беспокойство и рациональное мышление. Он отдает себя с одного щелчка. Запрыгивает на мужчину, на его сильные руки. Вау. Вау.
Они падают на кровать. Вау.
- Зря ты вернулся… - его низкий голос отдает вибрацией в груди.
Стэнли смотрит слегка непонимающе. Для него это все меньше всего похоже на "зря". Пусть все и крайне неожиданно. Пусть Стэнли и боится, немного, конечно, боится. Он неопытен и юн, и сейчас почему-то особо остро ощущает их разницу в размере. Когда Уорд нависает над ним почти хищно. Стэнли быстро пробегается по нему глазами, просто чтобы осознать... Вау. Не получается. Не получается осознать, слишком много всего осознавать.
Губы на шее - и Стэнли слегка задерживает дыхание. Дергается. Но ему приятно. Он откидывает голову, подставляется под поцелуи. Его руки касаются обнаженного теплого мужского тела. Все еще будто не веря в реальность происходящего. Стэнли начинает дышать, но очень осторожно. И когда губы доходят до воротника футболки...
Да, надо раздеться, точно, надо раздеться, скорее, он же голый, а ты еще, ты не...
Стэнли слегка вылазит из-под Уорда, начиная судорожно стягивать с себя кофту. Из-за волнения и попыток сделать все быстрее, делает он это неуклюже и дольше, чем надо. Кофта летит куда-то в сторону, он хватается за футболку со спины, начиная стягивать ее. Чувствует, как Уорд ему помогает, и просто...
Футболка не успевает даже приземлиться, когда Стэнли уже накидывается на Уорда с новым поцелуем. Прижимается холодной кожей к его теплому рельефному телу. Берет его лицо в свои руки. Целоваться здорово. Стэнли уже забыл, как здорово целоваться на трезвую голову с кем-то, кто тебе нравится. Наверное, он слишком активный - но пока его не отталкивают, он будет брать все. Все, что только возможно, все.
Ему не хочется думать о том, с чего вдруг Уорд передумал. Какая к черту разница. Теперь он ласкает, целует и хочет Стэнли.
"Только молчи, ради всех Святых, Стэнли, не говори не слова," - тарабанит он сам себе установку.
Стэнли что-то невнятно выстанывает в поцелуй. Это все, что он может себе позволить. Точнее, это то, что он не может в себе сдержать.

+3

29

Стенли реагирует бурно. Сначала он, естественно, впадает в некоторый ступор, не понимая и не осознавая происходящего, потом постепенно отходит. Его потрясывает. По коже от прикосновений Эйдена у него то и дело бегут мурашки. Он стягивает с себя одежду неуклюже, с заминками, и падре помогает ему избавиться от лишних тряпок. После, внезапно для самого Эйдена, Стенли пытается перехватить инициативу, быстро впиваясь в его губы поцелуем. Голодным, жадным и … напуганным. Не потому, что он боялся Уорда, хоть и стоило бы, а потому, что боялся его сейчас потерять.
Эта юношеская неуверенность так сильно напоминала ему то, каким и сам он когда-то был, глядя в тайне на Дерека, что мужчина начал невольно сильнее возбуждаться. Твердый ствол вызывающе трется об пах Стенли, пока сам парень расставляет ноги и обнимает его ими.
Он хочет его…это уже никак не скрыть. Хотел еще давно, просто боялся себе признаться. Но сегодня он не был Эйденом Уордом – праведным священником, каким был, черт возьми, с Кристиной в той исповедальне. Сегодня он был Эйденом Уордом, который никогда не отрицал своей бисексуальности, хоть и избегал ее. Сегодня он был тем хищником, каким всегда был. И сил скрывать это у него просто не осталось. В особенности, когда ему отвечали взаимностью.
Эйден в ходе поцелуя выгибает напряженную спину дугой, затем отстраняется от пухлых губ парня, скользит по нему ниже. Влажные поцелуи следуют от ямочки между ключиц до самой блядской дорожки из волосков, уходящих в трусы. Руки Стенли сами тянутся к ремню джинс, и Эйден легко откидывает их, помогая избавиться и от них, вместе с нижним бельем.
Низ одежды Стенли летит с кровати на пол. Эйден встает на колени, выпрямляясь в спине и нависая над Шоу. Взгляд темных глаз скользит по его худому телу. Кажется, что как только его взгляд падает на какую-то часть тела Стенли, тот сразу же напрягается физически. Эйден опускает пальцы, проводит по его худой, почти гладкой груди, одними кончиками.
- Теперь уже нет пути назад…, - шепчет он тихо, сам себе. Констатирует факт. Неизбежность.
Спускает свои боксеры, ловко избавляется от них, чтобы снова оказаться сверху. Ладонь обхватывает челюсть Шоу, удерживая его от неловких и смазанных, прерывистых поцелуев. Сначала его язык проходится по губам парня, потом скользит внутрь горячего рта. Другая рука плотно проходится по ребрам Стенли, затем переходит на бок, и украдкой уводит бедро чуть сильнее в сторону, чтобы их разгоряченная плоть сильнее и беспрепятственнее ощущала друг друга.
Он отрывается от поцелуя, когда перестает хватать дыхания, тянется губами к уху Стенли. Его растрепанные волосы на подушке и на лице… даже в темноте он выглядит стесняющимся, потому что щеки отдают пунцовым цветом.
- Стенли…. – тихо и низко выстанывает Эйден имя своего … любовника? Как теперь называть Стенли? Об этом он подумает потом. Пока что он просто помогает парню перевернуться на живот, лаская руками его спину от крыльев лопаток до самого копчика… резким движением, весьма агрессивным и животным приподнимает его поясницу вверх, заставляя соблазнительно отставить зад.
Эйден никогда не думал об этом, никогда не делал этого, но действовал грязно, инстинктивно, развязно. Потому что он чертов хищник, демон…и он берет то, что ему предназначено. Его ладонь ложится на возбужденный член парня, начинает двигаться вверх-вниз, плотно обхватывая его. Сам же падре прижимается к Стенли сзади, его стояк очень дразняще пристраивается прямо между ягодиц парня, потираясь об анальное отверстие. Свободная же рука прихватывает Стенли за горло, чуть ниже подбородка, чтобы заставить его выгнуться в спине и немного открыть рот. Так туда прекрасно помещаются указательный и средний пальцы. Кончик языка Стенли влажный, горячий, и Эйден прекрасно чувствует, как быстро у любовника повысилось слюноотделение в этот момент. В довершение всех этих бурных, но очень осторожных, ласк Эйден прикусывает Шоу за хрящик уха, делая больно совсем немного. Достаточно, чтобы он постанывал от удовольствия и мольбы еще сильнее.

+3

30

Поцелуи обжигают кожу, Стэнли закусывает губу. И это, казалось бы, такие простые и легкие касания, что может быть проще, они ведь еще только разогреваются - но Стэнли плывет уже от них. Аппетит накрывает его, голод чувствуется во всем теле. Он хочет-хочет-хочет, еще-еще-еще. Прогибается, подставляется, абсолютно не способный сдержать свои желания в себе.
Он судорожно думает - Может быть надо было побриться? Или нет? Да? Стэнли не знал, Стэнли вообще не перед кем особо не, кхм, снимал штаны. И сейчас чувствовал себя неуверенным в собственном теле. Достаточно ли он хорош? Стэнли мог тысячу раз шутить грязные шуточки, быть пошлым и откровенным постоянно - но на деле же... На деле для него все было слишком волнительно. Полноценный секс казался чем-то слишком... Чем-то слишком. Стэнли было просто потираться в одежде, давать себя лапать, брать у кого-то в рот, просто потому что это исключало посягательства на все его остальное тело.
Но сейчас Уорд требует его всего.
И сам же сам снимает со Стэнли штаны - и это еще одно подтверждение, что он хочет. Да, Стэнли уже чувствовал его стояк, и они целовались, но он все еще не способен до конца принять этот факт. Его хочет Эйден Уорд. Вау.
Время ли сейчас вспоминать, сколько раз он на него дрочил? Нет, определенно нет, потому что Уорд встает перед ним и рассматривает. Будто оценивает. Если Бог и существовал, то вот он, прямо сейчас перед ним. Под взглядом его внимательных глаз Стэнли ощущает себя незначительным. Недостойным. И от этого еще острее чувствует наслаждение от его пальцев на коже. Это Божество, этот Ангел, этот Дьявол во плоти хочет Стэнли.
- Теперь уже нет пути назад…
Стэнли и не хочет назад. Он хочет отдать себя, прямо сейчас, бездумно и полностью. Он не ощущал еще в себе настолько плотного желания. Будто все, что было раньше - лишь пробники, не в сравнение.
Парень позволяет себе украдкой еще раз оглядеть тело мужчины в привлекательном интимном полумраке комнаты. Его поджарые стройные мышцы. Идеальная фигура. Твердый соблазнительный член, который Стэнли очень хочет прямо сейчас взять в рот. Облизывает губы.
Небольшое проявление силы с его стороны манит. Этот страх перед более сильным соперником, который должен включать инстинкт "бежать" - но Стэнли им загипнотизирован. И впервые за долгое-долгое время любит свое имя так, будто оно действительно что-то значит, низким шепотом на ухо.
Стэнли покорно поворачивается и ловит озноб на спине от... От понимания того, что собирается сделать. Особенно, когда его заставляют прогнуться, откровенно выставить зад. Стэнли тает от ощущения члена между ягодиц. Черт... Ч-черт...
"Только молчи про то, что ты только морковки в себя пихать горазд," - шипит сам на себя Стэнли.
Ему хочется. Хочется сделать это с Уордом. Странно, он раньше так боялся, сторонился этого. Точнее, он постоянно о таком фантазировал, но в то же время не мог побороть волнение и сделать это с живым человеком. Сколько раз уговаривал себя - сегодня. Сегодня ты потеряешь свою девственность и все будет по-другому. Сколько раз настраивал себя, что первый, кто захочет - тому и отдаст.
Столько же раз он и убегал от этого. Тушевал.
Теперь нет. Теперь он не чувствует в себе желание убежать. Скорее наоборот, приковать себя и Уорда к этой чертовой кровати, чтобы все было, чтобы было все-все-все.
Чтобы были эти поцелуи, эти прикосновения. И чтобы его держали. И пальцы во рту, которые Стэнли сосет забвенно. И чтобы его ладонь на члене-... Стэнли не сдерживает короткий стон, который звучит слишком громко в комнате. Все тело слегка трясет нетерпением, страхом и желанием. И он скоро утонет... утонет...
- С..Стой, - он перехватывает руку Эйдена, убирает ее резко со своего ноющего стояка. - Стой-стой-стой, я... - Стэнли жадно и шумно вдыхает воздух.
Он только что чуть не кончил от того, что ему слегка подрочили и приласкали. Ему ведь совсем немного надо... И вместе с тем надо много-много-много. И если он закончит сейчас - разве он получит много-много-много?
- Дай мне, я... - Стэнли едва ли управляет своим телом, но умудряется перевернуться под мужчиной. - Я хочу...
Стэнли пытается перевернуть их на кровати, и Эйден какое-то время сопротивляется, но затем все же капитулирует и ложится на спину. И Стэнли улавливает даже какую-то... улыбку? Его это забавит?
Стэнли седлает Эйдена. Его пьянит дозволенность самого этого действия. И то, как Уорд выглядит под ним, как он выглядит голым на кровати. Это слишком сексуально. В десятки раз лучше чем все, что там себе фантазировал Стэнли.
Есть какая-то жуткая несправедливость в том, что Стэнли уже почти кончил, а Уорд еще сохраняет самообладание. Он, конечно, разрушил все рамки приличия, но явно владеет собой лучше. Да-да, может быть, возраст, опыт и прочее - но Стэнли должен хотя бы попытаться.
Раскрытые ладони ведут по его упругой коже, по волосам на груди, по твердым соскам. Стэнли смотрит на свои руки и плывет. Тело само слегка двигается на Эйдене, потирается стояком о стояк. Он хочет поцеловать его всего одновременно, но решает начать с плеч. Стэнли не самый искусный любовник, ему слишком хочется, чтобы томно выцеловывать, как это может делать Эйден. Его поцелуи быстрые, жадные. Он ведет мокрыми губами по телу, опускается ниже. Сам слезает чуть ниже, садясь на колени между ног мужчины.
От него пахнет вкусно, и на языке он вкусный. Стэнли бы под страхом смерти не смог точно описать, что конкретно значит "вкусно" - но это заводит до дрожи в коленках.
Он приближается к паху. В рот, Господи, он так хочет взять его в рот. Стэнли смотрит на толстый ствол и соблазнительную гладкую головку. Облизывает губы. Поднимает взгляд мокрых глаз.
- М-можно?
Будто ему могут отказать. Но что если Стэнли делает что-то не то - и Эйден уйдет?

+3

31

Стенли в какой-то момент так вздрагивает всем телом, словно вот-вот кончит. Эйдену был прекрасно понятен этот жест тела. Когда он был так же молод и не опытен в любовных делах, то тоже пытался держаться изо всех сил, чтобы не кончить раньше времени. Стенли лишь повезло, что он делал это с мужчиной… от мужчины ты бы никогда не получил упрека в том, что ты «скорострел». А вот от женщины… да, от женщины можно получить какую угодно пощечину, какую угодно подлость, а потом стыдиться этого всю свою жизнь.
Он понимает парня, когда тот убирает его ладонь со своего члена. Хочет продолжить уже в другом русле, но не успевает ничего предпринять, потому как Стенли тут же поспешно разворачивается под ним, а затем пытается перевалить его на кровать. Сопротивляться Стенли даже как-то приятно…и еще приятнее видеть его замешательство, когда он поддается, позволяя парню быть сверху. Эйден не контролирует свое лицо, мимику. Он слишком поглощен происходящим. Он упивается этими странными, приятными ощущениями.
Поцелуи Стенли по его телу такие поспешные, мокрые. Когда он добирается до паха, Эйден невольно напрягает низ живота, отчего член слегка приподнимается на мгновение. Его пальцы зарываются в смоляные черные волосы Стенли у виска, он смотрит в его плывущие от желания глаза, легко кивает головой, не произнося ни слова.
Он даже осторожно подталкивает Стенли к своему члену, и когда тот оказывается в его горячем рту, Эйден буквально не сдерживает стон. Он тихий, протяжный, исходит как бы из глубины грудной клетки. Ему так давно не было…приятно. Черт.
Чтобы слегка отвлечь себя от происходящего и не перевозбудиться сверх меры, мужчина одной рукой тянется к тумбе рядом с кроватью. Обычно в мотелях, подобных этому, всегда были пачки с презервативами. Ну…понятно для чего. Что еще делать в мотелях.
Он открывает верхний ящик, шарится в нем пальцами. Неуклюже, быстро. Наконец, под подушечками пальцев ощущается книжная обложка. Чуть шершавая, очевидно совершенно новая. Эйден и без взгляда на книгу понял, что это.
Библия.
«Я буду гореть в Аду…».
Рядом как раз лежит две резинки. Эйден достает одну, решительно закрывает ящик.
Ему удобнее думать, что Бог решил закрыть свои глаза сегодня. Всего лишь сегодня, пусть всего лишь сегодня он на него не смотрит… Сегодня он не чувствует его присутствия. С ним лишь демон, напевающий сладкие песни страсти на его плече.
Рука снова опускается на голову Стенли, бедра чуть подмахивают, пока парень самозабвенно берет в рот, обсасывая каждый сантиметр его возбужденной плоти.
Наконец, когда он понимает, что терпеть эту сладкую и приятную пытку больше не может физически, он отрывает лицо Стенли от своего члена, приподнимая его за подбородок. Дьявол, как он был прекрасен сейчас. Влажные, раскрасневшиеся губы, блестящие в редком лунном свете. Глаза туманные и полные желания.
Эйден приподнимается на кровати, рвет зубами упаковку от презерватива, достаточно быстро надевает резинку, которая немного жмет. Это и хорошо, хоть немного перекроет кровоток… не будет ускорять желание кончить. Он притягивает Стенли к себе, заставляя его присесть сверху, но пока не торопится входить. Мужчина лишь берет за шею сзади, приближая его лицо максимально близко к своему, горячо выдыхает в его губы. От него отдает невинностью. Падре будто хочет что-то сказать, но потом просто глубоко и жадно целует Стенли в губы.

+2

32

Разрешает. Иронично, как обычно Стэнли не спрашивал разрешения. А тут так счастлив, что ему можно. Нужно. Уорд сам направляет его, и Стэнли жаждуще высовывает мокрый язык. Берет гладкую головку в полный рот слюны, скользит губами чуть ниже... От стона у Стэнли волосы встают на всем теле. Он не то чтобы раньше не делал мужчинам приятно своим ртом, но это чаще было что-то смазанное и механическое. Тут он полностью наслаждается самим процессом, впитывает все ощущения. Постанывает через нос, пока опускает и поднимает голову. Облизывает вспухшие вены, прикрыв глаза. Помогает себе рукой, полностью поглощенный минетом.
В какой-то момент ему приходится отстраниться, чтобы прикусить самому себе язык и до боли зажать стояк, потому что он слишком кайфует от этого. Настолько, что даже не слышит, как скрипит тумбочка.
Уорд берет его за волосы, но не так грубо и натуженно сильно, как другие, которые пытались показать и проучить, в фантазиях видя себя альфой-нагибатором. Нет. Уорд будто осознает всю свою безграничную власть над Стэнли. Не ставил ее под сомнение, не доказывал.
Член со шлепком выскальзывает у него изо рта, и Стэнли с трудом концентрирует зрение. Улыбается слегка криво, но довольно. Облизывает губы.
Нравлюсь? Нравлюсь же? Хорошо?
Стэнли не может прекратить забвенно рассматривать Уорда. Прокаченный пресс, объемная грудь, твердые соски. И этот взгляд, Боги, этот гипнотизирующий взгляд из-под густых прямых бровей. Упавшая на лоб прядь волос. Темная борода, которая так приятно царапалась во время поцелуев. Как бы банально это не звучало, но самой привлекательной частью в Эйдене Уорде было его лицо.
Хотя, Стэнли теперь точно знает, что и член у него достоин внимания. Где-то далеко звучат слова Крис про обычный член, и сейчас Стэнли может уже с ней поспорить.
Уорд рвет упаковку с презервативом зубами, и уже от этого Стэнли готов отчаянно проскулить. Блять, какой же...
Стэнли никогда бы не подумал, что быстрое натягивание презерватива может быть таким сексуальным. В порно они обычно вырезают эту часть. Зря.
Он возвращается и с удовольствием вновь седлает мужчину. Черт... Ч-черт... Стэнли трется об него абсолютно неконтролируемо, просто потому что хочет его всем телом. Уорд тянет его на себя, слегка грубо, бесконечно страстно. Смотрит прямо в глаза, в самую душу.
Стэнли готов отдать ему свою душу. Уже отдал.
Если Уорд вдруг окажется Дьяволом, Стэнли все равно ни о чем не будет жалеть.
И они опять целуются. И это охуенно. Ощущать его напор. Руку на шее, которая не дает Стэнли отстраниться. Парень ласкает ладонями его тело, царапает немного от нетерпения. Он садится так, чтобы твердый ствол оказался позади него. Выпячивает зад, чтобы устроить его между ягодиц удобнее.
Слегка теряет голову от ощущения твердого горячего члена у своей задницы. Это же... Это просто...
Боже, они ведь собираются, Эйден ведь захочет... Точнее, он наверняка уже хочет, но только Стэнли пусть и юный, но не дурак, и пусть и не был с мужчиной, но морковки и...
- Сейчас. Я-я сейчас, - вновь слегка испуганно обещает Стэнли, вскакивая с Уорда. "Надо приковать его к кровати," - в панике думает Стэнли.
Он находит свою кофту, пытаясь определить, где в ней какой карман. Конечно же, нужный оказывается последним. Стэнли нервно сглатывает. Он мечется между "будешь выебываться - он тебя выставит" и "это же первый раз".
Это же первый раз, черт. Черт. Черт!
Небольшой тюбик помещается в ладонь. Сколько же нервов и "ты взрослый и тебе это нужно", "это анонимно", "правда анонимно" ушло на одну эту покупку. Можно быть трижды сексуально просвещенным, и все равно испытывать ужасное стеснение, первый раз заказывая такие товары онлайн.
Стэнли опять перекидывает ногу через Уорда, но на этот раз не опускается, слегка привстает на коленях. Показывает лубрикант Эйдену. В тюбике чуть меньше половины.
- Я могу... я могу сам, если тебе...
Это неприятно, грязно, мерзко.
...хочется посмотреть?
Стэнли слегка зависает, ожидая, что ему разрешат или прикажут что-то.

+2

33

Господи, как же это мило. Стенли слегка заикается, так смотрит на него, словно Эйден был не из плоти и крови, а просто мимолетным видением, которое может ускользнуть в любой момент. Мужчине так и хочется успокоить разнервничавшегося парня, сказав, что никуда не собирается бежать. Откуда такая нервозность? Может ли быть так, что Стенли никогда не был с мужчиной?
Эта мысль вызвала на лице падре легкую улыбку после их поцелуя. Стенли и впрямь никогда не занимался «настоящим» сексом с мужчиной. Впрочем, с женщиной тоже, вероятно. Не сказать, что у Эйдена было много опыта с мужиками, но это было явно не тяжелее обычного, традиционного гетеро секса. И уж точно не хуже, как он уже отметил для себя, признав свою смешанную ориентацию и примирившись с внутренними демонами.
Когда он видит у Стенли в руках небольшой тюбик смазки, то невольно улыбается одними губами, присаживается на кровати, затем прижимает парня к себе, придавливая руками поясницу. Его пальцы пошло проходятся по копчику, затем проскальзывая в ложбинку между ягодицами. Их лица максимально близко, но Эйден не целует эти приоткрытые губы, лишь внимательно наблюдает за телодвижениями Шоу. Незаметно для него самого он перехватывает тюбик смазки, затем шепчет:
- Просто расслабься…
Пока Стенли грудью вжимается в него, падре помогает ему слегка отставить зад, после чего выдавливает небольшое количество смазки на пальцы. Она холодная, и он слегка растирает ее в руке, и только после прикасается к Стенли там. Прежде, чем парень успевает вздрогнуть от прикосновения, мужчина ловит его приоткрытые губы в поцелуй, уводит его за собой, заставляя мышцы становиться податливыми, а тело гибким, как пластилин.
Смазанные пальцы сначала настойчиво массируют задний проход Стенли, затем один из них податливо проскальзывает внутрь… фаланга, другая, палец слегка изгибается внутри, массируя простату. Затем второй палец, ласки продолжаются, пока Стенли выстанывает что-то от удовольствия сквозь продолжающиеся мокрые поцелуи.
Когда они достаточно разогрелись, а сил терпеть дальше уже почти не осталось, Эйден мягко отстраняется от губ Стенли, рывком переворачивает его, подпихивая под себя. Почему-то ему хочется делать это лицом к лицу, видеть всю грязную страсть и стыд на лице молодого юноши. Возможно ли, чтобы падре видел в отражении его глаз себя самого? Того самого, настоящего Эйдена, которого он так долго скрывал от мира за личиной святого отца? Да, наверное, и поэтому тоже.
Он разводит бедра парня в стороны, рывком притягивает его к себе за ноги, после чего показательно выдавливает на пальцы еще больше смазки. Холодная субстанция проходится между подтянутых ягодиц Стенли, и Эйден осторожно пристраивает головку члена к его заднице. Он будет кричать, наверняка, это ведь болезненно. Эйден аккуратно и нежно прикрывает ему рот одной рукой, пока член постепенно проскальзывает внутрь:
- Тшшш…
Сначала будет больно, но потом…потом будет легче, приятнее. Секс сравним с убийством. В первый раз ты будто умираешь внутри сам, тебе больно, ты плачешь и разрываешься на части от вины и стыда. Второй раз уже не так страшно, уже легче. В третий раз ты даже не моргаешь, не смотришь в глаза жертве. Не испытываешь сожалений. Тогда ты теряешь свою душу навсегда.
Так же и с потерей невинности…
Мужчина осторожно, медленно наращивает темп, когда его член входит в Стенли как минимум наполовину. Двигается в нем размеренно, неторопливо. Чувствует, как Стенли кусает его ладонь, что сейчас закрывала ему рот. И это безумно заводит…

+3

34

- Просто расслабься…
- Легко сказать, - очень тихо себе под нос сглатывает Стэнли.
Когда он так близко, когда наконец в его власти, когда можно ласкать его и быть открытым, когда можно хотеть его не скрывая.
Когда он отвечает взаимностью. Пусть всего на одну ночь. Пусть всего на какой-то короткий промежуток близости.
Стэнли взрослый и не будет жить иллюзиями, что в этом есть что-то большее.
"Стэнли, ты любил кого-нибудь? Влюблялся?"
"Может дело в том, что ты не встретил того, кого бы действительно смог полюбить..."

Сейчас не время о таком думать, Стэнли! Не время вспоминать...
Но его глаза слишком близко, слишком опасно глубокие - и Стэнли тонет без шансов на спасение. Ему все еще страшно, и волнение сковывает тело - но он хочет. Остро осознает, что хочет, чтобы с ним... чтобы его...
По телу бежит мелкая дрожь, когда Уорд ведет холодными пальцами вниз по спине. Он прижимается к нему грудью отчаянно. Уговаривает себя просто расслабиться.
Стэнли вздрагивает и резко глотает воздух абсолютно рефлекторно, но его секундную панику тут же сносит мягким заботливым поцелуем. И это расслабляет куда лучше, чем все внутренние уговоры и наставления. Стэнли хватается за этот поцелуй и за тело Уорда, льнет к нему, потирается. Концентрируется на нем, пока в конце концов приятные чувства от его пальцев внутри не выходят на первый план.
Вау.
Это намного круче, чем то, что Стэнли может сделать сам себе. Бедра подрагивают от напряжения, но Стэнли уже сам начинает подаваться назад, но не забывает и про поцелуй. Его просто зацикливает от приятных ощущений со всех сторон. От покалывания чувствительной точки, от мокрого поцелуя, от того как соски трутся об упругую грудь, как головка потирается о плоский живот. Стэнли стонет абсолютно бессовестного.
Стэнли уже очень не стыдно за себя, потому что он хочет-хочет-хочет.
Это выражается и в его глазах, когда Уорд вдруг превращает, и Стэнли смотрит на него почти с бесконечной мольбой. Нет, куда ты, я хочу еще...
Его переворачивают. И Стэнли уже точно готов ко всему. Возбуждение туманит ему глаза и инстинкты самосохранения.
Уорд вновь нависает сверху, и он опять похож на опасного хищника. Стэнли облизывает пульсирующие после поцелуя губы. А потом Уорд закрывает их ладонью. И Стэнли знает зачем... И жест этот пропитан такой острой сексуальностью, которую раньше подросток не ощущал ни от кого.
Он чувствует член у своего ануса, и как тот начинает медленно... Оу, черт... Медленно входить. Стэнли жмурит глаза и задерживает дыхание.
Расслабься-расслабься-расслабься.
Он приоткрывает глаза, видит перед собой Эйдена. Как же он прекрасен, Господи... От него идет властная энергетика. И Стэнли готов ему отдаться. Стэнли хочет ему отдаться. Король, которому хочется подчиниться. Божество, которому хочется поклоняться.
Сначала он чувствует только дискомфорт, но когда Уорд начинает двигаться в нем небольшими толчками, с каждым разом чуть глубже, этот дискомфорт вдруг обретает другие оттенки. Те самые, от которых вместо болезненных вскриков Стэнли теперь неровно стонет. Те самые, от которых Стэнли может наконец полностью расслабить затекшие ноги.
Отдать себя.
От напряжения и боли эрекция спадает - но Стэнли отчего-то сильнее хочет к себе прикоснуться. Вспоминает, что у него есть руки, хотя на какое-то время потерялся в ощущениях настолько, что забыл, что он не один сплошной комок чувств. Он сжимает стояк потной ладонью. Стонет. Сжимает его сильнее. Глаза жмурятся, но он оставляет их открытыми. Смотрит на Эйдена. Ему стыдно. Стыдно, но он продолжает смотреть. Это странная смесь стыда и наслаждения от собственного падения.
Стэнли вдруг понимает, почему люди просят обзывать их грязными словами во время секса. Сейчас Стэнли ощущает себя подстилкой - и кайфует от этого.
Уорд дает ему привыкнуть, но не до ощущения абсолютного комфорта. Нет. Он держит Стэнли где-то на грани комфорта и "я буду наслаждаться тобой так, как сам захочу". Сладкая-сладкая грань. Темп постепенно наращивается. Второй рукой Стэнли хватается за руку мужчины. Не чтобы убрать, но чтобы не упасть. Возможно хватается слишком сильно. Возможно царапает ногтями.
Он падает без пути назад.
Стэнли все откровеннее стонет, иногда вскрикивает, когда Уорд позволяет себе движение увереннее и глубже. Не замечая, как от боли начинают течь слезы из глаз. Он вообще уже слабо что-то видит, и образ Уорда скорее у него в голове. В попытках избавиться от дискомфорта, ладонь с руки Уорда хватает Стэнли за бедро и тянет сильнее к себе. Абсолютно бесконтрольно, скорее на инстинктах, чтобы устроиться удобнее...
От внезапной смены угла Стэнли вскрикивает особенно сильно.
Стэнли не знает, почему боль доставляет ему столько удовольствия.

+2

35

По слезам на глазах Стенли было не понятно, нравится ему то, что происходит или нет. Но кажется, ему было очень и очень дискомфортно, больно, непривычно. «Черт…» - мысленно ругается Эйден, чувствуя вину за свои действия. Однако, остановиться он был уже не в состоянии.
Перевозбужденный орган серьезно пульсировал, и отпускать Стенли сейчас только потому что тому было больно, Эйден явно не планировал. Рука со рта Стенли перешла ему на ухо, накрывая его ласково и тепло. Вскрик от того, как парень попытался устроить себя поудобнее потонул в очередном поцелуе. Им ни к чему были лишние уши… все же в мотеле они были не одни.
Эйден понимал, что сейчас менять позу будет просто неправильно, надо было позволить Стенли привыкнуть. Дать ему шанс немного освоиться, сжиться с болезненными ощущениями и найти ту золотую середину, когда боль начинает доставлять удовольствие.
Все же, люди извращенные создания. Боль и страх питают их бытие, наполняют жизнь шатким, иллюзорным смыслом. Но если люди созданы по подобие Бога, то… так ли сам Бог безгрешен, как его рисуют религиозные фанатики? Эйден когда-то слышал от одного католика, что Бог и Дьявол это по сути одна монета, но две ее стороны. Почему-то тогда Уорд лишь сомнительно ухмыльнулся, но теперь, именно сейчас, когда он был так извращенно мерзок, трахая парня до слез на глазах, он был готов в эту идею всецело поверить.
В какой-то миг мужчина осторожно замирает, затем ложится на Стенли, придавливая его своим телом. Теперь, когда он перестает двигаться, то прекрасно чувствует, как по спине стекают теплые капельки пота. На лбу тоже явно появилось немного испарины, но сейчас было важнее то, как чувствовал себя Стенли. Эйден ласково вытирает с его глаз слезы, затем берет его лицо в обе руки, пока они лежат так: он внутри него, а Стенли под ним, совершенно беззащитный и все еще странно напуганный происходящим.
Он до сих пор не может поверить в это?
- Я же говорил, что сделаю тебе больно…, - тихо и немного с укором шепчет падре, но затем легко и очень мягко улыбается. Речь, конечно, была не о той самой боли. О другой, эмоциональной. Но сейчас Стенли, кажется, привык и его осторожное движение бедрами сигнализировало об этом лучше всего. Эйден полностью отпускает себя, начинает постепенно двигаться вновь, входя уже почти по самые яйца.
- Я хочу…тебя…, - его губы над самым ухом Стенли, когда тот стыдливо отворачивает голову в сторону.
Его движения, наконец, не такие плавные, а уже более резкие, прерывистые и ритмичные. Слышатся безумно пошлые влажные шлепки, от которых у Эйдена просто сносит крышу. И Стенли, насколько узкий внутри, что невозможно устоять… Член слишком сильно пульсирует, и Эйден, наконец, прежде чем кончить, целует парня в губы. Целует горячо и самозабвенно, и стонет..стонет…стонет… прямо ему в рот.
Он не замечает, как его руки сильно стискивают бедра парня по обе стороны, не замечает, как круто и сильно выгибается его спина дугой, не замечает легкого жжения на шрамах от соленого пота. Не замечает…ничего. В голове образуется легкая и благодатная пустота, которая тут же сменяется жгучими вибрациями внизу живота и в члене, который бурно изливается внутри Стенли.

+2

36

Вместо солоноватой руки Уорда рот Стэнли теперь затыкают поцелуем - и он абсолютно не против. Он не против целоваться до скончания времен. И примерно до того же времени трахаться. Задница горит болью, но именно от нее Стэнли и улетает. А еще от того, что каждым толчком Уорд задевает что-то внутри, отчего по телу разбегаются искры.
Кажется, где-то в прошлой жизни Стэнли пытался делать сам себе так - но все воспоминания о себе у Стэнли постепенно пропадают.
Блять, как же хорошо, как же неправильно и приятно, и...
Уорд дает ему небольшую передышку. Придавливает его всем своим весом. Приятно. Стэнли сцепливет ноги за его спиной сильнее. Мужчина приподнимается, и Стэнли начинает судорожно бояться, что это все.
Когда Стэнли надо еще-еще-еще.
- Я же говорил, что сделаю тебе больно…
"Я вижу улыбку? Вы внезапно нашли все-таки свое чувство юмора?" - прокомментировал бы обязательно Стэнли. Не будь он сейчас абсолютно размазан возбуждением и похотью. Ощущением чужой любви и желания.
Сейчас он может только собрать последние знания о том, как двигать языком и издавать какие-то звуки кроме неконтролируемых стонов.
- М-мне н..нравится, - выдает из себя Стэнли зачем-то. Собственный голос кажется ему чужим. Надо ли было ему вообще говорить? Разве можно разговаривать со своим Божеством?
Которое выебывает его так неприлично хорошо. А потом еще и шепчет самое сладкое:
- Я хочу…тебя…
Его голос пробирается под кожу. И следующий стон именно из-за этих магических слов. Правда все последующие - от толчков. Которые все глубже. Все быстрее. Стэнли обкусывает губы до крови, поворачивает лицо в подушку, закусывает собственную руку, потому что он хочет очень громко рассказать всей округе о том, как же ему охуенно. Больно - и охуенно.
Когда Уорд прекращает сдерживаться, Стэнли окончательно теряет связь с реальностью. Обхватывает Уорда, в беспамятстве царапает его спину, прогибается и насаживается на него. Его безумно втрахивают в дешевый матрас, но так хорошо он не ощущал себя даже под самой дорогой наркотой, которую ему когда-либо предлагали. В воздухе пахнет потом и сексом, он становится плотным, горячим.
Стэнли почти не слышит дыхание Эйдена за собственными попытками сдержать стоны, но затем слышит его стон уже у себя внутри. Долгий, глубокий, невообразимо чувственный. И он глотает его. Впитывает всем телом. Вскрикивает от того, как сильно Уорд стискивает его бедра.
Стэнли понимает, что произошло, только когда замечает, что больше двигаться Уорд не собирается. Приоткрывает глаза, концентрируясь на его лице...
Боже, он же только что кончил внутри Стэнли. Потому что трахал Стэнли. Блять, это же просто...
Стэнли не верит сам себе, забвенно рассматривая слегка зависшего Эйдена. Его мокрое лицо, его напряженное тело. Стэнли все еще чувствует его член внутри, прижимает его к себе ногами, чтобы Эйден даже не думал...
Откуда-то в Стэнли просыпается та самая наглость, которой он всегда так гордился. Стэнли уже итак потерял всякий стыд. Точнее, он пропитался им настолько, что теперь он стал неважным. Он хватает руку Уорда за запястье и направляет к своему члену. Ладонь обхватывает его кажется абсолютно автоматически. И уже от этого Стэнли готов кончить, но все же он начинает управлять им. И не дает ему оторваться от своих губ, целуя вновь, заставляя отдать последние крохи энергии, что еще сохранились у Уорда. Стэнли нужно совсем немного, тем более что Уорд сейчас явно не рассчитывает силу, и обхватывает сильно, и всего несколько движений, и Стэнли...
Стэнли напрягается всем телом, каждой мышцей, до дрожи - и спускает. Долго, в несколько особенно сильных подходов, и серии меньше. Забрызгивает себя и Уорда спермой, капли долетают вплоть до его подбородка.
Стэнли наконец разрывает поцелуй и откидывает голову на подушку. Он глубоко дышит и все еще слегка подрагивает остатками оргазма. Все еще не очень осознает себя. Ему еще предстоит решить, хочет ли он начать с благодарности, извинений или признаний. Пока Стэнли с трудом может вспомнить свое имя. Пока Стэнли не может понять, насколько все было грязно и стыдно. Чувствует только, как же ему охуенно.

+2

37

Когда Стенли кладет его ладонь на свой член, Эйден, мягко говоря, себя мало контролирует. Тело все еще конвульсивно подрагивает после сильного оргазма, и он не соизмеряет силу, когда сжимает в горячей ладони член парня.
Стенли кончает резко, быстро, бурно, почти следом за самим мужчиной. Тот уже успевает слегка отойти от оргазма, приподнимается на локтях, но не торопится выходить из Стенли. Парня трясет, и стоны такие сладкие, протяжные, совершенно не крикливые. Черт, из него выйдет просто превосходный любовник…со временем.
Эйден легко и немного устало улыбается, коротко целует парня в румяную скулу, после чего осторожно выходит из него и переворачивается на постели рядом. В каждом номере были полутора спальные кровати, поэтому места для них двоих было маловато. Пришлось прилечь буквально вплотную к боку Стенли… Пока Уорд снимал заполненный презерватив и выкидывал его куда-то вниз с кровати, совершенно наплевательски относясь к чистоте местного номера, Стенли подрагивал от собственного оргазма. Эйден чувствовал его горячее, приходящее в норму, дыхание на своей шее.
Сейчас чертовски хотелось закурить…
Мужчина медленно поворачивает голову к Стенли, разглядывая его уставшее, но явно счастливое лицо. Проводит длинными пальцами по его щеке, убирает налипшие темные волоски с кожи.
- Я давно не видел тебя таким счастливым…, - тихо шепчет падре и улыбается одними губами. Он не знал, что еще сказать. Наверное, вопрос про то, был ли это первый раз у Стенли или нет, был бы не уместным, поставил бы их обоих в тупик. Объяснения или рассказ о собственных демонах сейчас попросту испортил бы идиллию. Поэтому Уорд попросту решил молча поцеловать пухлые губы мальчишки, после чего встал с кровати и направился в ванную. Безумно захотелось отлить, а еще умыться.
Заняло это все не больше пары минут, так что Уорд, все так же игнорирующий собственной отражение в зеркале, вернулся к Стенли, который все так же не мог, кажется, поверить в произошедшее. Это вызывало у Эйдена невольную улыбку, скорее снисходительную, и не совсем присущую падре Уорду. Найдя с другой стороны кровати свое нижнее белье, мужчина надел трусы, после чего лег рядом со Стенли, заставив того немного подвинуться боком, и обнял его сзади. На этот раз поцелуй пришелся парню за ухо, от него все еще шел аромат секса и пота.
- Ничего не говори…лучше отдыхай, - коротко предупредил он Стенли, как только тот хотел было открыть рот. И сам Эйден закрыл глаза, уткнувшись в затылок парня.
На этот раз сон пришел очень быстро.
Без сновидений. Без кошмаров.

+2

38

То, что сейчас было... Вау. Было. То самое было.
По телу Стэнли разливается расслабленность и небольшая дремота. Его совсем немного потягивает и потрясывает остатками оргазма, и от этого ощущения хочется мурлыкать. Если бы только Стэнли умел. Голова блаженно пустая. Да уж, обычно дрочкой такого он никогда не добивался.
Стэнли прикрывает глаза и сам не замечает, что слегка улыбается. Может быть не слегка. Может быть ему сейчас настолько хорошо, спокойно и приятно, что хочется остановить мгновение.
Он открывает глаза, видит перед собой лицо Уорда - и еще раз думает, что именно это мгновение он хочет остановить. Сейчас он не выглядел так хищно, как во время, но он все еще не был похож на отца Уорда.
Стэнли ловит себя на мысли, что он вообще перестал видеть в нем отца Уорда. Да и видел ли когда-нибудь?
- Я давно не видел тебя таким счастливым… - его голос тихий и спокойный.
Вокруг вообще все очень тихо и спокойно.
"Может быть я и не был никогда таким счастливым," - по-юношески максималистично думает Стэнли. И целуется. И поцелуем этим продляет себе блаженную негу, чувствуя себя "таким счастливым" еще какое-то время, пока Эйден уходит в ванну. Стэнли, наверное, тоже бы не помешало. Но сейчас он физически едва ли может потереть себе глаза.
Ему хочется себя ущипнуть, но потом до него все же доходит боль в заднице, и... Нет, это точно не сон.
Стэнли смотрит в потолок и думает о том, что он потерял девственность не по пьяне и не с каким-то абьюзным мужиком.
Good job, Стэнли!
Он пытается быть прогрессивным и повторять себе, что девственность - это всего лишь общественный концепт, который несет в себе слишком много сексизма и унижения, но... Но очень трудно быть прогрессивным подростком, когда ты лежишь на кровати и буквально растекаешься от приятных чувств, не смотря на боль в разных местах.
Парень не поворачивается, когда слышит, что Эйден выходит из ванной. Где-то глубоко внутри все еще тихо-тихо неприятно скребется страх, что его все-таки выгонят. Но Стэнли пытается подавить это в себе, потому что понимает, что это уже какой-то нездоровый уровень мнительности.
Ведь Уорд никуда не ушел, не прогнал, не требовал ничего и сам хотел - так может пора уже начать ему доверять?
Мужчина ложится обратно рядом (слишком рядом) со Стэнли на постель, и у того слегка спирает дыхание. Они просто... уснут? Просто лягут спать? И никаких разговоров, никаких признаний, никаких объяснений и откровений?
Просто?
Стэнли кажется, что надо что-то сказать. Нужно что-то сказать. Только он еще даже не придумывает что, когда открывает рот. И тут же его закрывает.
- Ничего не говори…лучше отдыхай, - его голос вновь отдает спокойствием и уютом. Несмотря на это, Стэнли не может побороть волнение. И желание все-таки умыться, потому что он как минимум запачкал себя в собственной сперме, а еще хотелось бы все-таки в туалет...
Стэнли выскальзывает из-под руки Эйдена и бессознательно молит всех богов, чтобы он не передумал насчет своего решения поспать со Стэнли. Он уже решил, что один Бог его не любит, но сейчас с ним случилось такое, после чего можно поверить и в существование каких-нибудь других.

Собственное отражение кажется Стэнли чужим. И далеко не потому что он чувствует, что больше не девственник.
А потому что он потерял уже кучу килограмм, и теперь уж точно походил на скелета больше, чем обычно. Острые скулы, глубоко впалые щеки, темные пятна под глазами. Он замечает, как слишком видны у него ключицы, как тень волнами очерчивает ребра. Окончательно распущенные из хвоста волосы прилипают чуть ниже плеч. Бледный абсолютно впалый живот, без намека на жир или мускулы. Выпирающие бедренные косточки.
Костлявый зад.
Стэнли вспоминает, почему он разбил зеркало дома. Ему не нравилось то, что он там видел. Тот, кого он там видел.
И сейчас он тоже не то чтобы рад тому, во что он превратился, но он вспоминает... Вспоминает...
И вот на него Уорд смотрел с такой страстью, им так наслаждался, целовал, ласкал, трахал?
Вау.
Стэнли не может смотреть на себя так, как раньше, хотя он понимает, что в принципе ничего не изменилось. Но ему даже удается слегка улыбнуться самому себе.
Может быть он тоже достоин счастья?
Стэнли вдруг ощущает стыд. Не за свои действия, а за то что он достоин...
Уорд все так же спит на кровати, и Стэнли аккуратно подлезает обратно в его объятия, прижимается грудью к спине. Мерное дыхание успокаивает.
Стэнли очень устал.

Режим сна у Стэнли настолько странный, что теперь его тело вынуждено почти полностью восстанавливаться часа за четыре. Он открывает глаза, зевает - и сонливость тут же пропадает. Какой-то промежуток времени он просто существует, а потом вдруг ощущает все то же тепло у спины, и руку на талии, и ноги переплетенные с ногами.
Он спит рядом с Эйденом Уордом в номере мотеля, на той самой кровати, на которой они вчера... Стэнли улыбается, что не часто происходит с ним по пробуждению. Он аккуратно разворачивается, насколько это можно сделать на узкой кровати. Уорд переворачивается на спину, а Стэнли остается лежать на боку.
Сколько раз Стэнли удавалось посмотреть на него голым - но каждый раз он будто видел другого человека. Священника украдкой через дверь, когда он переодевался. Мученика, который рассек себе всю спину до мяса.
Любовника, который подарил ему ночь, которая может быть будет иметь для Стэнли куда больше значения, чем хотелось бы.
Стэнли аккуратно касается смугловатой кожи мужчины. Из окна через шторы льет теплый утренний свет. Стэнли использует этот момент покоя, чтобы просто... просто полюбоваться Уордом, видимо.
Все-таки, для священника у него подозрительно много шрамов. Он вроде бы не был таким уж неуклюжим и неудачливым. Парень очень легко, едва касаясь, ведет по нескольким длинным шрамам на его торсе. Отметки историй, который Уорд наверняка никогда не расскажет. Стэнли доходит взглядом до плечей.
Хм, странно, что он не замечал этого небольшого шрама. Выглядит свежим. И глубоким. Стэнли очерчивает подушечкой пальца вокруг него.
Стэнли очень хочет есть, но не может позволить себе уйти сейчас. Вдруг он проснется - и Стэнли этого не увидит? Боже, какая ужасно клишейная сентиментальность.
Его живот предательски урчит, и Стэнли закрывает его рукой, будто это чем-то поможет.

+1

39

Когда он спал так крепко и сладко в последний раз? Эйден, честно признаться, не вспомнил бы. Наверное, это было еще в подростковом возрасте. Тогда он, лежа в своей кровати, смотрел в белесый потолок комнаты. Это было в общей комнате, где вместе с ним спали еще пятеро мальчишек. Общий кампус подготавливал парней к жизни в религиозных, спартанских условиях. Помнится, Эйден смотрел в потолок, белый-белый, и не видел ничего, кроме собственных постыдных желаний. Тогда он закрывал глаза, тайком опускал руку под плотное одеяло. Когда он осторожно, боязливо трогал себя, то представлял белокурого Аполлона, что спал где-то в другой комнате, той, что для мальчишек постарше. Да, после таких особенных, постыдных ритуалов Эйден засыпал крепко, как младенец.
Проснулся в этот раз он не от урчания живота Стенли, а от чувства тепла, которое волнами расплывалось по всему телу. Ему стало элементарно жарко. Развернувшись в полудреме на кровати, Эйден уткнулся носом в шею Стенли и какое-то время просто пытался прийти в себя, просыпаясь. Глаза он открыл не сразу. Сначала просто вдыхал запах кожи парня, затем постепенно начал вспоминать события прошлой ночи. Глаза открылись почти сами собой, после того, как до мозга, наконец, дошли все воспоминания.
Мужчина осторожно потянулся телом, затем отстранился от Стенли, усаживаясь на кровати. Парень уже не спал, лежа рядом и с интересом рассматривая падре. Это было…в новинку. Раньше на него никто так не смотрел, кажется.
- Проснулся…? Так рано? – Уорд глянул в окно, где уже пробивались первые рассветные лучи. Еще, наверняка, не было и семи утра. Вздохнув себе под нос, Эйден перевел взгляд на Стенли. Сейчас, с утра, он выглядел совсем иначе, нежели ночью. И честно говоря, Эйден чувствовал себя крайне неловко, стыдливо и пошло. Однако, уходить из этой кровати не хотелось совершенно… не хотелось, потому что пока они молча смотрели друг на друга, все вокруг, даже их чувства и окружающие заботы, казались просто…несущественными. Тишину нарушил звук, который вывел Уорда из ступора и дал возможность к действиям – урчания живота Стенли.
Падре невольно улыбнулся, как-то даже заботливо рассматривая слегка смущенное лицо Шоу.
- Давай соберемся и поедем что-нибудь перекусить.
Он встал с кровати, подхватил по дороге презерватив, и выкинул его в мусорное ведро, затем уединившись в туалете. Нужно было умыться, прийти немного в себя, почистить зубы. Только сейчас падре взглянул на свое отражение. Улыбки не было, скорее..кривая ухмылка.
«Переспал с малолетним парнем…доволен? Сколько еще грехопадений можно ожидать?»
«Бесконечное их количество…»
Выйдя из ванной, Эйден застал Стенли уже в процессе переодевания. По дороге он подхватил рубашку парня, которую тот вчера обронил у входной двери, подал ему, а сам в полном молчании начал одеваться. Прикрыв все шрамы, которые сам Эйден уже давно не замечал, ему стало немного легче. Или дело было в том, что он чувствовал себя еще более стыдно, будучи обнаженным рядом с парнем, в которого он с такой страстью входил прошлой ночью?
«Я запутался…еще сильнее. Черт.»
Наивно было полагать, что этот поступок хоть как-то разрешит проблему с его чувствами, но, кажется, Стенли выглядел несколько лучше, чем раньше. Менее…грустным, что ли. Это придавало мужчине хотя бы какой-то уверенности.
Когда все были собраны и одеты, Уорд слабо улыбнулся парню. Надо было что-то сказать, но вместо этого он подошел к Стенли, осторожно прижал его к себе и коротко, тепло поцеловал в лоб. Господи, знал бы парень, как сильно Эйден хотел бы сейчас сбежать от всего, перестать врать, скрываться…но это значило бы все. Конец всему, что он так долго культивировал в себе, всему тому, что он пытался выжать из себя, правильного христианина.
Пальцы мягко зарылись в волосах Стенли на затылке, всего на мгновение он задержался рядом, затем первым покинул номер.

+1

40

Эйден что-то мычит во сне и поворачивается, утыкаясь в шею Стэнли. От его теплого дыхания мурашки идут по коже. Стэнли аккуратно приобнимает его за талию. Медленно сглатывает. Это все так мило и непривычно, что Стэнли просто не может найти никакой схемы дальнейших действий. Он просто лежит, со слегка покалывающим сердцем и пытается впитать в себя эти мгновения покоя.
Ненароком думает, а может быть стоит самому разбудить его поцелуем и потребовать на бис?
Стэнли сглатывает и пытается понять, накопилось ли в нем на такое наглости. Желания - да, но вот наглости...
Эйден открывает глаза сам, и Стэнли так и не узнает ответ на свой вопрос.
- Проснулся…? Так рано? - его слегка заспанный голос звучит так уютно.
- Я мало сплю, - быстро пожимает плечами Стэнли. "Отвык," - не добавляет он, потому что не хочет сейчас об этом вспоминать.
Стэнли провожает взглядом спину Уорда. Усыпанную длинными шрамами, происхождение которых он знает. Мимолетно пролетает мысль, что не дай Бог (как иронично) Уорд захочет сделать с собой такое же и в этот раз. Стэнли бы... Стэнли бы вряд ли выдержал груз вины за такие страдания.
Поднявшись с кровати, парень с удовольствием вытягивается во всю длину, тянет руки и спину, блаженно постанывая. Потирает задницу, которая все еще чувствует себя как-то... по-новому. Слегка дискомфортно. Терпимо.
Вещи разбросаны по полу и вывернуты наизнанку. И Стэнли даже нравится такая картина. Это как-то... Как-то по-киношному даже. Разбросанные в порыве страсти вещи. Вау. Стэнли выворачивает и натягивает джинсы, достает из кармана жвачку, тут же закидывая в себя пластинку, и телефон. На заблокированном экране внезапно есть уведомления. Обычно о Стэнли никто не вспоминал. Он пробегается по ним глазами.
"Сегодня же..." - за спиной хлопает дверь ванны. Стэнли убирает телефон поспешно, будто там было что-то секретное.
Уорд выходит из ванны и все еще не выглядит недовольным произошедшим. Стэнли хотел бы не падать в сантименты и не придавать этому лишний смысл, но учитывая новые обстоятельства, просто не может нет.
Закатывая рукава, Стэнли размышляет о том, что он в какой-то мере благодарен Уорду за его молчание и "лучше отдыхай". Может быть на какие-то вопросы ответы искать и не надо.
Эйден прижимает его к себе мимолетно и как-то естественно. Будто бы они действительно были любовниками. Даже в голове эта мысль кажется невероятной, но мужчина с ним такой нежный. Вместо ожидаемого прикосновения к губам Стэнли получает целомудренный поцелуй в лоб - но даже это лучшее из всего, о чем он только смел мечтать.
Хотя, признаться, Стэнли все же считает, что мог бы развести Эйдена на быстрый утренний секс. Наверняка.

На улице непривычно жарко для утра. Стэнли вдруг думает, что давно уже не ощущал жару, хотя лето в самом разгаре. Он курит возле машины, закрывая уведомления на телефоне одно за одним. Ждет, когда Уорд разберется с ключами и подойдет к нему. Тушит недокуренную сигарету о землю носком обуви.
- Не волнуйтесь. Я не буду ставить вас в неудобное положение, - звучит ужасно формально, и Стэнли будто теряет частичку себя от этой формальности, поэтому тут же с небольшой усмешкой уголком губ добавляет. - По крайней мере постараюсь.

Пока они едут в машине, Стэнли включает музыку. На пустые утренние улицы Лейк Шора наложен фильтр рассветного тепла и пустынности. Стэнли даже почти может забыть, что это город, в котором он прожил свои восемнадцать лет. Он краем глаза смотрит на Эйдена и...
И хочет спросить: кто ты?
Что ты делаешь со мной в машине? Ты похож на одного моего знакомого, но будто из другой реальности.
Черная футболка, джинсы, кеды. А на Стэнли белая рубашка. Так странно.
Парень ловит ощущение, будто бы они другие люди. В своем другом мире. Братья Итан и Закери Пирс. Любовники, путешествующие по стране под чужими именами. Просто случайные знакомые из бара.
Их зовут Стивен и Роберт.
Элтон и Дэвид.
Джим и Тодд.
Бонни и Клайд, блять.
Но их зовут Эйден и Стэнли, и между ними что-то странное, о чем оба молчат.
Стэнли постукивает по рулю в такт музыке.

Они подъезжают к сетевому фастфуду, потому что там работает меньше всего местных, текучка кадров из потока студентов. Стэнли заказывает на электронной кассе два завтрака. Они уходят в край зала. Садятся.
Наверное, надо что-то сказать. Нужно. Или не нужно?
Пока Стэнли подбирает слова, в заведение вваливает шумная компания, которая отчего-то продолжает кутить не смотря на утро понедельника. Молодые, активные, пьяные. Шоу узнает несколько голосов, которых не слышал уже год, и от этого чуть больше горбится в спине. Медленно стягивает резинку с волос, чтобы они шторками закрыли его опущенное в стол лицо. Подпирает шею рукой.
- Ты когда-нибудь хотел быть другим человеком? - то ли всерьез, то ли просто лишь бы что-то сказать говорит Стэнли тихо.

+1


Вы здесь » inside » кинозал » cold summer


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC